Роанна. Тяжесть Короны - Виктор Постоенко

Тут у командиров фрегатов был выбор гнаться за ними, или преследовать галеоны. Команда была в первую очередь захватить транспортные суда. Поэтому они поступили правильно.

Транспорты привели в Элларун. Там на кораблях были не военные моряки, поэтому они не стали геройствовать, хотя на кораблях были и военные пассажиры.

Бриттские офицеры с семьями, гражданские инженеры, которые должны были строит форты и береговые батареи на островах на реке у Колкатта, солдаты-добровольцы с семьями и детьми, всего около тысячи человек. Сопротивления никто не оказал, все подавлены, ведут себя тихо.

Транспорты на следующий день под конвоем увели в Эллию, там всех пленных разместили в военном лагере севернее столицы королевства, откуда войска ушли на север. Грузы подсчитываются, но там только военное имущество, оружие, порох, артиллерия.

Из моря подобрали около четырех сотен моряков. Наши потери 317 погибших и фрегат. Много раненых, но их жизни опасность не угрожает'.

— Адмирал — спросил Император — можете прояснить еще один вопрос. Я слышал от Императрицы, что у бриттов очень сильный флот, и они традиционно побеждают во всех морских сражениях. И сама организация морского дела у них на недосягаемой для остальных стран высоте. Почему мы побеждаем? Первый раз я допускаю, что их было количественно меньше. Но сейчас?

'Ваше Величество. Отвечаю на все Ваши вопросы. Да, организация морского дела у бриттов на высоте. Они живут на большом острове, поэтому поддерживать флот в высокой готовности отразить высадку любого врага, это для них жизненно важно.

В отличии от других стран в бриттском флоте есть Устав, где расписаны все взаимоотношения между офицерами и матросами. И есть Боевые Инструкции, в которых описываются правила ведения боя. И эти инструкции постоянно совершенствуются.

Все офицеры и матросы, находясь в дальнем походе, получают надбавку к жалованью в 15%, а добровольцы еще 12% сверху. Это те, кто приходит на флот добровольно. Они имеют право выбирать корабль и к кому из капитанов идти служить.

Большое количество торгового флота позволяет им набирать для войны моряков даже насильно. Кроме того, они охотно набирают на корабли юнг, которые через полгода становятся прекрасными моряками. И выплачивают «вдовьи деньги».

Это когда моряк погибает в сражении, его оставляют в списках корабля, а его деньги выплачиваются семье. С этим у них все прекрасно, а вот с кораблями не очень.

Основной тип кораблей у них 74 пушечные, сейчас пошли 84 пушечные. Теперь смотрите — самые тяжелые орудия у бриттов 32 фунтовые, мы же ставим сразу же 36 фунтовые. У них второй дек 18 фунтовые, а у нас 24 фунтовые.

Кроме того, на бриттских кораблях высота грот мачты 45 метров, а у нас сразу же 54 метра. Их скорость средняя 6 −7 узлов, а наших 8–10. Все это предлагалось и ранее нашими мастерами кораблестроителями, но Адмиралтейство отвергало все новшества, ссылаясь на удорожание строительства, и на то, что все западные страны строят такие же как в Бриттии корабли.

Наши фрегаты типа «Руйяр» имеют среднюю грот мачту 65 и переднюю фок мачту 60 метров, что дает им сразу 14–15 узлов. Наши меньшие фрегаты по подобной причине дают 12–13 узлов скорости против бриттских 8–10 узлов. И есть еще одна причина.

В бриттском флоте используют паруса, пошитые из конопляной пеньки, у нас же Бойл ввел нововведение. Паруса шьют из хлопка, вываривая его в льняном масле. Прочность та же, а вес в три раза меньше.

Что так же дает нашим кораблям преимущество в скорости и манёвренности. С такими парусами легче управляться, и поэтому наши моряки совершают все маневры быстрее чем бритты.

Ну и самое главное. Почти всеми нашими кораблями и эскадрами командуют опытные офицеры, сами не один год прослужившие в бриттском флоте. Кому из-за их не знатного происхождения не давали рост в Бриттии.

Где патенты командиров полков в армии и капитанов кораблей зачастую покупались и покупаются. Наши офицеры прекрасно знают все сильные и слабые стороны противника, и поэтому стараются не дать им никаких шансов.

Того же О. Брайена знаменитый бриттский адмирал и флотоводец Карнелиус трижды представлял к званию адмирала и просил назначить командующим эскадрой. И все три раза Адмиралтейство возвращало его рапорта с отпиской «Недостоин ввиду происхождения». Это при том что О. Брайен потомственный граф, хоть и из малоизвестной обедневшей семьи.

Но я думаю, что как только ушедшие два брига принесут весть в Лондиниум о поражении, к нам сюда отправят сильную эскадру, чтобы смыть позор поражения. И не только этого. За нас могут взяться в серьез'.

— Адмирал, у Вас есть какие-нибудь предложения? — спросил герцог Андольский.

— Только одно, Ваша Светлость. Пока враги не опомнились, выйти всем флотом к Мадрасу и уничтожить находящиеся там корабли, высадить десант и сжечь все склады и бриттские фактории.

— А мы сможем? И не получится ли у нас столкновение с Империей Могов? Там хоть и идет грызня между сыновьями последнего Императора, но они могут и объединиться против внешнего противника — это уже задал вопрос острожный Риттон.

Я его понимала. Война всегда требует огромных денег, и Риттону их придется изыскивать. Как министр Иностранных дел ему ответил герцог Эмберский.

— Это вряд ли. Бритты выкупили полностью город Мадрас и восемь близлежащих к нему городов, и могойские власти убрали оттуда всю администрацию. Там сейчас живут по бриттским законам. Если мы там все уничтожим, могойцы смогут спокойно забрать эти территории назад, не отдавая обратно деньги.

— Что скажет Императрица? — улыбнувшись, Император повернулся ко мне, сидевшей в углу кабинета. Я как раз убирала пилочкой маленькую заусеницу в уголке ноготка.

— Я считаю предложение адмирала Дойла единственно верным. В любом случае это нужно сделать сейчас, пока они там основательно не укрепились. Адмирал Кеннет как-то писал, что там отрытая с моря бухта, и бриттские корабли стоят у берега, такой гавани с заливом как в Колкате или в Рианоле там нет.

— Ее Величество права — заговорил адмирал Дойл — если мы выбьем Мадрас, то их концессия в Колкатте сама по себе прекратит существование. По суше им помощь и припасы взять