Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

на плоскогорье и стали располагаться лагерем, в самой туче начались некоторые изменения. Активность на иных участках периметра пошла на убыль, зато усилилось свечение всего участка долины, вблизи от прибывших тритий. Даже просматривалась некая дуга более яркого цвета из молний, как бы направленная к лагерю. Когда барон с добровольцами стал проводить опыты, туча словно пугалась и отступала, но вот свечение внутри прогибающейся дуги только возрастало. То есть явно просматривалась попытка заманить в ловушку, а потом уничтожить сразу утроенным, если не удесятеренным количеством молний. Когда количество рыцарей перевалило за пятьдесят, туча твердо вернулась на свои позиции и весь участок еще больше озарился свечением. То есть несущаяся внутрь армия сразу попадает в невероятный концентрат атакующих, всесжигающих ударов.

– Вполне оправданная структура защитного пояса.

Прославленный ректор мыслил примерно также, как недавно Вишу Крайзи:

– Вот и думаю, что никакая армия, пусть даже со специальными копьями и заземлением, внутрь не прорвется. Да еще бегом.

– Наоборот, твои наблюдения только подтверждают наши недавно выдвинутые теории. – Загребной решил обрисовать легендарную атаку на долину, как он себе ее представил: – Смотри, Эмиль: главный предводитель армии, мечтающий попасть к себе домой, обманул всех. Но! Он сам первым не двигался при лобовой атаке. Вероятно, с другой стороны долины ему удалось сконцентрировать заранее гораздо большую армию, чем армию прорыва. А то и две! И что получится, если две огромные группы людей тысяч по десять каждая заранее разместятся, а потом двумя гигантскими клиньями начнут делать попытки вхождения в грозовую тучу? Правильно! На них и оттянется чуть ли не вся концентрированная энергия молний. И маленькая группа с другой стороны, вполне себе легко, на большой скорости может проскочить в центр долины. Для этого ядру сторонников главнокомандующего только и следует себя окружить несколькими сотнями простых воинов, скорее всего насильно собранных где угодно и под угрозой смерти поставленных в строй. Да и не обязательно насильно, можно большинству из них просто задурить голову невероятными сокровищами и безбедной жизнью после победы.

Кажется, Зидан тоже согласился с такой трактовкой и пояснениями к известным частям мемуаров «минус седьмого». Да и с наблюдениями это сходилось.

– И в самом деле, количество людей влияет на концентрацию. В данный момент и возле вас она упала почти на треть, а все по той причине, что армия Славентия Пятого в примерном количестве трех тысяч воинов сейчас устраивается лагерем на плоскогорье, километрах в пяти от вас северней. Там тоже мы замечаем огненно-багровое насыщение дугой внутри тучи.

– Интересно, – озадачился Семен. – Ачто это воины моего старого приятеля собрались делать возле Святой долины?

– Как мы наблюдали недавно… – Зидан сделал паузу, очевидно спрашивая своих коллег о последних наблюдениях. – И как видим сейчас, сапфировцы пока просто экспериментируют под руководством десятка шабенов. Изучают умение тучи отступать, завлекая в ловушку, а потом резко атаковать гроздьями молний. Уже несколько человек получили сильные ожоги и существенные ранения. Ага! Еще они строят некое подобие арбы, с дышлом на суставчатой основе. Кажется, у них может получиться пропихнуть это сооружение внутрь, а потом и вытащить наружу. Ха! Затейники!

Не изменил ученый своего презрительного отношения к затеям сапфировцев и после того, как Загребной поведал о собственных планах создания тележек с громоотводами:

– Так у тебя совсем иная конструкция! С громоотводами, с заземлением нормальным. А эти… Получится не иначе, как в той мануфактуре бракоделов, которую ты емко и очень верно называл «Напрасный труд».

– Да ладно, ветер им в парус, пусть пробуют, – пожал плечами Семен, представив себе мысленно описанную Зиданом несуразную конструкцию из дерева. – Может, и мы у них чего полезного подсмотрим. Все-таки они – местные. Кстати, а что вокруг всего остального периметра долины делается?

– Как раз ведем беглый просмотр по установленным ориентирам, – доложил Эмиль, и какое-то время соратники обсуждали задуманные Загребным устройства с магическим движителем. А потом поступили новые доклады от наблюдателя: – По всем направлениям, не считая тех, где ваш лагерь и сапфировцев, – полное безлюдье. Кроме одного: практически на противоположном от тебя краю плоскогорья к туче приближаются на конях два человека. Мужчины, одеяния скорее похожи на те, что носят гензырские шаманы. На головах плотные капюшоны, только с прорезями для глаз… Ха! Чуть не создалось впечатление, что они нагло въедут прямо под тучу! Остановились… Опять-таки, обычных молний здесь почти нет, шаровых тоже совсем не видно. Слезли с коней, приблизились к самой черте безопасности… Туча отступила метра на три… Хм! Уселись на землю и словно медитируют…

Прекрасно все слышащая Люссия решила и свое мнение о странных шаманах высказать:

– Скорее всего, какие-то паломники, которые частенько посещают то место, считая его святым. Недаром и долина так называется.

О таких людях и в самом деле было сказано в описаниях немало. Прибывали такие к грозовой туче частенько. И шабены, и простые люди прибывали сюда, веря, что вот в такой простой медитации можно поправить свою ауру, подлечить здоровье, получить некие таинственные силы и умения. Хотя ни разу и никем в истории не упоминалось ни усиления магической мощи после подобного паломничества, ни явного, подтвержденного в книгах выздоровления после смертельной болезни. Скорее наоборот, слабые или больные люди умирали на обратном пути домой.

Единственное, что настораживало во внешности и действиях незнакомцев, – так это прикрытые лица. Дело, в общем-то, непредосудительное, и таких людей можно было встретить по всему континенту. Будь такое месяц назад, Загребной и внимания бы не обратил на каких-то там шаманов-степняков, но туг еще свежи были в памяти страшные потери войны и месяц прерванной спокойной жизни. И все по вине так и не найденного человека: Двуносого. Или, раз уж он оказался с именем, маркиза Флат ди Удера. Уж очень хотелось разыскать этого негодяя, и в целях максимального благоприятствования поиску было дано строжайшее указание досматривать и тех, кто подобным или иным образом скрывает лица от посторонних. Флат ди Удер, конечно, мог и личину иную на себя надеть, но, учитывая его болезненное хвастовство своей уникальной внешностью, можно было бы предположить, что он свою натуру так быстро не перестроит.

Поэтому Семен сразу же и крикнул, высунувшись из командирского шатра:

– Барон Катизер! – А когда тот подоспел на призыв, скомандовал: – Отправь немедленно отряд, а то и целую тритию на другую сторону плоскогорья. С самыми боевыми шабенами. Амулетов не жалеть! Пусть там разыщут двоих отшельников, осмотрят их и хорошенько поспрашивают: кто такие, откуда и что творят. Если не смогут разыскать, пусть посматривают на вот этот артефакт, он принимает