Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

— Брось! — улыбнулся председатель студсовета, но без толку.

— Имейте в виду, — понизив голос, заявила барышня, — в состоянии сильного алкогольного опьянения техника предотвращения нежелательного зачатия может давать сбой. Случается это крайне редко, но случается.

Касатон неуверенно улыбнулся.

— Да что ты придумываешь?

— Подумайте-ка, сколько раз уже могли отцами стать! — продолжила напирать Диана. — А везение вечно не продлится!

Всеволод откашлялся и объявил:

— Предлагаю назначить Диану блюстителем общественной морали! Кто за? Принято единогласно!

Дальше я слушать шутейную перебранку аспирантов не стал, поднялся на крыльцо и прошёл в просторный вестибюль с драпировкой на стенах и мраморными статуями в античном стиле, где враз стало тесно. Молодые люди далеко не все подобно мне ограничились одним только портфелем или саквояжем, а барышни так и вовсе все как одна приехали с дорожными чемоданами. Мелькнула мысль кому-нибудь из студенток помочь, но разбежались глаза, и я решил не суетиться раньше времени, предложил Карлу:

— Заселимся в одну комнату?

Сзади подошёл Касатон Стройнович, обхватил нас за плечи и рассмеялся.

— Сегодня тут только мы, каждому полагается отдельный номер! — Он подмигнул. — И советую этим обстоятельством воспользоваться!

Рыжеволосый Всеволод похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание, и объявил:

— После заселения сразу проходите в банкетный зал. Начнём с официальной части!

Все выстроились к стойке портье, тот сверялся со списком, вручал ключ и каждый раз заученно повторял:

— На время проживания настоятельно просим воздержаться от оперирования сверхэнергией.

Кого-то это требование возмущало, кого-то веселило, большинство же попросту пропустило слова служащего мимо ушей. Я — не исключение.

Номер мне, как и всем остальным, выделили на втором этаже, и номер этот оказался ничуть не хуже того, в который я как-то раз привёл Юлию Сергеевну. Ну а больше сравнить было и не с чем.

Широкая двуспальная кровать, окно с видом на лес, пара кресел, туалетный столик и — поразительное дело! — большущее зеркало на потолке, ровно над спальным местом.

В голове само собой мелькнуло, что с эдаким предметом интерьера интимное общение с Юленькой вышло бы куда занимательней, а ещё подумалось, что на дворяночке свет клином не сошёлся, и если я не смогу сегодня закадрить ни одну из прогрессивно настроенных барышень, то буду сам виноват.

Единственное — удобства на этаже, но это не принципиально.

Отличный номер. Пойдёт.

В комнате я задерживаться не стал, кинул в кресло портфель и спустился на первый этаж, где и справился у портье касательно банкетного зала. Тот указал на занавешенный проход в соседнее помещение, оказавшееся весьма просторным. Через застеклённые двери можно было пройти непосредственно к бассейну, вот рядом с выходом на улицу я и расположился, здраво рассудив, что курить станут прямо за столами, а здесь воздух будет свежим всегда.

Убранство банкетного зала не отличалось особой роскошью и помпезностью, но в общем и в целом вполне соответствовало обстановке «Гранд-отеля». Портьеры, хрустальные люстры, батарея бутылок с цветастыми этикетками …

Вот касательно моих предпочтений в выпивке подошедший официант и поинтересовался.

«Пить или не пить?» — мелькнул в голове вопрос, а поскольку ответ на него был очевиден, я уточнил:

— Что можете предложить?

Мне вручили меню, но на вложенном в кожаную папку листе не были указаны цены, одни только наименования.

— Эти напитки уже включены в общий счёт, — пояснил официант. — Как и ужин с завтраком.

Наверное, имело смысл остановить свой выбор на пиве, но я не так уж часто злоупотреблял алкоголем, а чужих в доме отдыха не было, поэтому ткнул пальцем в строчку с трёхзвёздочным коньяком.

— Бутылку!

Я бы и пятизвёздочного не постеснялся заказать, но пятизвёздочного в меню не оказалось, а платить за выпивку свои кровные из одного только желания шикануть показалось неуместным.

Почти сразу передо мной выставили бутылку коньяка с тремя золотистыми звёздами на этикетке и пузатую рюмку, а только я плеснул на её донышко ароматного напитка, и появился Карл.

— О, это дело! — потёр он мясистыми ладонями, огляделся и прищёлкнул пальцами. — Рюмку, пожалуйста!

Налегать на выпивку мы не стали, сняли пробу и через распахнутые стеклянные двери вышли на улицу, остановились у бортика бассейна.

— Хорошо тут! — отметил Карл, глубоко вдохнул, шумно выдохнул и сказал: — А воздух-то какой! Какой воздух!

Дышалось здесь и в самом деле необычайно легко, но воодушевления товарища я не разделил. Слишком близко к Эпицентру, слишком явственно отдаётся в голове чуждый мне теперь ритм пульсации энергетической аномалии.

— За это надо выпить! — решительно заявил я, и Карл меня горячо поддержал.

К этому времени в зал спустилось большинство молодых людей, а немного погодя начали подходить и принарядившиеся барышни. Впрочем, за кем-то из припозднившихся студенток даже пришлось посылать гонцов с настоятельными призывами поторопиться.

Банкетный зал мог вместить куда больше полусотни гостей, и за стол к нам никто не подсел, а когда все собрались и определились с предпочитаемыми напитками, слово взял Всеволод. Перво-наперво он предложил не увлекаться спиртным и дождаться горячего, затем объявил об открытии официальной части собрания и толкнул десятиминутную речь о значимости самого факта создания студсовета, задачах этого органа и грандиозных перспективах, открывающихся для всех нас. Ещё — поздравил барышень с международным женским днём.

Пока мы внимали этой воодушевляющей речи, Карл разлил по новой, но я торопиться не стал и растянул порцию на выступление всех заместителей председателя студсовета, которые говорили много и преимущественно не по делу. Аналогичного мнения придерживались и остальные. Шум голосов понемногу нарастал, тишина наступила, лишь когда речь зашла о проектах и рацпредложениях. Вновь поднялся со своего места Всеволод.

— Каждый из вас! — обвёл он всех рукой. — Абсолютно каждый! К концу первого семестра должен подготовить аргументированные предложения по улучшению учебного процесса! И мало заявить о желании исправить то и это, потребуются обоснования ожидаемого эффекта, оценка трудозатрат преподавательского состава и смета предполагаемых вложений. Лучшие проекты получат грант на претворение в жизнь. И дабы не множить сущности, предлагаю объединяться в группы и работать совместно. А сейчас — прения. Поговорим о наболевшем!

И тут всех опередила черноволосая Эля; точнее — одних она опередила, а других перекричала.

— Господин Стройнович! — обратилась брюнетка к Касатону. — Как заместитель председателя по режиму объясните нам, чем вызвано введение лимита потенциала! Откуда взялись эти пресловутые сто килоджоулей? В чём смысл? Какой-то остолоп надорвался, а наказать решили всех без разбора?

Тут же поднялись шум и гам.

— Да! — завопили за столами. — Отменить! Пишем петицию!

Касатон с лёгкой улыбочкой поднялся из-за стола, выждал немного и объявил:

— Думаю, аргументированно ответить на этот вопрос сможет секретарь дисциплинарного комитета Пётр