Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

личности будущего убийцы в том числе и о его физических кондициях необходимо подумать так же и о приобретении какого-то хотя бы самого элементарного вооружения. Тут мне вспомнилось, что у меня дома в Лучанске должен быть самодельный кастет, значит в самые ближайшие выходные когда я попаду домой надо постараться найти его. Естественно, что на эту свою акцию мне придется отправляться в единственном лице, поскольку никакого вразумительного объяснения откуда я знаю о готовящемся преступлении никому из своих друзей или знакомых я так же предоставить не смогу. Да-а-а, проблема. Ну ничего, парень я крепкий, глядишь справлюсь с убийцей без больших проблем. Все-таки очень жалко Вику. Пусть она поживет еще лет так шестьдесят-семьдесят. Умирать сейчас, да и еще так страшно, ей не надо. Так, что придется мне рискнуть и попытаться справится с убийцей в одиночку. Выбора все равно пока не видно. А главное светится перед компетентными органами тоже крайне не желательно. Им о моем «попаданчестве» знать совсем не обязательно.

Тут кстати я вспомнил, что всего через три недели, десятого ноября, нас навсегда покинет дорогой товарищ Леонид Ильич Брежнев. И что в общем-то сразу после его смерти начнут набирать скорость и силу процессы, которые всего через девять лет поставят окончательную точку в истории Советского Союза, который сейчас несмотря на целый ворох существовавших в нем проблем казался все же могучим и нерушимым.

Сходить в аллею на следующий день у меня не получилось. Я задержался в институте, поскольку после занятий пришлось идти на обще факультетское комсомольское собрание. Пропустить его без крайне уважительной причины не представлялось возможным, поскольку у входа в аудиторию в которой должно было состоятся за собрание сидел лично сам декан факультета и собственноручно фиксировал присутствующих студентов. Не явившимся предстояло дать в самое ближайшее время подробные объяснения по какой-такой причине они посмели пропустить столь важное и необходимое в том числе и для них лично мероприятие.

В итоге почти два часа я провел за выслушиванием нудных отчетов и не менее нудных прений. В порядке развлечения я рассматривал своих новых- старых «соратников» по учебе. Узнавал знакомые лица и старался припомнить кого, как зовут.

Неоднократно мой взгляд останавливался на Вике Потоцкой, которая еще не догадывалась, что жить ей осталось всего ничего. И что она непременно умрет на следующей неделе, если я, Виктор Анохин, попаданец из двадцать первого века не помешаю этому.

Всякий раз когда мой взгляд останавливался на Вике я поражался тому какая это роскошная женщина. Просто сгусток женственности. Пышнотелая (но никак не толстая) красавица, ничего общего не имеющая с плоскими и тощими «вешалками» которые непонятно почему, вскоре вдруг станут стандартом женской красоты. Но как по мне (и я уверен, что подавляющее большинство мужчин поддержит меня) такие как Вика и есть настоящий, подлинный образец женской красоты.

Потоцкая в конце концов заметила мои взгляды которые я время от времени бросал на нее. Она, что -то прошептала на ухо сидевшей рядом с ней Сомовой и я заметил направленный на меня ее хмурый и недовольный взгляд. В другой же раз когда я опять посмотрел на Вику, то встретившись с ней взглядом, увидел, что она явно строит мне глазки.

Наконец пустая говорильня и бесцельная трата времени каким на мой взгляд являлось комсомольское собрание завершилась. Я быстро вышел в коридор и стал поджидать там своих приятелей, чтобы вместе с ними ехать в общежитие. Тем более, что по пути мы договаривались зайти еще в магазин и прикупить продуктов на вечер.

Из дверей аудитории царственной походкой выплыла Виктория Потоцкая. Вот всем она напоминала мне теперь уже наверное бывшую мою подружку из будущего Аллу. Пожалуй главным отличием являлась лишь цвет волос. Алла была брюнетка. Вспомнив о ней я ощутил грусть в душе. Все — таки за два с лишним года наших близких с ней отношений я здорово привык к ней. А теперь скорее всего мы расстались с ней если не навсегда, то по крайней мере очень надолго.

Тем временем Вика обернулась ко мне лицом и спросила грудным голосом:

— Виктор у тебя не найдется конспект последней лекции по педагогике? А то я не все записала, не успела за Беляевым. Уж очень быстро он читает. Если у тебя есть, то не дашь ты мне его на время?

Честно говоря я понятия не имел какие-такие конспекты и каких лекций имеются у меня нынешнего. Однако когда тебя спрашивает такая эффектная девушка надо, что-то отвечать на заданный ею вопрос. Я уже открывал рот собираясь ответить, что-то неопределенное (мол «посмотрю»), как вдруг между нами буквально вклинилась выскочившая из аудитории Алена.

Бросив на меня прямо-таки свирепый взгляд, в котором я прочел еще и порядочную долю презрения она сказала Вике:

— Вероника, конспект есть у меня. Я все аккуратно и точно записала. Пошли я дам его тебе,- и не давая сказать Потоцкой ни одного слова в ответ она схватив ее за руку потащила ее за собой. При этом вроде как нечаянно ( но я был уверен, что совершенно намеренно) довольно сильно пихнула меня локтем в область солнечного сплетения.

— Что это она? Ревнует, что ли? Вроде бы в первой своей жизни я не замечал за Аленой ничего подобного,-подумал я провожая взглядом удаляющихся подруг.

Назавтра нас отпустили с лекции по психологии (она была на второй паре), раньше на десять минут. К тому времени я успел уже довольно прилично проголодаться и поэтому не медля ни минуты спустился на первый этаж и пошел в столовую.

Быстро получив обед (очередь впереди меня была совсем небольшая), я схватив поднос с тарелками направился к незанятому столику у окна. Еще когда я расплачивался в кассе то заметил вошедшую в помещение Вику которая пристроилась в конце очереди.

Усевшись за стол я приступил к вдумчивому и неторопливому процессу приема пищи, помня, что еда это одно из самых главных удовольствий в жизни человека. А для некоторых индивидов, даже самое главное, пожалуй даже главнее секса.

Процесс моего насыщения был прерван вопросом который был задан мне низким женским голосом:

— Виктор, можно присесть к тебе? Ты не против?

Я оторвал свои глаза от тарелки со щами и увидел стоящую напротив меня с подносом в руках, Потоцкую.

— Конечно, Вероника, садись. Буду только рад,-ответил ей я.

Вика уселась и некоторое время как и я занималась поглощением пищи. Затем отложив столовые приборы в сторону она обратилась