Наперекор страху - Олег Юрьевич Рой

И Жювеналь… мой отец не особо настаивал, и самой мне было как-то все равно. Но раз для тебя это так важно, то знай, что твой Бог – и мой Бог, прямо с этого момента. И если когда-нибудь мы с тобой попадем куда-нибудь, где будет храм твоего Бога, я напомню тебе о твоем предложении. Даже если ты к тому моменту передумаешь.

– Я?! – возмутился Призрак. – За кого ты меня принимаешь?! Микеле Солариано Росси не какой-то там chiacchierone[29]! Я хозяин своему слову!

– Ага, – продолжала поддевать его я. – Захотел – дал, захотел – забрал…

– Ты слишком много говоришь, женщина! – заявил Призрак, хватая меня в охапку. Все-таки он такой сильный – в его руках я чувствовала себя голубкой в когтях ястреба… и мне нравилось это. Черная голубка в когтях белого ястреба.

Призрак повалил меня на постель, и все пошло так, как я ожидала. А я вдруг поняла, что давно уже знаю, что мы с Призраком всегда будем вместе. И не важно, удастся ли нам когда-нибудь обвенчаться или нет – кто-то на небесах уже сплел ниточки нашей судьбы в один канат, и разделить их не в силах никто…

* * *

Сегодня я гадала не на себя, потому я не удивилась, увидев, что первая из карт центра была дамой жезлов. Да, Льдинка, я гадала на тебя. И мне очень интересно, кем будет вторая карта, лежащая сейчас рубашкой кверху. Вернее, интересно, будет ли она такой же, как вчера или позавчера.

Когда я гадаю на Бракиэля, с ним выходит король кубков. В этом нет ничего странного – король кубков у нас Нтомбе, то есть Леди Н. А вот со Льдинкой…

Я перевернула карту и увидела его. Темная фигура в капюшоне, скрывающем лицо, протягивала руку к планете, а за спиной его разливалось сияние. Это был герой той же киносаги, из которой к нам пришел Молчаливый Гигант. В моей колоде он являлся тем же, кем был в фильме. Император, четвертый аркан.

И это могло означать все что угодно.

Не упадешь ли ты от взгляда его?

Фредди

Многие подростки мечтают о службе в вооруженных силах. Не просто многие – наверно, трудно найти юношу, который никогда не был очарован странной притягательностью оружия. Меня это поветрие как-то миновало – когда сидишь в инвалидной коляске, знаете ли, трудно мечтать о том, чтобы быть военным, даже в наше время, когда на поле боя пехота давно уступила место артиллерии, танкам, боевым роботам и беспилотным аппаратам. Но мышление военных по непонятной причине инертно, и хорошая физическая форма по-прежнему необходимое условие для того, чтобы носить форму военную.

Нет, я не избегал «милитаристической тематики» в своем интернет-самообучении и тем более не был убежденным пацифистом – просто не имел определенного мнения на этот счет. А потом были известные события, в результате которых я сначала встал на ноги, а затем обрел сверхспособности. И как-то совершенно незаметно я стал в нашей команде тем, что в компьютерных играх называется «танк». Но более универсальным – одновременно и носителем тяжелого оружия, и, грубо говоря, тараном, способным физически устранить препятствие.

И все-таки я волновался, хоть и старался не подавать виду при Тени. Враг был непонятен, он казался непобедимым и неуязвимым, хотя я сам для себя вывел один интересный постулат – не бывает неуязвимых врагов, бывает недостаточная огневая мощь.

Мы немного покумекали вечером с Джинном – для этого мне не нужно было видеться с ним физически, ведь у него был суперкомпьютер, способный, кроме всего прочего, работать, как сервер Сети, а меня уже успели снабдить похожим, но более специализированным. А также «суперглазом», сопряженным с лазерным дальномером, бесподсветочным тепловизором и детектором «неестественных» объектов (как он работает, один Джинн знает, наверно, но он довольно споро вычисляет все что угодно, от мин и ловушек до полезных потенциальных трофеев вроде брошенного оружия, боеприпасов и так далее). Полезный прибамбас, одним словом.

Так вот, мы пообщались с Джинном в закрытом режиме и решили, что плазмамет мне вряд ли поможет, если эта штука нас обнаружит, а вот лазер вполне может сработать – если над ним поработать. Ха, легко сказать «поработать» – доступа в медлаб, чтобы вскрыть руку и получить возможность как-то «подкрутить» лазер, у нас не было, да и вряд ли бы он помог, это работа не на день. Поэтому мы с Джинном придумали, как он выражается, окольный путь. Поскольку лазер, по сути, являлся частью моего тела (рабочим телом был монокристалл в трубке, заменившей лучевую кость, фокусировочная система представляла собой нечто вроде прикрытого кожаным клапаном искусственного глаза, располагавшегося в основании ладони, а накачка происходила от моей «нервной энергии», той, что мы расходовали, применяя сверхспособности), то я мог менять параметры излучения, регулируя поток энергии, подаваемой к рабочему телу для выстрела.

– Если выстрел не причинил вреда, быстро меняй диапазон, – посоветовал Джинн. – В каком-то его можно достать, по-другому просто не может быть.

Мы также придумали нечто под названием «разобщитель». Не знаю, как это описать и на что это похоже. Больше всего, наверно, на буддистскую мантру, повторяя которую полностью «отключаешь» сознание. Вот только буддистам нет необходимости в состоянии транса вести бой, в отличие от меня. Потому моя мантра была боевой – она передавала организму необходимые сигналы от сознания в минимальном объеме, причем эти управляющие сигналы существовали как бы в записи – то есть мое сознание могло быть полностью сковано ужасом, а тело при этом продолжало бы выполнять заложенную программу – дешево и сердито.

Мы с Джинном «разбежались», но я продолжал «слепое тестирование» своего организма, со стороны совсем не заметное. Со стороны казалось, что я занимаюсь привычными делами – принимаю душ, ужинаю с Тенью, кормлю Талисмана, играюсь с ним распечатанной на принтере мышкой на веревочке – котенок, в настоящий момент не обремененный своей «параллельной сущностью», забавно пытался поймать искусственного грызуна и возмущенно шипел, когда это не удавалось.

И все это время я работал с новой программой, хоум-версией знаменитой «Мертвой руки»[30]. Кроме шуток, в какой-то момент я понял, что мне можно вынести мозг, а тело продолжит воевать как ни в чем не бывало. И чтобы воевало оно как можно лучше, я дополнял программу все новыми и новыми возможными ситуациями и адекватными на них ответами.

– Ты такой серьезный, – сказала Тень, когда мы легли в постель. Кстати, первое время я спал на нашей кровати «по диагонали», но потом додумался, как дорастить кровать