Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Летеха косо глянул на Лихого, подспудно признавая в нем старшего, ответил:

— А, хрен его маму знает. Ты прапорщик, словно с луны свалился! Общего руководства и в помине нет. Нас сюда бросили, задача не ясна. Заняли круговую оборону, пока патроны есть, держимся. Потом не знаю, что и делать придется.

Снова косой взгляд на Лихого.

— Продовольствия нет, связи нет, а приказа отходить никто не отдает. Забыли нас.

— «Двухсотых» много? — спросил Андрей.

— Шестеро. Есть раненые, их бы эвакуировать. А, как? Сволочи!

Последним словом лейтенант помянул, скорее всего свое командование.

— Живем тут под постоянным огнем. Желание одно, выжить. Только, как? Скоро, вон промедола совсем не останется. За два квартала отсюда наши санитарные машины с экипажами были уничтожены боевиками еще при входе в город, хотел послать туда троих бойцов, может разжились бы хоть каким лекарством.

— Не посылай, вряд ли назад вернутся.

— И то, правда.

— Что-то тихо? — заметил Костров.

— Сейчас перегруппируются, снова долбить начнут. — Лейтенант приподнялся, окликнул кого-то из своих. — Захаров! Убрал голову, придурок. Нюх потерял? На снайпера нарываешься?

Серое зимнее утро совсем преобразило окрестный пейзаж. Блок-пост пережил еще одну ночь в аду Грозного. Несмотря на прогноз лейтенанта, канонада боя обходила их стороной. То справа, то где-то на окраинах, на самом въезде в город слышалась автоматная перекличка, раскаты артиллерийских выстрелов и взрывы гранат. Вдали от них рычали движки боевых машин, скрежетали и звенели траки. Кто с кем воюет не ясно. Лихой решил, что пора уходить. Он одинокий волк, к тому же пацанов он вывел, они большие мальчики, смогут за себя постоять, свой полк найдут. Пора переходить к главному, все едино целой группировке он помочь не сможет. Его задача проста: выбраться из города, добраться до Моздока, а там военным бортом улететь в Москву. Кажется, чего проще?

— Т-товарищ л-лей-йтенант!

Один из наблюдателей, молодой белобрысый мальчишка, больше похожий на подростка, чем на солдата-десантника, чумазый, в потешно сидевшей на голове каске, позвал взводного.

— Что там?

— Д-дух! Д-дух с б-белым флагом!

— Что-о?

Все кто мог передислоцировались в указанную бойцом сторону, вглядывались в аборигена шедшего к блоку, державшего над головой палку с привязанной к ней грязной наволочкой. Лихой через взятый у покойного старлея бинокль изучал парламентера. Серьезный дядя. Одет не в камуфляж, а скорее в демисизонное пальто. На голове папаха. Борода, не недельная щетина, ухожена. Явно не полевой командир, но лицо приближенное. Что же ты, хитрый нохчи нам скажешь? С чем к нам идешь?

Когда до поста осталось дойти не более пятидесяти метров, парламентер остановился, из стороны в сторону помахал импровизированным флагом.

— Может его снять? — предложил один из десантников, прильнувший к окуляру СВД.

— Отставить!

Лихой глянул на лейтенанта.

— Иди, командир, пообщайся, чего-то же они хотят.

Быстро обдумав поступившее предложение, лейтенант поднялся на ноги и держа автомат на изготовку пошел к чеченцу. На виду у всех, двое людей стали общаться. Не было резких выкриков и обвинений, не было жестов руками, как часто бывает у людей на Кавказе. Лихой подметил, что лицо боевика во время общения оставалось бесстрастным. Смелый человек, умеет держать эмоции в узде. О чем они там так долго говорят? Вон лейтенант на ходу скисает. Мальчишка совсем! Ему бы десяток лет во внутренних округах послужить, опыта набраться, а его, несмышленыша, кинули в самое пекло. О! Возвращается.

Между тем, боевик остался стоять на месте встречи.

Выйдя на позиции и спрыгнув в выдолб, где находились Лихой с Костровым, лейтенант спиной откинулся к неровной стенке укрытия.

— Ну?

Пацан отводя глаза в сторону от обоих гостей, поведал цель прибытия боевика.

— Оказывается наш блок в зоне ответственности полевого командира Магомеда Тагаева. Он не чеченец, дагестанец. Я толком не понял, но посредник говорит, что его сын погиб в развалинах какого-то дома, ну и этот Тагаев считает своим кровником русского офицера причастного к гибели сына. Посредник утверждает, что по канализации русский пробрался к нашему блок-посту. Тагаев предлагает выдать офицера, за это обещает не трогать пост и моих людей.

— Беспредельщик! — вырвалось у Кострова.

Притихшие вдруг солдаты прислушивались к словам своего командира. Трое их начальников сейчас решали вопрос касавшийся непосредственно и их самих. Утренний мороз проникал под одежду, а холодный пот расползался неприятной пленкой по коже. Люди боялись неизвестности, ждали решения. Лейтенант посмотрел на циферблат наручных часов, отрешенно глядя в сторону закончил речь:

— Чеченец ждет ответ еще семнадцать минут, если тот, кого ищут не уйдет с ним, огнем сметут тут все, блок с землей сравняют.

— Ох, уж мне этот кавказский менталитет, — хмыкнул Лихой. — Что им мешало сделать это вчера?

— Патовая ситуация.

— Ерунда! — не сказал, прошипел Лихой. — Выход есть всегда.

Хильченков, растворившийся в реципиенте тихо «отсиживался», понимая, что Лихому с его опытом лучше не мешать. Времени мало, информации мало, местность где придется работать — незнакома, экипировки нет. Мальчишек этому упырю подставлять нельзя, да и обещаниям его грош цена в базарный день. Андрей прикрыл глаза, мысленно прогонял сложившуюся ситуацию. Принял решение.

— Что там у тебя в кобуре, лейтенант?

— Макаров, а что?

— Патроны к нему есть, или пожог все?

— Две пачки осталось.

— Давай сюда вместе с магазинами. Прапор, у тебя?

— Пустой магазин в пистолете.

— Магазин снаряди и тоже сюда его.

Снова обратился к десантнику:

— Лишний РД найдется?

— Да, ради Бога! Любой забирайте.

— Добро. Эрдэшку опорожнить, суньте в него грязный маскхалат попросторней, моток прочного шнура, нет, тогда кусок стропа — пойдет и он. Боец! — окликнул долговязого, прыщавого парня, словно прилипшего к бетонному блоку. — Это что у тебя на ремне болтается? Чехол с метательными ножами?

— Так точно, товарищ полковник.

— Снимай. Сюда их давай, в хреновом хозяйстве все сгодится.

Сам выпростался из бушлата. Пристегивая за спину к разгрузке чехол с «железом», примерившись, как сноровисто ухватить клинок, сунул под ремень Макар оснащенный глушителем. Не потерял бандитский подарок, сейчас пригодится. Набросил на плечи лямки РД. Глянул на присмиревшего, словно нашкодившего лейтенанта.

— Сколько там, на часах осталось?

— Восемь минут.

— Теперь о вас! Лейтенант, как уйду, засекай время. Ровно через сорок минут со своим взводом снимайся с позиции. Степаныч, ты с ним. Потом разберетесь кому куда. Направление держите на выход из города. Обязательно передовой дозор вперед пошлете. Боковые дозоры. Ясно?

— А вы как же?

— А я с аборигенами разберусь, потом по своему маршруту уйду. Если кто из начальства наедет, почему блок-пост оставили, сошлешься на приказ грушного подполковника, мой позывной Тихоня, — подумав, что ему терять, добавил, — фамилия Лихой.