Воздушный стрелок - Антон Витальевич Демченко

Ольга замерла в тени старого раскидистого клена, и уставилась на происходящее на тренировочной площадке… А там было на что посмотреть. Близняшки, почему-то с момента своего приезда, сторонившиеся Ольги, как и своего кузена, закрыв глаза, сидели на двух неизвестно откуда притащенных валунах, предусмотрительно застеленных вспененными ковриками и… перебрасывались постепенно тускнеющим, непонятным шариком света. Вот он мигнул и пропал. Стоящий рядом, Кирилл тяжело вздохнул и, создав?! Как?! еще один светящийся комок, вбросил его меж сестрами. Ольга присмотрелась внимательнее и удивление ее выросло еще больше. Близнецы не касались шарика руками, они просто выставляли ладони на его пути, и шарик тут же менял направление. Эдакий пинг-понг… без ракеток.

Шарик летал все быстрее, мерцая всполохами от желтого до синего цвета. Кирилл морщился, но молчал. Но стоило только свечению пойти на убыль, как юноша что-то процедил сквозь зубы и подбросил сестрам сразу три шарика, одновременно включаясь в их противостояние. Пинг-понг превратился в жонглирование, скорость росла, шарики начали угрожающе гудеть и даже потрескивать.

Ольга видела, что девушки, несмотря на то, что находятся в трансе, уже порядком устали, но их учитель словно и не замечал этого. С легкостью, чуть ли не взглядом перенаправляя сгустки света, то Лине, то Миле, он, вдруг, начал резко менять скорость движения шариков, а потом еще и заставил их менять цвета. Теперь, девушки были вынуждены не только отталкивать сгустки света от себя, но и поддерживать именно тот цвет, который выбирал Кирилл. Отразить шарик, в ином случае, просто не получалось и он, судя по возмущениям Эфира, ударяясь о выставленные ладони, причинял несильную, но весьма ощутимую боль.

В конце концов, девушки окончательно выдохлись. Одна из близняшек не смогла отразить два шарика подряд, а другая просто опустила руки, и огненно-красный сгусток света на бешеной скорости впечатался… точнее, едва не впечатался в грудь Милы. Ольга не поверила своим глазам, когда стоящий в пяти метрах от близняшек, Кирилл вдруг исчез и появился точно перед летящим в Милу шариком пронзительно-алого цвета. Полыхнул розовыми отсветами неизвестно когда возведенный им эфирный щит, потоки алого света, расплескавшегося по его поверхности, потекли наземь, и застыли идеально ровной дугой мутного моментально потрескавшегося наплыва на песке.

Кирилл сделал неуверенный шаг назад, поморщился и, утерев со лба выступивший пот, что-то тихо сказал близнецам, указывая на закрепленные у девушек на руках, широкие черные «напульсники». Мила опустила взгляд на спекшийся в стеклянистую массу песок в полуметре от ее валуна и, побледнев, что-то быстро-быстро заговорила. До Ольги не долетали фразы, только отдельные слова в захлебывающемся монологе… А вот Лина, кажется, была просто в ступоре. Но… она даже не смотрела на след, оставленный пойманным Кириллом сгустком света. Взгляд сестры Милы был прикован к сердитому Кириллу, а Эфир вокруг Лины так и кипел недоумением и изумлением… Этого Ольга не поняла совершенно. Зато, не упустила момент, когда на полигон ворвался зло зыркающий по сторонам командир бестужевской гвардии, Аристарх Хромов, и попытался прореветь что-то об идиотах, устраивающих бурю в Эфире, вместо нормальных тренировок, отчего половина охранных артефактов с ума посходила. Не упустила она и реакцию Кирилла, который, с видимой легкостью выдержав наезд гвардейца, выслушал все его матерные рулады и вдруг, рявкнул так, что клен над головой Ольги тут же потерял половину своего золота и багрянца.

— ВОН ИЗ КРУГА! — Аристарх Хромов, опешив от такой наглости, воззрился на пятнадцатилетнего подростка, Эфир вокруг которого, вдруг взбурлил совершенно чудовищной по своей концентрации яростью, и также внезапно опал, словно ничего и не было. А в следующую секунду, близняшки рухнули на песок, в облаках каменного крошева, которым в момент осыпались их валуны. Ничего подобного, Ольга еще никогда не видела… А уж того, что последовало за этим «шоу», и подавно.

— Прошу простить, мастер. — Неожиданно для присутствующих, прогудел Хромов и, поклонившись, исчез, словно его и не было. Ольга, в неверии, помотала головой. Что это было?!

Глава 7. Если гора не идет… значит, было мало травы

Что это было? Или я чего-то не понимаю, или этот ярый в чем-то ошибся… В смысле, да, по здешней классификации, я, действительно, мастер Эфира, но Хромов сказал это, как-то… не так. Тьфу ты! У меня точно мозги со страху заплелись. Идиот! Это ж надо было ТАК спалиться с уровнем контроля… То-то, он так ёрничал! Удивительно, как сюда, вообще, вся бестужевская гвардия не сбежалась!

Правда, у меня имеется оправдание. Я действительно испугался, что могу не удержать этот чертов комок энергии. Хорошо еще, догадался сбросить возмущения в камни… а то ведь и окружающих приложило бы… Чертова Мила! Трудно ей было уклониться от заряда, что ли?!

Покосившись на озирающих сотворенный мною бардак, абсолютно невредимых близняшек, я тяжело вздохнул и, отбросив Эфиром каменные осколки в сторону, хлопнул в ладоши. Сестры вздрогнули и, отвлекшись от созерцания груды щебня, перевели на меня взгляды, в которых явно читалось недоумение.

— А вы думали, я просто так вас на контроль натаскиваю? Эфир, это вам не стихийные техники. Не удержите концентрацию, сгорите нахрен. Что встали? Бегом в душ, и на обед!

Глянув вслед тут же испарившимся кузинам, я тяжело вздохнул. Если б не «радостная новость» Ольги, черта с два, я бы так сорвался. М-да уж… И дело даже не в том, что объясненный ею финт с помолвкой полностью меняет весь расклад, что я уже состряпал у себя в голове. Лучше так, чем ошибиться в выводах и наделать глупостей, только из-за того, что не знаешь и, соответственно, не учел чего-то важного. Но вот намек на неких молодых людей, что ищут внимания Ольги, и могут возжелать освободить место ее нареченного, дабы не мешал самим туда забраться, мягко говоря, совсем не обрадовал, как бы я не хорохорился. Ревность? Если бы. Банальное желание жить, и жить спокойно… хотя, конечно, отрицать действие некоего собственнического инстинкта, я тоже не стану. Девушка хороша. Но, это уже лирика…

Короче, еще одной головной болью стало больше. Кстати…

— Оля, ты долго собралась в засаде сидеть? — Повернувшись в сторону единственного растущего на краю площадки клена, спросил я.

— Я просто мимо проходила. — Выходя из-за дерева, пожала плечами девушка.

— Ну да, с полчаса назад. — Хмыкнул я. В ответ, Ольга только руками развела, и улыбнулась. Но поболтать нам не дали. Примчался из дома Леонид,