Бродяга. Том 4 - Андрей Евгеньевич Первухин

Глава 25

Боль была страшная, получал уже ранения, но такой боли раньше не было. Кричать почему-то не мог, хотя очень хотелось, при этом не чувствовал, что богиня как-то магически на меня воздействовала. Просто проткнуть посохом ей показалось мало, он подняла меня как букашку, насаженную на иголку, одной рукой, ещё и посох довернула. Если сначала у неё лицо было злое, то потом даже довольным стало, видно ей очень понравились мои страдания. Она выдернула свой посох, ловко подбросив меня вверх, только упасть не дала, снова пробила меня насквозь. К своему ужасу услышал, как кости хрустят, позвоночник пробила, ноги просто повисли в воздухе, до этого я ими активно болтал, пытаясь пнуть богиню.

Сколько такое мучение длилось, я не знал, как по мне, целую вечность. В какой-то момент за моей спиной кто-то ещё объявился, богиня посмотрела мне за спину, нахмурилась, а после отшвырнула меня в сторону. Очутившись на полу, стал отползать в сторону, ноги не работали, помогал одними руками. Правда, когда я увидел, кто пожаловал, то замер и притих. Это был бог, высокий худощавый мужчина с полностью седыми и растрёпанными волосами. Одет в чёрный балахон, изрядно потрёпанным. В руках он держал что-то вроде копья, только толстого и на конце раздваивающимся. Бледное лицо в шрамах и каких-то язвах, на левой щеке серьёзная рана, даже зубы были видны. Владыка мёртвых Бевес пожаловать изволил. Если верить написанному в книгах, он был намного сильнее богини хаоса, да и на земле у него полно помощников, и это не маги, а разные существа, вроде бы даже божки помельче ему служили. Конечно, не все, но многие, имеющие отношение к смерти.

Бевес прошёл мимо меня, только окинул безмятежным взглядом и направился к богине. Она смотрела на него с ухмылкой, правда, скоро её стало не до веселья. Владыка мёртвых постоял несколько секунд, после чего молниеносно, так что я даже не увидел удара, треснул богиню своим копьём, жаль, что не остриём. Алину как ветром сдуло, она ещё и свой массивный трон смела своей тушкой, да так и замерла на полу, не смея подниматься. Бевес приблизился к ней и начал её охаживать своим копьём, как дубиной. Ох, как она визжала, как свинья, которую режут. У меня даже боль немного отступила от такого приятного зрелища. Жаль, надолго это процедура не затянулась.

Владыка мёртвых, всё также, не говоря ни слова, пошёл туда, откуда прибыл. Похоже, за моею спиною дверь, откуда боги друг к другу приходят. Мне же немного стало не по себе, сейчас он уйдёт, а Алина дальше надо мною издеваться будет. А учитывая тот факт, что я стал свидетелем её позора и унижений, то живым она меня не выпустит.

— Помоги, — прохрипел я, благо, голос вернулся. — Владыка мёртвых, помоги, не забуду.

Бевес остановился и с любопытством посмотрел на меня. Я сразу же опустил глаза в пол и попытался изобразить из себя вид кающегося грешника. Смотреть ему в глаза не хотелось, мало ли как он это воспримет, достаточно было посмотреть на Алину, она до сих пор валялась на полу и стонала. Вид у неё был совсем не грозный, выбили дурь из головы. Ещё была причина вести себя скромно. Не знаю, как тут в загробной жизни дела обстоят, но то, что там всего один владыка, который сейчас около меня был, это факт. Все умершие в его руки попадают, а данной ситуации велика вероятность того, что я к нему отправлюсь. Бог подошёл ко мне и хлопнул ладонью сначала по одной ране, потом по другой. Было больно, но я мужественно терпел. После этого он исчез, даже поблагодарить его не успел.

К своему несказанному счастью, ноги у меня стали слушаться, я тут же вскочил, не думая о последствиях. Богиня стала подниматься, так что готов был дать отпор, хоть и не справлюсь с ней, но хоть попытаюсь. Посмотрела она на меня с такой ненавистью, что как-то нехорошо стало.

— Пошёл вон из моего дома, ублюдок! — Прошипела она.

Ублюдками тут называли незаконнорождённых детей, в основном, отпрысков дворян, так что данное высказывание было неверным. Впрочем, свои мысли оставил при себе, не хотелось ещё больше злить богиню, да и не успел бы я ничего сказать, очутился в своей постели.

Когда засыпал, был в комнате один, а вот когда проснулся, то есть очнулся, то народу в мои покои набилась целая толпа. Вроде бы комната большая, однако, тут было тесно, дверь валялась на полу, и вынесли её магией. На кровати около меня сидела одна из учениц, целительница с заплаканными глазами. Что она тут делает, было понятно, вся кровать залита кровью, пыталась оказать помощь. Богиня уродовала меня в своём доме, или где там она обитает, а раны появлялись на теле.

— Всё, — прохрипел я, горло болело, видно из-за воплей сорвал. — Больше ничего интересного не будет.

— Что случилось? — Заботливо спросил Гагиел.

— Богиня хаоса своё неудовольствие выразила, — буркнул я.

— Так ты же ей не давал клятву верности, — удивился Гагиел. — Она не имела права наносить тебе вред. Да и раны странные, это некромантия.

У меня вообще ничего не болело, только горло, видно поэтому не посмотрел на результат конфликта с богиней, когда же опустил глаза вниз, то даже присвистнул от удивления. Раны начали затягиваться, только полностью их рассмотреть нельзя было, в них клубилась тьма. Да и в сторону расходились чёрные кривые полосы, как вены.

— Некромантия, — кивнул я. — Владыка мёртвых помог.

— Интересно живёшь, — сказал Ерит. — Богиня хаоса, владыка мёртвых, даже не верится. Кстати, мне тоже любопытно, боги не имеют права наносить вред людям своими руками, по крайней мере, просто так, если вы её оскорбили, тогда возможно.

— Похоже, вы правы, — кивнул я. — Ей сделали внушение, как раз владыка мёртвых. Что на счёт оскорбления, так я отказался ей служить, а это можно принять за оскорбление.

— Ладно, господа, больше интересного не будет, расходимся, ночь на дворе.

Предложение расходиться поступило вовремя, маги уже за столом рассаживаться начали, обсуждая, имеют ли права боги убивать людей. Больше же обсудить такую тему просто негде,