Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— А Макс и Лана? — спросил он.

— Будут в толпе. Они знают путь через технический проход. Ждите на западной трибуне. Вальнор проведёт их.

— Вот чего он так рано ушел, — Стёпа снова кивнул. Значит, все будут на месте. Хорошо.

Советник замолчал на секунду. Смотрел на Стёпу — и что-то в этом взгляде изменилось. Стало острее, внимательнее.

— Кое-что произошло, — медленно произнёс советник. — В таверне «Солёный Крюк» нашли тела. Двое отравлены. Ещё двое у входа — с перерезанными глотками.

Стёпа почувствовал, как что-то холодное сжалось в груди. Лицо держал ровным, но пальцы сами собой напряглись.

— И что?

— Один из мёртвых — торговец с юга, — продолжал Арий негромко. — Варон. Тот самый.

Пауза. Советник пристально смотрел на копейщика:

— Где Ирма?

Кровь прилила к лицу Стёпы. Внутри парня поднялось настоящее, не наигранное возмущение — как смеет он подозревать старуху в убийстве?

— Это не мы, — сказал он твёрдо. — Ирма покинула город сразу после отречения Макса. Она уже на пути к ферме, в Драконий Камень. Уехала позавчера утром.

Арий молчал. Долго смотрел ему прямо в глаза — внимательно, словно пытался прочесть что-то между строк. Искал ложь. Стёпа выдержал взгляд, не отводя глаз. Говорил правду — насколько сам её знал.

Наконец советник медленно кивнул.

— Ладно, — сказал он. Голос снова стал ровным и деловым. — Слушай внимательно. Если начнётся хаос — а он начнётся — не лезьте в центр. Оттуда не выбраться живым. Западная сторона будет перекрыта стражей, южная — слишком открытая. Восток — ваш путь отхода. Запомни.

Стёпа запоминал каждое слово. Восточная трибуна. Служебные коридоры. Путь отхода.

— Понял, — сказал он коротко.

Арий кивнул и развернулся, чтобы уйти. Прошёл несколько шагов к калитке, потом остановился. Медленно обернулся.

— Стёпа.

— Да?

Советник посмотрел на него — и на мгновение маска упала. Под ней был просто усталый мужчина, который слишком много видел и слишком мало спал за последние дни.

— Удачи нам всем, — сказал он тихо.

И ушёл.

Копейщик смотрел ему вслед, пока фигура в тёмном плаще не скрылась за углом дома. Потом медленно сел обратно на бочку.

Варон мёртв. Отравлен в таверне. Ирма…

Он покачал головой. Не его дело. Сейчас точно не его дело.

Сегодня — финал. Сегодня всё решится.

В груди поселилось ровное, холодное чувство. Не страх и не злость. Спокойная, взвешенная решимость.

Он готов к тому, что будет.

* * *

Мика открыл глаза от тихого скрипа половиц — кто-то ходил по комнате, стараясь не шуметь. Солнце уже давно поднялось над крышами, его лучи полосами ложились на деревянный пол через приоткрытые ставни. День уже что, заканчивался?

Лекарь подскочил.

Ника сидела на краю кровати, спиной к стене. Бледная, с тёмными кругами под глазами, но взгляд ясный. Чёрные вены всё так же проступали на её шее — но сегодня ей было лучше. Или она просто держалась изо всех сил.

— Ты так долго спал, — сказала она с улыбкой. — Нормально себя чувствуешь?

Мика потёр лицо ладонями. Руки до сих пор помнили скользкое тело червя в щипцах, тот момент, когда скальпель соскользнул и ушёл глубже, чем нужно. Он справился. Но цена — голова, которая всегда болела после слишком долгого сна.

— Нормально, — соврал он.

Ника протянула руку. Пальцы у неё были холодные, тонкие — болезнь высасывала тепло из тела, оставляя только жар в венах.

— Неужели сегодня? — спросила она.

— Сегодня.

Она кивнула. Знала с самого начала, что этот день придёт. Понимала, что от финала зависит её жизнь.

За окном доносились голоса с улицы — город готовился к финалу турнира. Кто-то скандировал имя Раннера, и Ника облегчённо улыбнулась. Последние бои закончились, и Инферно попал в финал.

— Я иду с тобой, — негромко, но твёрдо сказала Ника.

Мика повернулся к ней:

— Нет. Опасно. Ты останешься здесь.

Девушка покачала головой с тем упрямством, которое он знал с детства. Когда она принимала решение, переубедить её было невозможно.

— Ты кое-чего не знаешь, — сказала она. — Стёпа сказал, что в городе неспокойно. Варона убили. Сейчас стража вольных городов проверяет дома, ищут кого-то.

Она посмотрела на брата, и в её глазах мелькнул страх.

— Оставаться здесь одной я не хочу…

— Это всё просто повод, да, Ника?

— Просто я…

Она осеклась и не договорила. Не нужно было. Мика понимал.

Ника сжала его руку:

— И если ты не вернёшься… — голос дрогнул, но она заставила себя договорить, — я хочу быть рядом. Не заставляй меня ждать в пустой комнате. Пожалуйста.

Мика смотрел на неё. Маленькая, бледная, упрямая. Его сестра. Единственный человек, ради которого он вообще ввязался во всё это безумие.

Он вздохнул. Кивнул.

— Ладно. Вместе.

Ника выдохнула с облегчением. Слабая улыбка коснулась её губ.

Мика обнял её.

Они сидели так несколько секунд, и парнишка чувствовал, как её сердце бьётся под тонкой рубашкой. Слишком быстро и неровно. Болезнь добиралась и до сердца.

Он отстранился. Встал. Взял свою сумку с инструментами, проверил содержимое. Тут же лежала и граната.

Парень вопросительно взглянул на сестру.

— Стёпа отдал, когда заходил. На всякий случай, — сказала сестра, и Мика не стал спорить.

— Собирайся, — сказал он Нике. — Выходим через час.

Сумерки накрыли Оплот Ветров, словно серая шаль. Солнце ушло за крыши домов, оставив после себя лишь красную полосу на западе. Небо из голубого стало серым, потом — тёмно-синим, с первыми робкими звёздами над черепичными крышами.

Мика стоял во дворе наёмного дома, держа в одной руке сумку, другой — поддерживая сестру под локоть. Ника укуталась в тёмный плащ с капюшоном, который скрывал её бледное лицо.

У калитки стоял Стёпа. Копейщик проверял оружие — копьё в руке, два ножа за поясом, сумку с гранатами на боку. Возле него вилял хвостом Шовчик.

Барут стоял рядом в тёмном плаще. Торговец выглядел непривычно серьёзным — никаких улыбок или шуток.

Они стояли во дворе между деревянными стенами дома и забором и смотрели друг на друга в сгущающихся сумерках. Никто не говорил лишнего. Всё уже было сказано — раньше, в других разговорах, в других комнатах. Сейчас — только молчание и понимание.

Мика подошёл к волкодаву, и он рванул навстречу хозяину. Парнишка засмеялся, когда пёс начал лизать ему лицо.

— Побудешь в доме, Шов! — пёс замер. — Мы скоро придём.

Ника тихо кашлянула, прикрывая рот тыльной стороной ладони.

— Готовы? — негромко спросил Стёпа.

Барут кивнул. Мика тоже.

Копейщик оглядел всех.

— Решение принято, пути назад нет. Идём.

Стёпа открыл калитку. Петли тихо скрипнули. Он