Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

Дружинин опустился рядом, бережно укладывая Глеба на траву. Парень всё ещё не приходил в сознание, но дышал — это главное.

Станислав стоял, согнувшись пополам, упираясь руками в колени. Его била крупная дрожь: то ли от усталости, то ли от запоздалого адреналина.

Все были живы.

Алексей хотел просто вздохнуть. Просто порадоваться, что всё закончилось. Но вместо этого его позвали:

— Ну здравствуйте.

Алексей обернулся к оцеплению, откуда шёл человек в генеральской форме ФСМБ.

А за ним собралась уже целая толпа. Оцепление расширилось втрое — теперь здесь была целая рота, не меньше.

И журналисты снимали. Прямо сейчас весь этот кошмар транслировался в прямом эфире на всю страну. Алексей даже не сразу их заметил из-за нахлынувших эмоций после спасения.

— Мы же просили их не звать, — прорычал Станислав, с трудом выпрямляясь.

Крылов проигнорировал его и медленно подошёл ближе. Его взгляд скользнул по всем членам команды и остановился на окровавленном теле Глеба.

— А я просил вас, — тихо, но жёстко возразил Крылов, — позаботиться о маге S-класса. И как, по-вашему, вы справились?

Алексей открыл рот. Но сразу его закрыл. У него не было внятного ответа, как и оправданий.

Это он виноват в случившемся. Он не должен был вести студентов прямо в разлом. Нужно было действовать снаружи, и тогда Глеб бы не пострадал.

Но в тот момент Алексей слишком поддался азарту. На легких разломах давно не случалось ничего интересного, и ему хотелось посмотреть: что же таится внутри разлома. Любопытство и желание битв его сгубило. А ещё хотелось, чтобы студенты навсегда запомнили эту практику.

Что ж, этого он добился. Теперь они её никогда не забудут.

Крылов достал рацию и спешно передал:

— Медицинская группа, срочно сюда. Пострадавший маг S-класса, множественные внутренние повреждения, предположительно разрыв магических каналов. Готовьте реанимацию. Код красный.

Рация щёлкнула. Где-то за оцеплением взревел мотор, это медицинский фургон рванул к ним. Поскольку разлом был закрыт, то барьеры быстро сняли. Оцепление по большей части оставалось, чтобы не пускать за периметр журналистов.

Крылов убрал рацию и посмотрел на Алексея. И холодно произнёс:

— А теперь молитесь, чтобы он выжил.

Алексей промолчал. Молиться он не умел. Да и в богов не верил. Но сейчас, глядя на неподвижное тело Глеба, он был готов попробовать.

Глава 7

Сознание вернулось резко, словно кто-то щёлкнул выключателем в моей голове.

Я открыл глаза, ожидая увидеть знакомый белый потолок больничной палаты. Уже, блин, привык к этому виду за последние недели.

Но вместо этого увидел странное мерцание. Какая-то жидкость окружала меня со всех сторон. Почти прозрачная, с лёгким голубоватым отливом. Я находился внутри какой-то медицинской капсулы и парил в ней, словно в невесомости. Тело покачивалось в такт едва заметным потокам.

Ну прекрасно. Меня что, засунули в аквариум?

К лицу была прижата плотная маска. От неё тянулись трубки куда-то наверх, к поверхности капсулы. К рукам прикреплены капельницы, тонкие иглы уходили под кожу в нескольких местах. Я насчитал четыре штуки.

Первым делом я пошевелил пальцами. Правая рука отозвалась не сразу, а только через пару секунд. Левая тоже.

Потом я проверил ноги. Согнул колено, покрутил ступнёй. Пальцы на ногах тоже шевелились.

Тело меня слушалось. Уже хорошо.

Значит, не инвалид. По крайней мере, в физическом смысле. А вот что стало с магическими каналами после той перегрузки — это ещё большой вопрос. Я хорошо помнил боль, которая разрывала тогда тело изнутри.

После такого можно было ожидать чего угодно.

Система, анализ состояния.

[Анализ завершён]

[Магические каналы: были повреждены на 47 %]

[Статус: частично восстановлены]

[Примечание: критически повреждённые участки удалены. Взамен выращены новые каналы]

Удалены и выращены новые — это вообще как? Не знал, что такое возможно. Обычно если магический канал повреждён, то он отмирает. Растворяется в энергетическом поле организма. И больше уже никогда не работает.

Тем более, Система говорила о необратимых изменениях. Хотя в каком-то смысле так и получилось. Ведь она не может восстановить утраченные каналы. Поэтому она их удалила и вырастила новые. Сделала со мной то же самое, что произошло в момент получение мной Дара.

[Пояснение: Система использовала ресурсы организма для замещения каналов]

[Процесс занял 6 суток 14 часов]

[Текущее состояние: 53 % каналов функционируют нормально. 47 % — нестабильны, требуют развития]

[Проводимость энергии: снижена на 41 %]

[Рекомендация: постепенные тренировки для стабилизации новых каналов]

Шесть суток… Почти неделю я провёл в отключке. Новый личный рекорд. Прошлый был три дня, кажется. Прогрессирую, ничего не скажешь.

А судя по сведениям системы, она провела что-то вроде магической операции. Удивительная вещь, поскольку она сделала невозможное. Считается, что магические каналы не восстанавливаются после подобного.

Я посмотрел на свои руки сквозь мерцающую жидкость. Кожа выглядела нормальной. Бледной, чуть сморщенной, но никаких багровых пятен от лопнувших капилляров. Словно того кошмара в пещере и не было.

Хотя нет… Вот тонкие белые линии на ладонях и запястьях. Едва заметные шрамы. Следы от того, как кожа трескалась под давлением энергии.

Так, значит половина каналов у меня новые. Но при этом тонкие и нестабильные. Как в самом начале, когда я только получил Дар Громова. Придётся снова их развивать.

Ладно. Могло быть намного хуже. Я мог вообще не проснуться.

Огляделся, насколько позволяла колба. За толстым стеклом виднелось светлое помещение. Белые стены, какие-то приборы с мигающими лампочками, мониторы с графиками.

Через пару минут дверь открылась.

Я ожидал увидеть Дружинина. Он обычно первым появлялся после моих пробуждений. И наверняка сказал бы что-нибудь в стиле: «вы опять проспали целую вечность, Глеб Викторович».

Но вместо него пришёл Алексей Монов. Он выглядел паршиво, по-другому не скажешь. Тёмные круги под глазами и щетина на подбородке его не красили. Форма была помятая.

Скорее всего, он долго оставался тут и следил за моим состоянием. Потому что чувствовал ответственность за меня. Значит, я и правда чуть не умер, раз он так переживал.

— Глеб, — он подошёл к колбе и положил ладонь на стекло. — Ты очнулся. Наконец-то.

Голос доносился глухо, словно со дна колодца. Колба искажала звуки, делала их далёкими.

Я кивнул. Говорить не мог, поскольку маска мешала.

Алексей пару секунд помолчал. Посмотрел на меня, и в его глазах я увидел облегчение. Ещё одно доказательство тому, что командир беспокоился.

Потом Алексей заговорил снова, и его голос слегка надломился:

— Во-первых, я хочу извиниться.

Он отвёл взгляд. Посмотрел куда-то в сторону, на мониторы с бегущими графиками.

— Если бы не моё решение идти в разлом,