Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

Шутка оказалась неудачной. В мгновенно наступившей тишине юморист тут же смекнул, что язык следовало прикусить, но мастер Лодар уже перевёл на него тяжёлый взгляд.

— Я смотрю, вы не хуже баб продолжаете распространять досужие слухи? Сказано же, невиновна! Какого Тёмного языками продолжаете трепаться?

— Ну, мастер, — рискнул заступиться за друга рыжеволосый парнишка, — слухи-то разные гуляют. Пойди пойми, что правда, а что ложь, которой законники для выгоды вышестоящих истину прикрывают.

— Ты. Иди сюда.

Рыжий опасливо посмотрел на мастера, но всё же подошёл.

— И ты, — мрачный взгляд достался уже Майяри.

Уже развернувшаяся в сторону трапезной девушка неохотно приблизилась.

— А теперь слушай мой приказ, — рыжий вздрогнул. — Ударь её.

— Что? — вытаращил глаза парень.

— Ударь, — спокойно повторил мастер.

Майяри с возмущением уставилась на него. Это за что её сейчас бить будут?

Рыжий немного помялся и всё-таки несильно пихнул девушку кулаком в плечо.

— А теперь ты его!

Внутри всплеснулась злость, и Майяри с силой сжала кулаки, разгневанно уставившись на мастера Лодара. Это он ей так за вчерашнее мстит? Некоторое время они смотрели друг на друга, а затем оборотень перевёл взгляд на рыжего и ошарашил того:

— Вот поэтому она ограбить и не могла. Тебе приказали — ты ударил. Ей тоже приказали, но она не ударила. Благородства в ней побольше будет, а оно плохо сочетается с тупыми приказами и такой низостью, как грабёж.

Уязвлённый парень вспыхнул пятнами, а одноклассники посмотрели на него с сочувствием и смущением: сами-то они, наверное, поступили также.

— Всё, топай отсюда, — мастер махнул рукой Майяри, и та, продолжая стискивать кулаки, направилась прочь с поля.

Тёмные! Она едва не ударила преподавателя! Вот бы он был удивлён её благородством.

Остаток дня Майяри провела в полном одиночестве в покоях мастера Дагрена. Задёрнув все занавески, девушка уселась в углу за одной из кроватей и, прижав колени к груди, апатично уставилась в одну точку. Несколько раз к ней заглядывали обеспокоенные охранники и первый раз, не рассмотрев её за кроватью, едва не подняли панику.

— Госпожа, вы б на кровать, что ли, пересели, — неловко пробормотал охранник, смущённый собственной заботливостью.

После полудня пришёл господин Дагрен, которому охрана, видимо, пожаловалась на свою подопечную. С тяжёлым вздохом присев рядом с ней на корточки, мастер с жалостью посмотрел на неё, а затем неожиданно притянул к себе на грудь и утешающе погладил по спине.

— Шидай — хитроумный Тёмный дух. Не переживай за него, он-то точно выкрутится.

Слова мастера звучали убедительно, и Майяри вдруг ощутила вину перед оборотнем за свой план. В горле застрял ком, и она едва позорно не разревелась. Захотелось признаться ему во всех своих замыслах, размазывая по лицу сопли и слёзы, но девушка вовремя напомнила себе, что господина Дагрена более расстроит смерть господина Шидая, чем её. Она-то всего лишь девчонка, за которой ему поручили присмотреть, а вот господин Шидай — друг. Самый настоящий друг.

Мастер на руках отнёс её в постель и, укрыв одеялом, вышел.

Через полчаса явился сердитый как оса Род. Пнув порог, мальчишка, что-то злобно бурча под нос, направился в свою комнату. Раздался грохот придвигаемого сундука. Ещё через полчаса в апартаменты мастера явились оборотни с ещё парочкой сундуков. Майяри притворилась спящей и не вздрогнула даже тогда, когда в очередной раз пришёл охранник и через одеяло пощупал её, убеждаясь в её реальности. Какие все мнительные стали после её прошлого побега.

Род грохотал в своей комнате ещё полчаса, после чего затих. Майяри мысленно подгоняла его на ужин. Пусть идёт уже куда-нибудь! Если он сейчас не свалит, то весь её и без того не самый удачный замысел полетит к Тёмным, а другой план она придумать так и не успела. Эх, раньше она слишком полагалась на свои силы, присущие ей от рождения как хаги!

В оконное стекло что-то врезалось, и до слуха Майяри донёсся громогласный вопль Мадиша.

— Майя-а-а-ри! Пошли с нами на площадь! Там сейчас такая веселуха!

Этот придурок вообще думает, как она на площадь пойдёт? Да даже если её выпустят, то в сопровождении дадут такую толпу охраны, что она вполне успешно сойдёт за хайрени, инкогнито выбравшейся в люди. Встав, Майяри бесшумно подошла к окну и слегка отодвинула занавесь. На улице уже сгущались сумерки, но парк, стараниями преподавателей украшенный сотнями магических шаров, сиял и переливался, как выставленная на солнце шкатулка с драгоценностями. Мадиш стоял чуть впереди всей компании, в которую входили Эдар, Лирой и даже Рена с Виидашем, и с широкой улыбкой ждал ответа подруги.

— Куда она пойдёт, идиот⁈ — рявкнул из соседнего окна Род. — Совсем, что ли, ополоумел? Кто её отпустит?

Мадиш аж отшатнулся. На мгновение ему показалось, что он наткнулся на брата одной из своих возлюбленных.

— Пусть она сама ответит! — пришёл в себя оборотень.

— Чего она тебе ответит⁈ Она вообще после разговора с хареном какая-то дурная стала: спит и ни с кем говорить не хочет.

— Ого! — Мадиш в предвкушении потёр руки. — Я так чую, что нам надо вызволять подругу.

До слуха Майяри из коридора донёсся горестный стон: видимо, её охрану Мадиш тоже уже достал. Как и друзей. Лирой и Эдар взглянули на него с усталой обречённостью.

Майяри, уже не скрываясь, встала перед окном и, поймав радостный взгляд Мадиша, сурово и непреклонно провела пальцем по горлу. И невозмутимо удалилась.

— Похоже, она не хочет, — смущённо пробасил Эдар.

Охранник заглянул в комнату как раз в тот момент, когда девушка опять забиралась под одеяло.

— Ну тогда ты, Род, пошли с нами, — неожиданно предложил Мадиш.

— Я? — обалдел тот. — Да с чего бы это мне с вами шататься?

— А ты чё, с кем-то ещё помимо нас ладишь? — язвительно отозвался Мадиш.

Судя по воцарившемуся молчанию, Род малость ошеломился, узнав, что он с кем-то ладит. Майяри ему даже посочувствовала, припомнив, что сама не собиралась дружить с этими прохиндеями.

— Давай, белобрысый, тащи свою конопатую физиономию вниз! — скомандовал Мадиш. — Хоть на праздничный город посмотришь.

— Хватит уже мяться! — пробасил Эдар, больше других не любивший ждать. — Одевайся уже и спускайся. Чё ломаешься, как девчонка?

— Да щас! — огрызнулся