"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

– Конечно! – Элина глубоко вздохнула и обернулась к Гри. – Ты помнишь песню про безумную звезду, которая ведёт меня по кругу?

Гри кивнул, и они запели вдвоём:

– Я не вернусь, – так говорил когда-то

И туман глотал мои слова

И превращал их в воду…[1]

Песня всем понравилась, кондотьеры свистом и топаньем выражали своё одобрение. А на Элину снизошло вдохновение. Точнее, она вспомнила фразу "Кради как художник". С проказливым выражением лица она спросила у барда:

– Хочешь новую песню выучить? Совсем новую, её точно никто не знает…

У Гри загорелись глаза. Конечно, он хотел!

– Но учти: эта песня будет крамольная, её станут запрещать.

Теперь эту песню хотели послушать все.

– Мы браво и плотно сомкнули ряды,

Как пули в обойме, как карты в колоде.

Барон среди нас – мы горды!

Мы шествуем гордо при нашем народе![2]

Кондотьеры и их подружки притихли, ловя каждое слово. Что за пули такие в какой-то обойме, им было непонятно, но дара Элина вообще странная. Она водит дружбу и с гномами, и с нимфами, и с дроу. Мало ли чего она у них нахваталась!

– Падайте лицами вниз, вниз,

Вам это право дано.

Перед бароном падайте ниц,

В слякоть и грязь – всё равно!

Гри умел уловить самую суть песни. Припев был простым, и его подхватили все. Элина даже притопывала и постукивала чьей-то пустой кружкой по столу. Акилла под шумок вылакал пиво сперва у Харлена, а после у Квэддо. Никто ничего не заметил. Песню спели ещё разика три для лучшего запоминания.

Из солдатской харчевни Гри уходил изрядно богаче, чем пришёл: никто не поскупился на монету молодому барду. Все просили его остаться с кондоттой, и Гри ответил, что подумает. Вообще-то ответ у него уже был готов, и к нему музыканта подтолкнул взгляд голубых глаз… Ах, какой это был взгляд! Ясный и чистый, словно летнее небо! А имя девушки перекатывалось на языке, как прохладный леденец, – Поллианна…

[1] Песня "Серебро" группы "Би-2" (иноагенты).

[2] Элина переделывает песню "Королевское шествие" В.Высоцкого.

Глава 27

Через день песню напевал весь город. Городская Стража и баронские гвардейцы то там, то сям слышали:

– Нет-нет, у народа нетрудная роль,

Упасть на колени – какая проблема?

За всё отвечает барон!

А коль не барон, ну тогда баронесса!

Стражники, обернувшись, видели только насмешливые улыбки на лицах горожан. Песня дошла до самого барона и ожидаемо вывела его из себя. Барон велел – кровь из носу! – найти поганца, который посмел сочинить это паскудство. А если дрянной народец не желает сообщить имя этого певуна добровольно, гвардейцам дозволяется применять силу. В каких именно пределах, барон не уточнял, но, судя по самодовольным рожам гвардейцев, их ничем не ограничивали. Поговаривали, что барон метался по своему роскошному особняку и вопил, брызгая слюной:

– Это всё мои враги! Они только и ждут момента, чтобы разорвать мои земли! Я же знаю, что они лязгают железом у наших границ!

Как связано лязганье железом и насмешливая песня, барон пояснить не изволил. Элине и Квэддо эту сплетню принесли два лазутчика, не знакомых друг с другом, так что в рассказ можно было верить. Когда лазутчики убрались, получив свою плату, Элина расхохоталась в голос:

– Вот припекает задницу барону!

Квэддо посмеялся вместе с ней, а потом посерьёзнел:

– Руфус разрешил применять силу против горожан. Будь уверена, что капитан Шахлай такое устроит, – мало не покажется…

Элина вмиг перестала смеяться.

– А мы на что? Надо щёлкнуть их по носу, чтоб не вякали…

– Только не забывай, что титул и права барону пожаловал сам король, а мы – никто. Практически бандиты.

– Не вешай нос, Квэддо. И не сдавайся раньше времени. До неба высоко, до короля далеко. И нашим ребятам давно нужно проявить себя в настоящем деле.

Квэддо ушёл от Элины в глубокой задумчивости. Он давно отвык от настоящей драки, а тем более опасался искать ссоры с властями. Но иначе ему бароном не стать, он это понимал. Капитан кондотьеров решил довериться Элине: она знала, что делает, провоцируя недалёкого барона, да и шпионская сеть у неё была получше, чем у самого Квэддо.

На следующий день в слободку явились гвардейцы барона, вызвав большой переполох.

– Дара Элина, дара Элина! – вопил пронзительный детский голосок прямо у Элины под окном.

– Чего тебе? – Элина занималась подсчётами, и детские крики сбили её. Теперь длинный столбик цифр придётся складывать заново…

– Там гвардейцы! Они уже в Слободке!

Элина сразу отшвырнула листки с цифрами. Быстро же эти гвардейцы прибыли! В том, что они пожаловали по душу барда, Элина нисколько не сомневалась.

На улице стояла почти настоящая зима, поэтому одеваться пришлось хоть и спешно, но тепло. Под плащ Элина спрятала гномий арбалет, предварительно взведя его. Посмотрелась в полированную зеркальную пластину – вроде бы арбалета не видно.

– Мальчик, ты знаешь, где гномы наши живут? – малец, который всё ещё ошивался рядом в расчёте на монетку, кивнул. – Зови их мне на помощь!

Мальчуган убежал. Элина, крепко стискивая арбалет, чтобы унять нервную дрожь в руках, зашагала по заснеженной улице. Направление угадать было легко – издали доносился шум и грубые окрики. Женщина прибавила шагу.

На въезде в Слободку гарцевали три всадника.

– С дороги! – орали они на сбежавшихся зевак. – Кому сказал, с дороги! А ну, разойтись!

Собравшиеся шумели и возмущались, но расходиться никто и не думал. Элина стала пробираться ближе к всадникам, стараясь не зацепить никого арбалетом. Люди узнали её и приободрились

– Вот и хозяйка пришла! Щас разберёмся!

Всадникам это очень не понравилось, особенно тому, который был в центре. Его тонкие губы искривились в презрительной усмешке, а водянистые глаза безошибочно выцепили Элину из толпы.

– Кто вы такие и чего хотите? – спросила Элина. Увидев врага, она неожиданно успокоилась.

– Мы здесь по приказу барона и требуем выдать бунтовщика и смутьяна по имени Гри!

– У нас нет никаких смутьянов и бунтовщиков! – холодно отозвалась Элина. – и никакие приказы здесь не действуют! МЫ здесь власть!

К сожалению, здесь собрались только гражданские жители Слободки, а они были трусоваты. Ни одного кондотьера Элина не увидела. И сейчас зеваки отступили назад,