"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

Компрессорная установка, охлаждающая улов и помещения на судне, находилась в отдельном помещении. Игорь решил заглянуть и туда, чтобы понять, насколько ее возможно реанимировать. Открыл и понял, что невозможно. Компрессор сорвало с креплений. Тяжелая установка разрушила помещение, проломив стены. Капитан закрыл дверь и заглянул в машинное отделение, переживая, что с дизелем могла произойти подобная ситуация. Но нет, ВДУ (вспомогательная дизельная установка) находилась на своем месте, только запах испарений топлива стоял здесь более сильный. Игорь оставил дверь открытой, чтобы проветрить помещение.

— Каков вердикт? — Поинтересовался Кривцов.

— Вердикт таков, нам будет, чем заняться в ближайшее время. Холодильнику хана, компрессор сорвало с места, и он размотал всё помещение. Вспомогательный дизель выглядит целым, но где-то течет солярка. Скорее всего, пробиты топливные танки и отогревающаяся солярка течет внутрь машинного отделения. Пусть Саныч разбирается подробнее.

После того, как весь экипаж проснулся и все позавтракали, Игорь описал ситуацию, которая их ожидала. Все могло поменяться, если бы снова ударили внезапные морозы и лед сковал оттаявшую воду, но надо было готовиться к худшему. Для этого требовалась полная инвентаризация всего, что было на судне. Поделились на сектора и начали тщательно и скрупулезно заносить в списки имеющиеся предметы.

Вскоре Михалыч обнаружил труп члена экипажа «Дежнева». Наверное, это был его коллега, повар. Он утонул в подсобном помещении из-за заклинившей двери, когда находился внутри. Видимо, судно долгое время находилось под водой, в отличие от более легкой «Печоры», которой повезло больше. В том же самом помещении были обнаружены приличные запасы продуктов питания, оставшиеся неповрежденными и самое главное, там имелась соль в килограммовых пакетах, которую можно было использовать для засолки рыбы.

Покойника, начавшего разлагаться, сбросили за борт со всеми почестями. После его обнаружения версия, что все члены экипажа покинули судно на своих ногах, стала более маловероятной. Судя по всему, утопленников могло быть больше и те, кто выжил, сами позаботились о том, чтобы захоронить их по морскому обычаю, а повара просто не нашли в спешке.

К вечеру свели все результаты в общий итог. Получалось, что здесь можно было жить, если удастся спасти необходимое количество рыбы. Остальных продуктов, даже если жестко растягивать, хватало от силы на пару недель. Старший механик Китаев установил, что вспомогательный дизель работоспособен, но надо разбираться с проводкой, которая отсырела и замыкала по всему кораблю. И еще все танки с горючим протекли и насосы не качали. Топливо требовалось добывать вручную и подавать к двигателю старым дедовским способом, самотеком. К тому же Саныч переживал, что система смазки слишком наклоненного мотора не будет работать нормально и ресурс двигателя может снизиться критически.

Пока были заняты делом не было времени обратить внимание на то, что мороз усилился. Северный горизонт прояснился, даже показались звезды, а вот южный потемнел. Там погода все еще выясняла, какому из фронтов отдать лавры победителя. Команда однозначно была на стороне мороза, мечтая поскорее оставить судно и попытаться вернуться домой. Несмотря на то, что каждый старался крепиться, не подавать вида, что переживает за родных и близких, тревога витала внутри коллектива.

Каюты полностью очистили от всей сырых вещей. Которые еще могли пригодиться, решено было высушить, когда погода позволит. Двухъярусные кровати демонтировали и переставили, чтобы нормально спать. Электрическую плиту тоже перевернули и поставили, как надо, в надежде, что Саныч сможет дать электричество. Пока что ужин Михалыч готовил на дровах, разожженных соляркой. Они долго не хотели разгораться и приходилось их постоянно обливать горючим. В итоге уха сильно пахла солярочным дымом.

В этот день после ужина больше не работали. Вокруг корабля снова образовался туман, висел целый день и остался до самой ночи. В природе случился неожиданный штиль и это затишье пугало. Как по классике, оно оказалось было перед бурей. Уже ночью начало завывать. По коридорам «Дежнева» потянуло морозными сквозняками. Среди ночи пришлось кутаться во все сухое тряпье, которое имелось с собой и все равно не помогало. Кораблю очень не хватало электричества. На камбузе можно было устроить общую спальню и спать в свое удовольствие с включенной плитой.

Сухой колючий снег полировал мятые борта судна. Волны бились о них, наполняясь снежным крошевом из замерзающей воды. В этот день решили не заниматься ничем иным, кроме вспомогательного дизеля и проводки, чтобы дотянуть ее до камбуза. К вечеру состоялся пробный запуск двигателя. К счастью, техника не подвела. На камбузе и в некоторых каютах появился свет. Это уже многое изменило в восприятии действительности. Стало намного уютнее и спокойнее. Михалыч кинулся готовить что-то праздничное по замечательному поводу. Из имеющихся ингредиентов придумать кулинарный шедевр было непросто, но он смог. Из овсянки и консервированных персиков сделал почти пирог. Наверное, в прошлой жизни кто-то и покривил бы рот, отведав его, но в данной ситуации он был произведением гастрономического искусства.

— Водки бы. — Мечтательно произнес Кривцов. — Так хочется немного отвлечься от этой дичи, но мозг сам разучился это делать. Где-то постоянно свербит, аж голова начинает болеть.

— А вот не надо было тренироваться часто. — Укорил его боцман.

— Поучи еще, как мне жить. — Хмыкнул старший помощник. — Если бы я каждый раз отказывался, то у меня бы и друзей не осталось. Думали бы, что я с говнецом. Сколько ты знаешь людей, которые принципиально не пьют и при этом ты можешь на них во всем положиться?

Боцман задумался.

— У меня таких знакомых нет. — Ответил он не сразу. — Был на старой работе юрист. Он вообще не пил, но о нем каких только разговоров не ходило. Я уверен, что половина из них была пустой болтовней, но все же имелось в нем что-то отталкивающее. Думаю, он не пил из страха, что под алкоголем становился совсем другим.

— Каким же? — Спросил Михалыч. — Агрессивным маньяком.

— Я не знаю и даже предполагать не хочу.

Игорь, когда разбирал вещи в капитанской каюте, нашел две бутылки водки. Собирался оставить их для медицинских целей, но потом была найдена аптечка в который имелся муравьиный спирт, перекись водорода, хлоргексидин, марганцовка и мирамистин. Водка в этом списке уже казалась лишней. Сам он не любил алкоголь и не считал, что непьющие люди обязательно с какой-то тайной, которую спиртное обязательно вскроет и явит во всей ее мерзкой сути. Ему нечего было скрывать, и он совсем не различался в трезвой и пьяной ипостаси. Однако сейчас момент требовал некоторого ритуального единения, которое помогло бы людям выговориться, выпустить скопившуюся тревогу вовне.

— Я сейчас. — Игорь ушел и вернулся с бутылкой водки.

— Зайчик передал? —