Я – Легенда! Книга III - Жорж Бор

и за всей этой кутерьмой мне отчётливо виделась рука Овчинникова. Это было вполне в духе графа — не только устранить досадную помеху, но и вывести из игры одного из самых своих крупных конкурентов.

— Боюсь, у меня нет на это времени, ваша светлость, — признался я. — Главы великих родов точно не станут ждать какого-то дикого барона. Если вас действительно заинтересовали мои слова, то я рекомендую вам обратить пристальное внимание на третий перекрёсток Чёрного города и прилегающие к нему кварталы. Времени у вас не так много. Скоро гости вашего сектора начнут разбегаться по своим норам.

— Если вы правы, Святослав Иванович… — спустя пару секунд произнёс Александр Степанович. На заднем фоне уже слышались приказы. Только расположившаяся на отдых бригада срывалась по тревоге. Княжич оказался довольно решительным человеком и не тратил времени попусту, — то мой род… То это многое меняет.

Слово «долг» так и не прозвучало, но оно витало в воздухе. Возможно, однажды в трудной ситуации мне тоже окажут подобную услугу и спасут этим жизнь или репутацию.

— Всего наилучшего, Александр Степанович, — попрощался я. — Рад бы снова с вами пообщаться.

— Взаимно, Святослав Иванович. Взаимно, — ответил княжич. — Удачи вам на совете.

Я отключил связь и хотел уже на пару секунд откинуться на спинку сиденья. Как раз затихли пулемёты, и мы вырвались из зоны боя. Однако, сделать ничего я не успел, потому что Мастер буквально взорвался.

— Откуда⁈ — уставившись на меня, произнёс командир Святых. — Откуда у вас эта информация, господин барон? Вы ни с кем не говорили, никому не звонили… Проклятье, да до вас дозвониться даже я не могу, когда это нужно.

— Сиятельный, — невозмутимо ответил я. — Это он рассказал о готовящейся акции.

— И вы готовы сорвать совет глав великих родов из-за слов какого-то бандита? — воскликнул Мастер. Для него такая эмоциональность была большой редкостью. Видимо, бывший гвардеец действительно переживал за исход сегодняшних переговоров. — Вы сорвали с базы наследного княжича великого рода, потому что Сиятельный вам рассказал про засаду⁈

— Он был очень убедителен, — просто ответил я.

— Немыслимо! — будто потеряв все силы после этого короткого разговора, рухнул обратно на своё сиденье Мастер. — А если головорез ошибся?

— То я окажусь в большом долгу у Александра Степановича, — спокойно ответил я. Последствия ошибки действительно могли быть очень болезненными. — А ещё, с большой долей вероятности, прослыву трусом и паникёром.

— Ни один человек, который хоть раз с вами общался, никогда не подумает такого, — немного успокоившись, возразил мне Мастер. — А наследный княжич из тех, кто умеет думать. После вашей встречи у купола, поразмыслить ему точно есть над чем. Это Сиятельный вам сказал о серых братьях?

— Да, — кивнул я.

— Никогда бы не подумал, что это правда, — покачал головой командир Святых. — Все эти враки про тайный конклав главарей секторов и общие интересы… Полная чушь! Я видел, как они убивают друг друга при первой встрече или хотя бы намёке на принадлежность к другой банде.

— Потом сможешь узнать всё из первых рук, — хмыкнул в ответ я. — Сиятельный со своей командой теперь у меня на службе.

В машине повисла удивлённая тишина. Даже Саня попытался развернутся в мою сторону, но тут же получил подзатыльник от Бугурта и вернулся к управлению броневиком.

— И вы хотите взять на службу все две сотни оборванцев, которые режут глотки по ночам случайным прохожим вот уже три года? — тщательно подбирая слова, уточнил Мастер. Даже не знаю, чего ему стоило удержаться от более резких выражений.

— Он сказал, что с ним только двадцать человек, — возразил я. — Остальных то ли убили, то ли разбежались из-за его проклятия неудачи. Сиятельный просил за близких.

— Близкие — это отряд Вольных, в котором он начинал ещё до того, как осел в полисе и скатился на дно, — хмуро ответил Мастер. — Тогда ещё куда не шло. Но проблем от них не оберёшься. Помяните моё слово, начнутся не только домогательства, но и убийства. Нужны ли вам такие люди в вашем баронстве, Святослав Иванович? Понимаю, что людей не хватает, но у меня есть на примете пара хороших отрядов, которые я мог бы вам рекомендовать.

— Посмотрим, — глядя на стремительно приближающиеся ворота Московского полиса, ответил я.

На этот раз всё прошло удивительно легко и гладко. Охрана на воротах настолько удивилась нашему конвою, что толком не смогла ничего сделать.

— А… Вы откуда? — наконец нашёлся главный офицер.

— Из боя, не видишь что ли, служивый, — ответил Мастер и кивнул на покрытые пылью и кровью борта машин Полуночников. — Вашим коллегам помогали от орды отбиться. Или справка нужна?

— Не нужна, — мотнул головой боец. — Проезжайте. Дайте дорогу!

Колонна полетела по прямой дороге до стен Серого города, где нас вообще не стали останавливать. Я озадаченно посмотрел на Мастера и тот охотно пояснил.

— У Тени очень серьёзная репутация в этой части полиса, а его машины сложно с кем-то перепутать. Иногда это играет против него, но чаще идёт на пользу.

— Останови тут, — когда мы немного удалились от внутренних ворот, попросил я и все Святые сразу уставились на меня с большим подозрением. Саня тут же припарковался у обочины, но напряжение не спадало. — Да никуда я не пойду. Хочу пересесть к баронессе и обсудить с ней пару вопросов.

— Так бы сразу и сказали… — проворчал Мастер. — Теперь боязно вас даже на пять минут выпускать из поля зрения. Кто бы мог подумать, что я так за аристократа переживать буду?

— Не переживай, — весело ответил я. У нас в запасе оставалось ещё почти двадцать минут. Успевали с запасом. — А то переживалка сломается.

— Святосла-ав Иванович! Ну, разве так может говорить дворянин? — возмутился Мастер.

— Сегодня можно, — хмыкнул я в ответ. — Немножко.

На улице было удивительно свежо и многолюдно. После вечной засухи пустошей и вездесущей пыли, проникавшей в любую щель — настоящий обитель покоя и радости! Я прошёл десять метров до машины баронессы, открыл дверь и увидел два бледных до синевы лица.

— Позволите к вам присоединиться, Елизавета Дмитриевна? — уточнил я, и кивнул её брату. — Никита Дмитриевич.