Я – Легенда! Книга III - Жорж Бор

— Мой транспорт уже давно тут, — фыркнул в ответ я и кивнул на наш фирменный броневик. — Только одежда нужна для официального визита.

— Везут, — коротко ответил Мастер, и мы пошли к основным силам. На секунду мне показалось, что командир Святых даже что-то вроде гордости испытал, когда я отказался от машины душанов.

В итоге, ровно через час границу купола моего баронства пересекли шесть автомобилей. Три скоростных машины Полуночников, два джипа и наш видавший виды броневик. На фоне грандиозного конвоя великого рода, мой отряд выглядел предельно скромно, но это меня волновало в последнюю очередь.

Мы обладали достаточной мобильностью, чтобы легко оторваться от большинства проблем и при этом сил нам с лихвой хватало на обычные неприятности. А всё сверх этого компенсировала группировка наследного княжича. Которая ехала параллельным курсом и поднимала такие облака пыли, что их было видно даже с Урала.

Около сотни километров до Московского полиса прошли в удивительно спокойной обстановке. Может в этом сыграло свою роль наше сопровождение, которое проделало этот же путь всего несколько часов назад, а может граф Овчинников просто выдохся и не сумел придумать ничего нового, чтобы наконец избавиться от угрозы в моём лице. За три часа пути мы не встретили ни одного монстра или человека. Даже горизонт оставался удивительно чист… Если бы его можно было рассмотреть в туче пыли, которая двигалась вместе с нами.

— Вижу купол, — произнёс сидевший в стрелковом гнезде Саня. Второй близнец управлял броневиком, а мы уже привычно разместились в пассажирском отсеке. — Там суета какая-то. То ли бой идёт, то ли какой-то парад…

— К чему бы это? — тут же посмотрел на Мастер.

— Ну уж точно не нас встречают, — ответил я. В свой единственный выходной костюм я переоделся по пути и теперь откровенно страдал от неудобства официальной одежды. — Для одного дикого барона слишком много чести.

— Не знаю, не знаю, ваше благородие, — покачал головой командир Святых. — В последнее время я уже почти разучился удивляться.

— Бой! — спустя минуту томительного ожидания, сообщил Саня. — Мелкая орда воздушных тварей. Защитники со стен работают. Вроде как даже в поле никого нет.

— У нас другой маршрут, — произнёс я.

Вмешиваться в работу защитников полиса и нестись им на помощь я не собирался. Оказалось, что Александр Степанович придерживался того же мнения. Колонна сопровождения чуть изменила траекторию, обходя место боя и направляясь к сектору Космачёвых.

— Ерунда какая-то… — проворчал Мастер. — Почему нам дали доехать спокойно? Где засады? Где атаки? Даже княжич был уверен, что нас разнесут люди Овчинниковых ещё возле купола баронства. Почему никого не было?

— Возможно, конфликт между двумя великими родами для Овчинниковых ещё больше ухудшит ситуацию, — пожал плечами я. — Но есть и другие варианты.

— Какие? — тут же по своему обыкновению, спросил Олег.

— На нас запускали монстров, отправляли наёмные отряды и ставили мощные ловушки, — глядя в окно, ответил я. Мы пересекли внешнюю границу купола и конвой тут же пошёл в сторону к своей постоянной базе. — Были попытки финансового давления, но это уже по другой линии. Все нападения происходили на границе баронства и граф уже отчётливо понял, что там он меня достать не сможет.

— Удвоить внимание, — всё поняв без дополнительных пояснений, сухо произнёс Мастер. Впереди показались стены Чёрного города, а в броневике начало стремительно нарастать напряжение.

На воротах нас остановили и мучительно расспрашивали почти десять минут. С удивительной дотошностью выспрашивая такие детали, которые никому обычно не были интересны.

— Любопытно… — заметив среди людей неподалёку от ворот знакомое лицо, произнёс я и, дотянувшись до ручки, открыл дверь. — Вы тут продолжайте, а я пока прогуляюсь.

Глава 25

Шестью часами ранее.

Московский полис.

Белый город.

Резиденция главы рода Овчинниковых.

Фёдор Григорьевич Овчинников, по своему обыкновению, смотрел в окно кабинета. С этой точки, весь Белый город был, как на ладони. Он построил это здание почти десять лет назад, назло всем староверам и ревнителям традиций, которые цеплялись за пережитки прошлого. И с тех пор наслаждался видом на жмущиеся к земле дворцы других родов каждый день. Каждый день, кроме этого.

Годы бесконечных интриг и подковёрной борьбы с другими родами. Десятки тайных и явных операций, которые сделали Овчинниковых сильнейшим родом столицы. Графа варился в котле интриг с самой юности и столько союзников предал, что само это слово перестало иметь для него хоть какое-то значение. Величие его рода не смели оспаривать даже редкие гости с летающего острова, а такой чести заслужили всего пять семей во всей империи! И теперь это всё было под угрозой из-за глупого мальчишки, который никак не хотел умирать!

Даже говорить об этом было смешно. Пять полноценных акций и ни одна не достигла успеха. Даже последняя! А ведь Фёдору Григорьевичу пришлось поступиться собственной гордостью и пойти на поклон к тем, чьё существование вообще считается выдумкой!

— И всё зря! — тихо произнёс граф, залпом допил остатки коньяка из тяжёлого стакана и, с совершенно безразличным лицом, швырнул его в бронированное окно. Стакан разлетелся на сотни осколков, которые присоединились к другим таким же, валявшемся возле окна и по всему кабинету.

Ему ясно дали понять, когда он рванул за вожделенным кристаллом, что Овчинниковым там не рады. Пусть граф не сразу это осознал, но он отлично умел сопоставлять факты. Если бы не засада на пути виконта в тот злополучный день, то всё могло повернуться иначе. Вот только с теми, кто живёт в тени Императора, никогда не стоит спорить. И он не стал бы, если бы не прямой конфликт, который создал глупый мальчишка, нагло вмешавшийся в чужую игру.

— Даже интересно, чем ты им так насолил, мальчик, — криво усмехнулся глава великого рода Овчинниковых. Всего один звонок, ради которого пришлось наступить на горло собственной чести и гордости. И короткий ответ, фактически означавший приговор для Орлова. — Это приемлемо… Приемлемо! Твари!!!

Наверное, это был тот самый момент, когда Фёдор Григорьевич толком не мог определиться со своим отношением к ситуации. Ему чертовски хотелось, чтобы дерзкий барон сгорел без следа в ловушке теневиков. Чтобы сама