Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

— Понимаю. После конференции что-нибудь придумаю.

— Одно точно — твоя мать будет в восторге, — хмыкнул Фредерик и отключился.

Он прав, скоро еще один сын семьи Уотерстоун будет обручен. Другого выхода я не вижу, ибо ситуация поставила меня на колени. Если для жизни мне нужна Виктория Эргер, значит, я приложу максимум усилий, чтобы ее заполучить.

* * *

Виктория Эргер

Когда я прихожу в свои сновидения, он уже здесь и ждет меня. Но сегодня его взгляд был особенным, пристальным, черным, словно бездна, притягивающим. Он будто заново изучал мое лицо и тело, прикасаясь к нему не руками, а взглядом.

И что-то внутри меня екнуло, отзываясь на чувства, которые я видела в его глазах.

Комната тоже немного изменилась — в полумраке горели несколько свечей, постельное белье из белого стало красным. С чем связана такая перемена?

Может, она во мне?

…Ты подходишь ко мне и кончиками пальцев прикасаешься к щеке, нежно гладишь и спускаешься к губам, обводя их по контуру. Я слегка прихватываю палец губами, и твой взгляд вспыхивает.

Медленно склоняясь, ты нежно меня целуешь, не так пылко, как раньше, но я узнаю твой поцелуй, мягкие губы и умелый язык. Он способен свести меня с ума…

Сильные руки обхватывают, прижимая к себе, а хвост, обвив ногу, скользит выше. Как всегда на нас нет одежды, и любые прикосновения становятся еще острее, еще желаннее. Твои чувственные губы целуют мою шею, я непроизвольно обхватываю тебя руками, стараясь прижаться ближе…

Это странно, но каждый раз, оказываясь с тобой во сне, у меня одни и те же желания. Жажда принадлежать тебе. Для меня ты уже не плод воображения, и, наверное, это самое грустное. Единственное, чем для меня наполнены эти сны, — страсть. Страсть, которую отдаю тебе…

Инстинкты снова берут верх, постепенно от нежности не остается и следа. Твои руки ласкают мое тело, и кажется, они везде и всюду, твои губы и язык углубляют поцелуй. Восхитительная пытка… Во мне нарастает наслаждение, и на этот раз я постараюсь стать хозяйкой своих снов и дойти с тобой до конца.

Мы потихоньку пятимся в сторону кровати, и ты нетерпеливо опускаешь меня на нее. Не прерывая ласк, снова целуешь губы, шею и, прикусив мочку уха, спускаешься к груди. Я запускаю пальцы в твои волосы, треплю их. Глажу твои плечи… Так хорошо и сладко!

Пленив губами один сосок, ты играешь пальцами с другим, вызывая во мне сладкие стоны. Сдерживаться невозможно. Да и зачем?

Я прикрываю глаза и стараюсь приласкать тебя в ответ, но ты отводишь мои руки, перехватывая их над головой, и в наказание за вольность прикусываешь сосок. Мой вздох прерывается, а тело выгибается навстречу. Моя нога скользит по твоей вверх, пальцы впиваются в плечи, царапая их. Я хочу быть ближе…

Ты продолжаешь ласкать мои груди губами, а рукой спускаешься вниз, проводишь вдоль ноги, поглаживая, чуть сжимая. Я пробую освободиться от захвата и присоединиться к игре, но не мне тягаться с тобой в силе и ловкости. И все, что мне остается, — разочарованный стон…

Твои губы заглушают мой протест, и я жадно отвечаю. Пальцы, скользнув по животу, оказываются между моих ног. Слегка погладив, ты находишь чувствительный бугорок и начинаешь свою настойчивую ласку.

Мое беспомощное положение лишь добавляет пикантности, обостряет ощущения, и я вновь не сдерживаю стонов. Ты кладешь руку мне на шею и чуть сдавливаешь. Руки мои выпущены из плена, но я уже ни о чем не думаю, кроме твоих пальцев, которые ласкают так умело… Извиваюсь, стараясь получить как можно больше удовольствия. Или же отсрочить сладостный миг? Я и сама не знаю.

Обуреваемая неведомой ранее жаждой, я не способна воспринимать ничего, кроме ласк. Чувствую тебя каждой клеточкой кожи, вдыхаю аромат, вижу бездонные, темные, как ночь, глаза. Тону в бесконечном и яростном голоде, что плещется в них.

Кружится голова. Я уже не понимаю, где нахожусь, явь это или сон. Весь мир сжался до тебя и нашей любви. Я что-то шепчу — не разобрать, ты тяжело дышишь, стараясь сдержаться, обуздать свои инстинкты, чтобы продлить ласки. Мы оба понимаем, что может случиться, если ты снова попробуешь войти в меня.

Словно измученные жаждой путники, приникшие к освежающему роднику, мы сливаемся в поцелуе. Нетерпеливо кусаем губы друг друга, тут же с отчаянной нежностью лаская их языком, впиваемся ногтями в кожу плеч, вжимаясь телами.

Твой хвост поднимается вверх по ноге, прикоснувшись к лону, замирает, но все же проникает внутрь, заставляя меня вскрикнуть. Погрузившись, выходит обратно, чтобы неторопливо нырнуть снова. Твой ритм неспешен, и от этого я схожу с ума, сдавленно умоляю тебя, непроизвольно начинаю двигаться в такт…

Этих ласк недостаточно, я хочу большего, но ты неумолим и продолжаешь мучить меня снова и снова, пока неотвратимая волна удовольствия не накрывает меня с головой, и тело вздрагивает в сладких конвульсиях.

Я получила свою дозу наслаждения, но удовлетворения нет. Синий вирус любви наложил на нас проклятие, и мы вынуждены гореть в пламени своего желания, не получая утешения ни одним из способов.

Мы жарко целуемся, и я снова таю. От прикосновений его губ, обжигающих, таких сладких, от близости сильного тела, от его прикосновений…

Я не только должна получать, мне хочется отдавать, дарить удовольствие в ответ. Опускаю руку и начинаю настойчиво ласкать, целую тебя в щеку, за ухом, нежно прикасаюсь к шее, оставляя на коже влажный след. Спускаюсь к груди и слегка прикусываю сосок, слышу, как ты втягиваешь воздух, стараясь сдержаться.

Обвожу языком кубики пресса и ниже, ниже…

Так приятно слышать твой судорожный вздох, когда губами обхватываю плоть, мне нравится ласкать тебя так, играть с головкой язычком, заставляя сильное тело вздрагивать от наслаждения. Ты такой сильный и такой беспомощный передо мной.

Я сжимаю губы чуть сильнее, шаловливо пройдясь язычком воль ствола, скольжу вверх-вниз, понимая, как это нравится тебе. Твои пальцы сжимают мои волосы… тело напряжено, ты шумно дышишь и, запрокинув голову, жмуришься, стараясь сдержаться. Я ни на мгновение не прекращаю ласк, нежно посасывая головку и поглаживая ее языком, стараясь вобрать тебя как можно глубже, заставить потерять контроль. Наконец моя победа становится очевидной…

Мы встречаемся глазами, ты гладишь мое тело руками, зарываешься лицом в волосы, и мы оба в отчаянии понимаем — насыщения нет. Желание как было, так и остается