Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

– Ценю ваше благородство.

– И правильно делаешь.

– И сколько вы собираетесь меня тут держать? Пока не получите мой письменный отказ от претензий на германарский трон?

– Вообще-то пока жив законный наследник Георга Августа, у тебя нет никаких прав даже на эти претензии, – напомнила королева. – Но в настоящий момент ты являешься участником государственного заговора, цель которого оклеветать законного наследника и отстранить его от власти. Поскольку ты ещё несовершеннолетний, у тебя есть шанс избежать наказания, но это лишь в том случае, если ты в присутствии высоких лордов откажешься от дальнейшего участия в заговоре. Уверена, что Совет будет к тебе снисходителен. По сути ты стал игрушкой в руках взрослых преступников. Неужели ты ещё не понял, что тебя всего лишь используют? Ты нужен Айслинду как марионетка, при помощи которой он будет хозяйничать в Германаре…

– Да за кого вы меня принимаете?! – разозлился Таддеуш. – Ни я, ни Би ему этого не позволим!

– У мадам Би тоже свои планы, – промолвила королева. – А ты всего лишь ребёнок, который позволяет этим хищникам себя использовать. Таддеуш, ты наследник большого состояния. Ты можешь жить спокойно и счастливо. Откажись от этой грязной игры, от нечестной драки за то, что тебе не принадлежит…

– Пожалуйста, не учите меня жить, ваше величество.

– Несмотря на то, что твоя семья причинила много горя моей, я не желаю тебе зла. Подумай над нашим предложением, Таддеуш. У тебя есть возможность вовремя выйти из этой грязной игры, вернуться к нормальной жизни, позаботиться о своей матери. Тебе всего лишь надо сказать в присутствии высоких лордов, что ты оказался втянутым в интриги, поскольку не разобрался в ситуации. Тем более что ты действительно в ней так и не разобрался.

– Напрасно вы считаете меня таким дураком, – высокомерно заявил Таддеуш. – Я подумаю о ваших словах, а также о том, что скажу на Совете Федерации. Посмотрим, чью они примут сторону. Я могу гулять по поместью или мне всё время сидеть в этой комнате?

– Конечно, ты можешь гулять, но только с сопровождающими, – сказал Гай. – Возле твоей двери всегда будет кто-нибудь дежурить. Если что-то нужно, постучи в стену. К сожалению, мы не можем тебе доверять. Попытка побега в таком месте, как Лес Богини, равносильна самоубийству, но мы уже поняли, что взывать к твоему здравому смыслу бесполезно. Людей вроде тебя приходится защищать от их же собственной глупости.

– Никто не возражает, если я провожу Тэда в его комнату и поговорю с ним наедине? – спросила Илана, когда все встали, собираясь покинуть гостиную.

Никто не возражал. Илана лишь заметила недовольный взгляд Гая, и ей стало смешно. Точно такой же взгляд у него был позавчера, когда она рассказывала ему, что когда-то была очень дружна с Таддеушем Бельски. Неужели он ревнует?

– Ты знал, что на самом деле случилось в Альдамейре? – спросила Илана, оставшись с Таддеушем наедине.

– Я узнал об этом сравнительно недавно. Уже после того, как побывал в ледяном коконе и Би привела меня к матери, чтобы обрадовать её и успокоить… – Таддеуш зло усмехнулся. – Я был рад, что со мной случилось такое чудо. Лёд сделал меня гораздо сильнее, я обрёл таких союзников, как Айслинд. Я так хотел увидеть мать и сказать ей, что теперь у меня есть шанс стать не просто королём, но и поистине великим королём, который дружит с могущественными магами… А она устроила представление. Стала обзывать меня демоном, нелюдью, кричать о своих грехах… Потом я спросил Би, что всё это значит, и она решила ничего от меня не скрывать. До этого я считал, что в Альдамейре действительно произошёл несчастный случай. Мать говорила мне, что вмешалось само провидение, и просила подождать несколько лет. Мы собирались заявить о моих правах, но после того, как утихнут все эти разговоры о гибели короля и Гая. Да вот только они слишком долго не утихали. Нет-нет да выскакивали какие-нибудь журналюги со своими версиями заговора, убийства… Что ж, это действительно оказалось убийство…

Таддеуш долго молчал, а когда он вновь заговорил, Илане стало не по себе.

– Мне жаль, что она оказалась такой слабой. Би правильно говорит: уж если задумал большую игру, иди до конца. Нет ничего хуже, чем остановиться на полпути и погубить себя, погрязнув в рефлексии. Тогда уж вообще не надо было строить наполеоновские планы.

– Ты был рад, что заполучил в союзники тех, кто принёс людям столько горя? Да что с тобой, Тэд? Подумай о тех, кто оплакивал своих детей – похищенных и умерших от ледяной болезни…

– Никто из них не умер, – досадливо поморщился Таддеуш. – Они стали гораздо сильнее, чем были. И они счастливы, поскольку больше не испытывают сомнений…

– И не раздумывая, выполняют приказы твоих новых друзей. А для себя ты бы хотел такого счастья?

– Каждому своё.

– Вот как? А ты не боишься, что в конце концов именно это своё и получишь?

– Нет, Илана. Именно этого я и добиваюсь. Я прекрасно знаю, что Айслинд не святой, но святые бывают только в священном писании, а праведные правители только в сказках. И не тебе читать мне морали. Не тебе, чьи руки уже давно обагрены кровью. В том числе кровью наследного принца Авалона…

– Я защищалась…

– Я тоже! Я защищаю свои права! Я сын короля! Я должен был быть принцем и расти в королевском дворце! Это я должен получить после Георга Августа корону, и я получу её. А теперь оставь меня в покое, Илана Стивенс. Я тут, конечно, пленник, но я не обязан выслушивать нравоучения от всех и каждого.

– Когда-то мы были друзьями.

– Да, и могли бы остаться ими, если бы у тебя хватило ума принять предложение Айслинда. Когда-то нам с тобой было весело вдвоём, но уж не думала ли ты, что у меня на тебе свет клином сошёлся? Знаешь, почему я тогда заступился за тебя в раздевалке? Хотел позлить Снежану – мы с ней только что повздорили. Да и этого придурка Тома Брикса давно уже следовало проучить… Но я действительно тогда заметил, что ты перестала быть уродиной. Ты действительно меня заинтересовала, и мне захотелось узнать тебя получше – ведь ты так от всех отличалась. А потом ты понравилась Би,