Призрак неонового бога - Т. Р. Нэппер

class="p1">Все очень удивились, в том числе Топор и Билли. Ребята из бара переглянулись между собой, затем посмотрели на едока сандвича. Красное Брюхо застыл на мгновение, затем снова начал жевать – чавк, чавк, чавк, глядя мне прямо в лицо.

Встав, я схватился за спинку стула из твердой пластистали, на котором сидел. Стул оказался достаточно тяжелым. Я швырнул его в Красное Брюхо.

Поедатель сандвича успел изумиться, прежде чем стул попал в него. Что-то громко хрустнуло, и Красное Брюхо распластался на полу. Я направил пистолет на остальных, прежде чем они смогли пошевелиться.

Один из гангстеров, Приплюснутый Нос, потянулся было за своим пистолетом.

– Так-так, – сказал я.

Он перестал тянуться.

Билли также схватила свой пистолет. Топор долгих десять секунд возился со своим ружьем, прежде чем наконец направил его в нужную сторону.

– (В чем дело?) – спросил Железная Тройка, по-прежнему сидевший совершенно невозмутимо, глядя на Чжуиня.

Чжуинь посмотрел на меня, без улыбки, и как раз в этот момент в зал вошли два разодетых китайских туриста. Они застыли неподвижно в душном полумраке кафе, пара в пестрых рубашках и конических бамбуковых шапках, продающихся здесь на каждом углу, в каких ходят вьетнамские крестьяне. Туристы были среднего возраста, с ухоженной кожей и белыми зубами. Они подняли руки вверх.

Дверь медленно со скрипом закрылась за ними.

– (Э… – пробормотал мужчина, смотря на все, но в то же время стараясь ни на что не смотреть. – Мы просто зашли выпить коктейли. – И затем, словно этой информации было недостаточно: – Дайкири).

При этом лицо у него залилось краской, а его спутница выразительно закатила глаза.

– В этой дыре всю выпивку разбавляют водой, – сказал я. – Сходите лучше в казино. Дайкири с манго там просто восхитительные.

Туристы затрясли головами, выражая свою благодарность, и попятились назад. Дверь со скрипом закрылась, и в зал вернулась тишина, нарушаемая лишь стоном боевика на полу.

– (Давайте их прибьем! – зажглись глаза у Билли. – Прибьем этих китайских собак и возьмем в свои руки район баров!)

Железная Тройка по-прежнему смотрел на Счастливчика Чжуиня. Выпустив ленивое облачко дыма, он сказал:

– (Угомони своих людей!)

Чжуинь обвел взглядом зал, остановившись на мне, на Билли, на красных абажурах фонарей, на сломанном стуле на полу, затем снова на мне.

– Билли, ну-ка убери свой пистолет, – улыбнулся он. – На самом деле это просто недоразумение. – Повернувшись ко мне, Чжуинь задержал на мне взгляд. – Не так ли, мистер Пирс?

– Совершенно верно, – согласился я. – Я ошибочно принял людей Железной Тройки за настоящую команду. Но теперь я понимаю свою ошибку. Это просто сборище жалких дилетантов, твою мать, которые в настоящем городе не смогли бы защитить свою территорию и постоять за своего босса.

Железная Тройка наконец оторвал взгляд от Чжуиня и посмотрел на меня.

– Так с какой стати мы должны договариваться с таким никчемным слизнем, как ты, Железная Тройка? – продолжал я.

Ребята из бара застыли неподвижно, однако их лица горели всеми семью оттенками ярости. Красному Брюху удалось подняться на одно колено, нижняя половина его лица была в крови из разбитого носа.

Они ждали, что скажет их босс.

Казалось, в Железной Тройке что-то щелкнуло. В тусклом свете белела его безукоризненная фетровая шляпа, лицо оставалось в тени.

– (Когда я в последний раз был в Шанхае, один человек в баре пролил свой коктейль мне на ботинки и не извинился. Напротив, он плохо отозвался о моем костюме и рассмеялся мне в лицо. Я приказал воткнуть бамбуковые щепки ему под ногти на руках и ногах. Если действовать аккуратно и умело, бамбук в ранах начнет прорастать. Мы три недели держали этого человека в «тигровом кресле»[29], пока бамбук рос. Он не переставал извиняться и умолять о пощаде. Но было уже слишком поздно).

Если до этого в зале было тихо, то теперь тишина стала мертвой. Взгляд Чжуиня метался между мною и красными банданами.

– Он был прав, – сказал я. – В этом костюме ты похож на выскочку из убогой деревушки, населенной одними свиньями, где-то в долбаной Монголии.

Железная Тройка выпучил глаза.

Чжуинь поднял руку.

– На самом деле я думаю, что на сегодня наши переговоры закончены. – Он попятился назад, держа руки так, чтобы Железной Тройке было их видно.

Топор последовал было за ним, затем остановился, увидев, что мы с Билли не двинулись с места, по-прежнему держа оружие наготове.

– Уходим, дружище! – шепнул мне Топор.

Билли мельком взглянула на меня. Сжав губы в тонкую полоску, я медленно поднял пистолет, направив его в потолок.

Билли не скрывала своего разочарования, но она также покинула зал. Я, пятясь, вышел последним; у Железной Тройки, провожавшего меня взглядом, горели глаза.

Мы сели в машину. Чжуинь повернулся ко мне. Он не улыбался; его пристальный взгляд был направлен мне в лицо.

– Мистер Пирс, зачем вы стремитесь задолбать меня?

Я молча закурил.

– На самом деле не только меня одного. Вы хотите задолбать всех. Война – полагаю, вы собираетесь развязать войну?

– Если я развяжу войну, – сказал я в промежутках между затяжками, – вы об этом узнаете.

– Еще одна присказка крутого парня. Вижу, у вас их полно. Итак: зачем вы пытаетесь развязать войну?

Топор и Билли сидели напротив на черном кожаном диванчике, наблюдая за нами.

– Я высказал всё в кафе, Чжуинь: они слабые. Ленивые. Неподготовленные. Мы запросто можем с ними разделаться. Мы должны с ними разделаться.

Билли молча кивнула. Чжуинь долго смотрел на меня, затем усмехнулся. Откинувшись назад, он устремил взгляд вдаль.

– Здесь все это не работает, мистер Пирс.

Настал мой черед вопросительно посмотреть на него.

– А что здесь работает?

Мельком взглянув на Билли с Топором, Чжуинь снова уставился в окно. Солнце было в зените, улицы опустели.

– На самом деле мы находим, что лучше договариваться. Так выгоднее.

Я ничего не сказал, и наступившее молчание заполнил Чжуинь.

– Почему вас заботит то, как делается дело? С каких это пор простого боевика интересует, откуда ему идут деньги?

Топор и Билли смотрели на меня в ожидании ответа. Я его им не предоставил.

– Теперь мне придется все улаживать, – вздохнул Чжуинь. – Теперь у Железной Тройки появился рычаг давления. Мне это не нравится.

Я посмотрел сквозь тонированное стекло на яркие новенькие неоновые вывески на сияющих фасадах зданий по главной улице. На бары с новой обстановкой, куда изредка наведываются наемные громилы из четырех группировок – и практически никогда настоящие посетители. На бары, оснащенные новыми трубами из чистостали, которые протекают, с навороченными системами охлаждения, которые выходят из строя в сильную жару, где