Дети Владыки. Книга 2 - Виталий Конторщиков

Спустя минуту он уже завис над кромкой моря в ожидании погрузки других транспортных средств.

Орк посетил захваченный дирижабль Ордена, где европейская команда дирижабля заверила его в полной лояльности и готовности следовать любым приказам и указаниям.

Отлично себя проявил и наш генерал Ротмистров. Он быстро организовал погрузочные работы, мобилизовав всех ходящих из числа наших пленённых людей. Но сначала я отвёл свою милую армию поглубже в ущелье и начал кормить мучными шариками, что наделала наша повариха.

Граф тоже не сидел без дела. Он задвинул перед всеми спасёнными людьми речь о братстве, непоруганной чести, и мы своих не бросаем. Он бы говорил ещё долго, о величии нации и Князя в частности, но наш Генерал быстро скомкал его эпическое выступление и повёл народ на погрузку продовольствия. Стоит ли говорить, что как только вскрыли склады, он организовал и нормальное питание.

Уже ближе к вечеру погрузка всего ценного закончилась. Мы тоже участвовали своей небольшой командой. Нам необходимо кормить своих людей. К тому же, всё самое ценное из вещей мы забрали себе, правда, поделились стволами и боеприпасами с городом.

Не менее ценным, чем амбары, оказался чудом не взлетевший на воздух оружейный склад, что примыкал к почти полностью сгоревшей казарме. Вот там мы от души затарились оружием и патронами, отличными европейскими патронами, произведёнными уже на Пандоре.

В процессе погрузки задумчивый Граф не раз подходил к нам с разными уточнениями. В какой-то момент Шувалов даже заржал как сумасшедший. До него всё же дошло, зачем я спрашивал про поливалки.

Наш дирижабль с трудом оторвался от причальной вышки. Хорошо, что на ней одновременно могли швартоваться два воздушных судна. Своё войско я отправил обратно в долину, оставив десяток «наблюдателей» в поселении. Жорик получил очередную задачу и приступил к исполнению. Нам до зарезу необходимо выяснить, что происходит в Золотом городе.

Мы договорились, что завтра по утру нас будет принимать Князь.

Когда мы добрались до нашего дома, уже наступила ночь. Разгрузку организовал несгибаемый генерал, он же начальник нашего штаба. Должность, конечно, надуманная, а вот как комендант всего нашего поселения он вполне себе даже ничего. А я, уставший и немного отбитый, поплёлся в наш новый дом.

Открыв дверь, я на мгновенье застыл, уж очень значительными были изменения, начиная уже с холла. Неспешно начал движение по кругу, пытаясь понять — где они всё это взяли. На окнах висели занавески с милыми рюшечками, стены украшали чёрно-белые фото Пандоры и даже Флайеры, были там и наши лица. Их милые моськи в лучшем ракурсе, мои и команды как придётся, но то такое. Широкий диван похвастался новым пледом, ковёр на полу тоже вызывал вопросы о его приобретении. Вазочки, подставки, полки со статуэтками и даже напольный торшер. Уютно получилось, как ни посмотри.

Время было позднее, и я практически на цыпочках отправился в свою спальню, ну так я вчера решил, что она моя. Тихо открыв дверь, шумно выдохнул.

На здоровом траходроме, заняв чарующие позы, меня поджидала сама неизбежность. Тонкие пальчики, медленно сгибаясь и разгибаясь, не оставляли сомнений в их настрое, да какие ещё могут быть сомнения, подумал я, на ходу скидывая одежду.

Глава 20

Утро раннее, утро доброе. Солнышко только появлялось из-за горизонта, а нам уже пора вставать. А ещё вернулся мой Жорик с задания, и мне было доподлинно известно, что происходит в Золотом городе, да и устроенную там диверсию стоило обмыслить. Но об этом я подумаю позже.

Интересное здесь климатическое поле. Оно больше зависит от расстояния до очагов, чем от времени года или других понятных факторов. Например, в Рязани я солнышка почти не видел, а в Столице его хватает. Всего пара сотен километров — и другой мир, вставая, подумал я.

Проснулся я в одиночестве, что совсем не удивило. После ночного сумасшествия мои красотки разбрелись по своим комнатам, чтобы нормально поспать, развалившись звездой. Ну а мне…

Дверь широко распахнулась, явив мне двух очаровашек. Столкнувшись в проёме, они зацепились взглядами и… весело рассмеялись. Но то у них такое, гормональное.

— Ну как тебе? — крутанувшись на месте, Маринка кокетливо захлопала глазками.

— Ну… Не знаю-ю-ю… — неуверенно потянул я, рассматривая милый сарафанчик в какой-то неизвестный красный цветочек. И вот этот размерчик, едва прикрывающий задницу, слегка настораживал…

— Э… мне казалось, что на приём к Князю…

— Дурак… — фыркнув, она развернулась и уже из холла крикнула: — Это кем надо быть, чтобы подумать такое!

Посмотрев на смеющуюся Наташку, одетую в строгий брючный костюм кофейных тонов, показал ей большой палец и решил срочно валить.

— Она тебе просто показала платьице на вечерний выгул, а ты…

А я ломился умываться, ибо время поджимало. Вынырнув из ванной комнаты, едва не врезался в строгую мадам, одетую словно бизнес-леди. Слегка подведённые глаза, отчерченные губы, всё это смотрело на меня с укоризной, ожидая реакции.

На этот раз строгая юбка Маринки, чуть выше колена, у меня нареканий не вызвала, как и милый пиджачок в серых тонах. Одобрительно кивнув, я просочился рядом и врезался в уже свою одежду. Наташка протягивала мне прямые чёрные брюки, белую рубашку в лёгкую полоску и длинную смесь пальто и пиджака. Кажется, эта штука называется: кардиган.

Всё чёрное, строгое и без излишеств. Они уже знали, что со мной их модные штучки не прокатят. А так мы нашли, что устраивает всех. Одевшись, пережил все эти поправления и живой вышел на просторы. Стоит ли говорить, что все наши наряды были привезены с далёкой планеты. И сейчас они собирались блистать.

Да, именно так. Несмотря на строгий образ, количество различных камушков и золотых украшений, надетых на все части тела, не поддавалось разумному исчислению. Даже я получил на палец массивную золотую гайку с гравировкой могучего дерева и цепь на шею. Ну так она выглядела, как у Пушкина в известной сказке.

У соседнего дома стоял, потягиваясь, мой рыжий друг. Он выглядел в одежде как мой брат близнец, только его костюм был тёмно-синим.

— Хай, Бро! Как сам! — привычно меня поприветствовав, он подал руку выходящей из дома Амите. У той всё было донельзя строго. Но то понятно. Она наш официальный представитель, поэтому брючный костюм, и никак иначе. Я вообще никогда не видел ее в юбке.