"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

В адрес Руфуса-младшего посыпались язвительные насмешки. Лицо юноши побагровело от гнева. Полный ярости, он обернулся к гвардейцам:

– Разберите эти завалы!

Гвардейцы даже не шелохнулись.

– Я кому сказал, разбирайте!

– Мы – гвардия дара Руфуса, барона Жадвиля, – лениво пояснил один из гвардейцев, – а никак не разнорабочие. Наше дело – наводить порядок на улицах, а не доски тягать.

– Ух ты, какая дисциплина! – приторным голосом восхитилась Элина. – Аж завидую!

– Заткнись, потаскуха! – Руфус-младший брызгал слюной, заходясь от злости.

– Ишь, какой наглый! – возмутилась Элина. – Заявился к нам без приглашения, да ещё и оскорбляет! Давайте-ка поучим его вежливости!

Эти слова стали сигналом к действиям кондотьеров. В гвардейцев полетели увесистые горшки с подозрительным запашком. Через баррикаду было сложно добросить эти снаряды до цели. Горшки падали наземь, разбивались и разбрызгивали своё отвратительное вонючее содержимое.

Гвардейские лошади испуганно заржали, а всадники принялись отчаянно материться, распознав в "бомбах" обычные фекалии. Кондотьеры злорадно хохотали. Кто-то, не слишком брезгливый, зачерпнул порцию дерьма и метнул в Руфуса-младшего. Лошадь под ним шарахнулась, поэтому "подарочек" угодил не в лицо, а в грудь, пропитывая дорогую одежду.

Элина заметила злорадные ухмылки на лицах гвардейцев и чуть не пожалела баронского сынка. Следующие горшки полетели целенаправленно под копыта лошадей.

– А-ха-ха! Мазилы! – загоготали гвардейцы.

Впрочем, смех быстро прекратился, когда через завал полетели факелы. Оказалось, что в горшках были не только фекалии, но и масло. Эта дьявольская смесь вспыхнула, окончательно перепугав бедных лошадей. Началось столпотворение.

Элина отошла в сторонку, к стене ближайшего дома. Она наблюдала, как кондотьеры готовят камни и стрелы. Все прекрасно знали, что и в каком порядке делать, так что Элина вполне могла убираться отсюда, но… Рицпа просила за своего сына, и Элина дала ей обещание. Придётся остаться и проследить, чтобы с этим самонадеянным щенком ничего не сделали.

Этот щенок только что размазал по пузу порцию прилетевшего дерьма, поэтому ругался как грязный (во всех смыслах) бандит. Откуда-то из-за спин гвардейцев раздался крик:

– Отходите! Приказ барона – возвращаться!

Сколько Элина ни присматривалась, ей не удалось рассмотреть, кто это кричит. Зато гвардейцы наверняка знали крикуна и послушались его незамедлительно. Молодой командир, скрипя зубами от ярости, вынужден был тоже отступить. Вот и хорошо, вот и славно. Пострадала только гордость мальчишки, но насчёт гордости Элина его матери ничего не обещала.

Теперь можно возвращаться. Люди сами потушат огонь.

Глава 34

В отцовском доме Руфус-младший закатил настоящую истерику. Он кричал в лицо барону, что почти победил бунтовщиков, они уже готовы были выдать зачинщиков, так зачем же отец велел отступить?!

– Иди вымойся и переоденься, сын мой, – недовольно проговорил барон, – от тебя невыносимо смердит… Это запах поражения, знаешь ли…

– Сынок, – кинулась к Руфусу-младшему баронесса, – я велела приготовить тебе ванну и чистую одежду!

– Отстань, мама, – раздражённо бросил юноша и, оттолкнув материнские руки, выбежал из покоев барона.

Баронесса вздохнула с облегчением: её сын был цел и невредим, та разбойница не обманула. Руфус-старший тем временем оглядывался по сторонам, ища, чего бы выпить.

– Ну ничего нет в этом доме! – бурчал он. – Как так получилось? И Шахлая так не вовремя подстрелили, что же он за дурак, подставился под арбалет!

Шахлай валялся у себя, обливаясь холодным потом и задыхаясь. У его постели всё это время сидел баронский лекарь. Лекарь хмурился, потому что сделал для Шахлая всё, что мог, но его состояние не улучшалось. Чувство бессилия лекарь не любил.

– Сжечь! Сжечь к демонам эту Слободку! – барон бегал по комнате взад-вперёд, сшибая безделушки на пол. – Эх, жаль, что Шахлай ранен! Уж он-то знает толк в этих делах! Кому же поручить выжечь это гадючье гнездо?

Рицпа-Рилинда поднимала с пола все вещицы, но барон раздражённо вырвал их из её рук и вновь швырнул на пол. Баронесса знала, что ему очень хочется выпить. Если он не получит желаемого в ближайшее время, то… Баронесса Рилинда некоторое время не сможет показаться на людях. И, возможно, ей понадобятся услуги лекаря. Но всё это пустяки, лишь бы её драгоценный единственный сын был жив.

– Ну чего ты тут стоишь? – прикрикнул барон на жену. – У тебя, может, есть какие-то идеи? Предложения? Иначе чего застыла истуканом?

И тут Рилинду осенило.

– Руфус, я знаю, что можно сделать, – торопливо заговорила она. – Ты должен написать королю и попросить у сюзерена защиты и помощи.

Барон замер, уставившись на жену. Та боязливо замолчала, сжавшись в ожидании грубых слов или даже пощёчины.

– Рицпа… Ты это… Ещё раз скажи, только внятно и чётко.

Баронесса с облегчением вздохнула. Пощёчины не будет.

– Руфус, дорогой, напиши письмо королю, попроси у него помощи. Пусть пришлёт людей для подавления бунта. В конце концов, мы отсылаем в столицу налоги…

В этот момент барон несколько смутился. В последнее время он, как бы помягче выразиться, налоги недоплачивал. Но в письме можно сослаться на бунтовщиков, которые грабили обозы, высылаемые в столицу. Эта маленькая ложь станет дополнительно причиной, чтобы королевские войска вошли в Жадвиль.

– Ну, молодец, Рицпа, ну порадовала! В кои-то веки и от тебя есть польза! А кстати, выпить у тебя не найдётся?

Рилинда отрицательно качнула головой, за что тут же было обозвана никчемной дурой. Настроение барона испортилось, и Руфус начал брюзжать:

– А с этими бунтовщиками что прикажешь делать? Вдруг они весь город захватят? Могут и нас в плен взять, а нас они не помилуют. Меня убьют, а тебя, Рицпа… Тебя вначале изнасилуют, да-да, все по очереди, а потом тоже убьют.

Рилинду передёрнуло от омерзения. Она хотела было возразить, что в Военной Слободке никто даже не думал обидеть её, но вовремя прикусила язык.

– Посоветуйся с помощником Шахлая, дорогой, – смиренно молвила баронесса.

– Он пьян вдрызг, двух слов связать не может, – проворчал барон, который сам мечтал дойти до такого состояния.

– Так, может, есть ещё кто-то…

– Да никого нет, понимаешь ты это?! Никто не хочет принимать решения, никто не хочет брать на себя ответственность! Дармоеды! За что я им плачу?

Рилинда тоже не понимала, зачем содержать такую ораву дармоедов, но благоразумно промолчала.

– Ладно, – внезапно успокоился барон. – Слободку трогать пока не