Кровь не вода 2 - Василий Седой

Макар ехидно усмехнулся и спросил:

— Что, не получилось?

Я на это только сокрушенно развёл руками. Святозар же, хлопнув Макара по плечу, произнес:

— Может и выйдет толк из твоего внука.

— Обязательно выйдет, теперь-то уж точно. — Ответил Макар, и повернувшись ко мне, спросил:

— Обязательно было снова так лицо крошить?

«Фига себе предъява, будто я это затеял», — подумал я про себя, а вслух ответил:

— Бил не сильно, а хотелось от всей души отходить, чтобы успокоить уже навсегда.

— И на том спасибо! — Вполне серьёзно произнес Макар и уточнил:

— О серебре со Святозаром говорить? — Видя, что я не понял вопроса, он пояснил:

— Обещал же, что расплачусь за жизнь внука.

Я на это отмахнулся и коротко ответил:

— Ничего не надо, раз вместе в поход идём.

Макар как-то странно на меня посмотрел, а Святозар улыбнулся и произнес:

— А я говорил…

Глава 21

Участие Макара в походе — это везение сотого уровня, по-другому не скажешь.

Оказывается, несмотря на множество рукавов и проток в дельте Дона, пройти из реки в море не так-то просто.

Османы из своей крепости Азак (Азов) вполне себе плотно контролируют эту самую дельту реки и проскочить мимо них незамеченными, не зная достоверно обстановку на месте, довольно сложно.

Макар, выяснив, куда мы собираемся идти, тут же отправил гонца в низовья Дона к своим товарищам с просьбой разведать обстановку и подготовить к нашему приходу пути тихого прохода мимо османской крепости.

Обычная практика, как выяснилось, и там есть люди, которые за плату помогают казакам как проходить незаметно для противника в море, так и возвращаться обратно.

В устье Волги, если идти к персам, с этим, оказывается, все гораздо проще. Османы же стараются оберегать свои пределы.

Святозар, когда я ему задал вопрос, почему мы до появления у нас Макара не озаботились этим вопросом, ответил, что он, когда ходил к османам, зачастую действовал нахрапом, проскакивая оберегаемый участок максимально быстро, а потом прячась в плавнях, дожидаясь пока нарушителей пределов не закончат искать.

Макар со смехом прокомментировал, что так тоже можно, и половина ватаг именно таким образом поступает. Но проще идти по подготовленному пути.

В общем, мы решили выбрать более надёжный способ выхода в море, а там посмотрим, что получится.

Кривонос— внук Макара приступил к тренировкам с основным составом ватаги только через неделю, когда морда лица более-менее пришла в порядок. Синяки, конечно, полностью ещё не сошли, но людей своей физиономией он пугать перестал.

Удивило то, что он в присутствии своего деда попросил у меня прощения за свое поведение. Признал, что был не прав изначально, и сожалеет о случившемся. Но, говоря о сожалении, все равно зло зыркнул исподлобья.

Вообще-то мне на его злость наплевать, но держать возле себя человека, от которого не знаешь, чего ждать, не очень хотелось. Мало ли, что у него в голове? Ещё выстрелит, подобрав момент, в спину.

Собственно, поймав этот его злой взгляд, я и высказал ему в лицо все, что думаю по этому поводу.

Тот слегка ошалел от такого подхода к делу, немного подумал и ответил:

— Ты, Семен, все правильно говоришь, и я, извинившись перед тобой за сделанное, не бросил мысли о мести за изуродованное тобой лицо. Но мстить буду в честном поединке, подлости от меня не жди. В том моё слово и я готов в этом поклясться.

— Очень хочется в это верить. — Задумчиво ответил я и добавил: — Ладно, жизнь нас рассудит. Сейчас пока тренируйся вместе со всеми, а дальше — больше.

Тут в наш диалог вмешался Макар, который с улыбкой спросил:

— Сам внук не спросит, а я задам вопрос. Ему можно будет вместе с другими учиться у тебя мордобою?

— Интересный подход к делу, — протянул я как-то даже весело и спросил:

— Ты сейчас предлагаешь мне научить его драться, чтобы он позже потом набил мне морду?

Макар, улыбаясь, кивнул утвердительно, а я, посмотрев на Кривоноса, пожал плечами и произнес:

— А почему нет? Пусть приходит на тренировки, мне не жалко.

— Ты вот так просто согласен меня научить? — Неверяще уточнил Кривонос.

— Да, буду учить, может со временем до тебя дойдёт хоть что-то, — улыбнувшись, подтвердил ему сказанное. Про себя подумал: «Присмотрюсь к тебе во время этих занятий получше. Если пойму, что ты — непримиримый враг, то найду способ, как от тебя избавиться».

Так-то на самом деле мне этот Кривонос и нафиг бы не сдался. Но вот его дед очень даже нужен, из-за него и стоит потерпеть этого полудурка.

Кстати сказать, наставника по борьбе у него теперь нет. Вернее есть, только учить он ничему не сможет.

Мишаня во время поединка сломал ему то ли хребет, то ли что-то в тазу, точно не знаю. Главное, что ноги у этого борца отнялись, и неизвестно, останется он калекой или когда-нибудь всё-таки сможет ходить.

Пока же его родне отправили весточку о случившемся несчастье и ждут пока кто-нибудь за ним приедет и заберет домой.

Чем ближе время подходило к весне, тем больше Святозар гонял личный состав, ужесточая тренировки. При этом акцент делал на абордаже кораблей.

Так Илья выковал сразу полтора десятка подобий тяжёлых кошек (тройников с мощными крюками, необходимыми для того, чтобы загарпунить борт чужого корабля и притянуть его в притирку к своему), которые целыми днями учились кидать специально отобранные для этого казаки.

Помимо этого, если раньше только изображали порядок действий при абордаже, то теперь разделили людей на две части и начали тренировки боя, максимально приближенного к настоящему. Одна часть, понятно, оборонялась, другая атаковала корабль, изображая абордаж. Притом, хоть и использовали вместо оружия простые палки, а без травм все равно не обходилось.

Я в какой-то момент даже испугался, что при таком рвении не с кем будет идти в поход. Настолько рьяно народ рубился. Но и отмечал, что такой подход к делу явно идёт на пользу. Казаки с каждым разом действовали все сноровистей, на автомате во время боя поддерживая друг друга, и прикрывая в случае надобности.

Потихоньку сам по себе вырабатывается порядок действия во время абордажа, который выполнялся казаками не задумываясь, и это не могло не сказаться на эффективности действий.

Дни с потеплением становились настолько плотно наполненными учёбой, что на сторонние вещи просто не оставалось времени.

Я с трудом смог выгадать это самое время,