Да здравствует магия! 4 - Константин Зубов

— Здравствуйте, дорогие слушатели «Голоса Волхова»! С вами, как всегда, я, Полина, и мой коллега Геннадий.

— Добрый день, дорогие друзья! — Послышался шорох бумаги, а потом ведущий продолжил: — Сразу скажу, новостей у нас просто гора, и, как это водится, в последнее время все исключительно хорошие.

— Как там наши репарации? Выплачиваются?

— И репарации выплачиваются, и техника продолжает идти через границы сплошным потоком. Причём сейчас это в основном строительная, будем восстанавливать то, что они сломали, их же оборудованием.

— Не будем, а будут. — Полина рассмеялась. — Да, дорогие слушатели, это главная новость дня. Подсчёт нанесённого ущерба продолжается, поэтому постоянно меняются и условия капитуляции. Сегодня было подписано дополнительные соглашения о том, что Австрия, Литва, Швеция и Османская империя выделят по пятьдесят тысяч рабочих для ликвидации последствий их вторжения. Разумеется, ничего серьёзного им не доверят, но разбирать завалы, возить мусор и строить те же дороги они вполне могут.

— Так, как маги нашего князя, дороги они строить не смогут, Полин!

— Как маги нашего князя, никто ничего не может делать! Кстати, Ген, что там по границам? Ещё не уточнили окончательно?

— Уже близко! По слухам, нам точно перейдёт по несколько крупных и мелких городов от всех нападавших. В итоге мы будем контролировать минимум треть побережья Балтийского моря и половину — Чёрного. Но давай всё-таки не будем сейчас фантазировать и дождёмся официального объявления наших дипломатов. Уверен, они выжмут максимум.

— Это точно! Особенно после сегодняшнего мероприятия! Я слышала, что между официальной и торжественной частями лучшие маги нашего князя будут настоящие чудеса показывать!

— И не забывай, что эти чудеса увидит весь мир! Прямая трансляция по всем телеканалам на всю планету!

— Ну и мы в кои-то веки сможем пораньше уйти с работы!

— Великолепный день!

— О, смотрите! — Снегирь ткнул пальцем в окно, где по обеим сторонам дороги стояло не меньше чем по десять кранов. — Уже развязку начали делать!

— Не могу поверить, что город досюда разрастётся, — покачал головой Максим. — Сто километров в диаметре будет. Это ж сколько народу здесь сможет поселиться.

— Ну, ты размер домов на четвёртом этаже вспомни и посчитай, — проговорил я. — Много сможет, но вообще, об окончательных границах нашей автономии мы с Фёдором Алексеевичем ещё не говорили. Попробуем и Саратов с Волгоградом и Уральском прихватить.

— А потом и Оренбург с Омском и Екатеринбургом до кучи? — хитро прищурился Снегирь.

— Да столько нам не надо, — махнул рукой я. — Так, чисто для солидности.

— Чем больше территория, тем безопаснее, — заметил Сергей. — В случае конфликта вражеские войска от границы до центра будут дольше идти. Так что с западной стороны точно как минимум до Волги всё надо брать и по реке линию обороны возводить.

— Если надо, значит, возьмём и возведём, — кивнул я.

Обсуждая возможные границы, мы проехали ещё десять километров и свернули на тоже уже ставшую широкой дорогу на Афонино.

Тут шла стройка. Вернее, не так — тут шла основная стройка, и высоченные краны торчали будто деревья в чаще леса.

К сожалению, маги земли хорошо укладывали дороги и делали фундамент, но вот постройку зданий на них возложить было нельзя. Человеческого фактора никто не отменял, и один-единственный дефект мог стоить больших жертв в случае обрушения того же небоскрёба.

Мы проехали остаток пути, и у ворот Савино нас ждала заранее предупреждённая Василиса. В последние две недели мы с ней виделись ежедневно по несколько раз — в том числе в неформальной, домашней обстановке — и уже успели сблизиться. Правда, теперь воспринимали друг друга скорее как брата и сестру.

— Всем привет! — сказала внучка, запрыгивая на заднее сиденье и устраиваясь рядом со мной. — Как там наш завод ЖБИ?

— Возводится ускоренными темпами, дороги тоже, через неделю будет полностью готов участок от Волхова до Саратова. Мы как раз сейчас ездили, наметили основные места развязок и выбрали площади для предприятий, — сообщил я. — У тебя какие новости?

— Радостные! — Василиса широко улыбнулась. — Час назад сообщили, что нашли последнее хранилище с криокапсулами, там тоже почти все живы! Охрана выставлена, они в безопасности!

— Когда будем их будить? — спросил я.

— Получается, где-то месяца через три.

Да, как бы нам ни хотелось сделать всё и сразу, приходилось тщательно планировать. Прежде всего не хватало жилья.

Изначально мы вообще думали всё делать медленно и будить по одному хранилищу раз в три месяца, но стройка тянула просто дикое количество энергии, и нам нужны были силы для того, чтобы в промышленных масштабах таскать энерганы с четвёртого этажа. Мои спящие соплеменники для выполнения этой задачи отлично подходили. Благо воды, мяса, да и растительной пищи там было более чем достаточно. Поживут пока в древнем городе, а потом все переедут сюда, в новое государство в государстве. Волшебную страну, как её уже окрестили в народе.

— Кстати, людей из второго хранилища уже всех перевезли, — продолжила внучка. — Среди прочих там Евгений Поляков. Помнишь его?

— Конечно!

— Он очень хотел встретиться с тобой.

— Уже после мероприятия. — Я посмотрел на часы. — Как там Боря твой, едет?

— Не знаю. Он как раз в Рязани сейчас, оборудование для лаборатории ищет, но запросто может замотаться.

Как оказалось, муж Василисы не такой плохой мужик, как я о нём изначально подумал. Работящий. Правда, внучка за бокалом вина разоткровенничалась и пожаловалась, что, когда она ему напомнила, что в этом мире они могут иметь детей, муж попробовал этот разговор замять. Разумеется, Василиса этого не допустила, и, зная её, можно предположить, что не пройдёт и года, как я стану прапрапрадедушкой.

Да и вообще, через год ожидался настоящий бэби-бум, и мы уже спланировали строительство множества роддомов и больниц. Причиной было то, что в прошлом мире, с тех пор как стало известно о том, что катастрофа вот-вот случится семьям запретили иметь детей.

— Что за шум? — вдруг встрепенулся Сергей и, открыв дверь, выскочил наружу.

Шум стал намного громче, а ещё через несколько секунд нас накрыла тень. Сергей не проявлял признаков беспокойства, и мы тоже вылезли наружу.

Небольшой вертолёт, окрашенный в чёрно-оранжевые цвета моего рода, уже спустился совсем низко, а его дверь открылась,