"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

— Вольно, вольно, майор,- сказал я ему,- когда перешли фронт?

— Сегодня ночью.

— И сразу ко мне! Молодец! А ну ка заходи. Поговорим!

Яковенко зашёл в след за мной в мой кабинет.

Оказавшись наедине я повернулся к нему и произнёс:

— Ну,майор, рассказывай,что и как. Потери большие?

— Нет,- ответил мне Яковенко,- только двое легко раненых. Я счастливчик!

— Ну,ну. Нос -то особенно не задирай! А то ещё сглазишь!

— А как Васильев? Я знаю,что вышел и всё.

— Нормально, твой Васильев. Вышел. Правда с потерями, но вышел. Зато целого немецкого гауптмана с собой приволок. В целости и сохранности. Из штаба четвёртой танковой группы. Тут из Москвы целая орава по его душу примчалась. Лично товарищ Берия звонил, узнавал, что и как.

— А сам он цел?

— Цел, цел. Только зацепило его слегка, но дошёл на своих ногах. На его плечах немцы долго висели, но он сумел — таки оторваться от них. Молодец! Я его представил к званию Героя Советского Союза. Бумагу соответствующую составил и в Москву послал. А уж как там решат не знаю. А по мне он герой и есть. Информации которую он и его группа раздобыла цены нет. Без неё мы до сих пор бы как в потёмках ходили.

— Костя отличный человек,- сказал мне на это Яковенко,- и профессионал настоящий. Я с ним ещё с Халхин- Гола. Он там к «Красному Знамени» представлен был, да только в Москве почему -то завернули, «звездочкой» ограничились. Не везёт ему с наградами. Хотя там на Халхин — Голе ему сам товарищ Жуков лично благодарность выносил.

Что я мог сказать на это? Только то,что практика награждения непричастных и наказания невиновных не нами придумана и существует уже давно и прочно. Я сам частенько сталкивался с ней. И в Афганистане и Чечне. Да меня самого представляли к Герою России во время второй чеченской, но представление благополучно похерили. Уж очень я был неудобным командиром полка.

— Ну,что, майор, скажешь о немцах,- спросил я Яковенко, как они себя чувствуют? Ты как — ни как у них в тылу побывал, сам всё своими глазами видел. Это мы здесь в кабинетах сидим и ничего кроме бумаг не видим.

— Силищу собрал немец великую,- ответил на мой вопрос Яковенко,- как ночь так начинается, кругом ревут танковые и автомобильные моторы. Колонна за колонной идут. Местное население сгоняют для ремонта дорог. Ну и на болота, гати настилать. Днём спокойнее, а как только стемнеет так начинается. Из деревень прилегающих к передовой всех отселили.

— А настроение, настроение, как у немца?

— Трудно сказать, товарищ генерал — полковник. Хотя вру, попался нам как -то один унтер. Белобрысый такой. Наглый до ужаса. Говорил, что скоро Москве мол капут. А к Рождеству они все домой вернутся. Мол сам фюрер им это обещал. На нас так нагло смотрел,что не передать. Призывал в плен сдаться, доблестной германской армии.

— В плен говоришь?Да, действительно наглец! Ну ничего мы им рога пообломаем немного. Глядишь наглости у них и убавится! Как думаешь Яковенко?

В ответ Яковенко пожал плечами.

— Обломаем конечно. Но нелегко будет. Много сил у них. И скажу я вам, немец солдат очень хороший. Трудно с ним сладить будет. Но сладим, уверен в этом!

— Сладим, сладим, даже не сомневайся. Вот ещё,что, майор. Приготовь список особо отличившихся. Мы их к наградам представим.

— А у меня, товарищ, генерал — полковник, все особо отличившееся. Иначе и быть не могло.

— Ну значит на всех и приготовь. Мы наверх подадим, а там наверху пусть и решают. Завернут или наградят — это уже их дело. А у нас совесть чиста будет. Без тебя и твоих парней мы бы сейчас, как слепые котята тыкались. Запомни, майор, сведения которые доставил ты и группа Васильева бесценны. Если мы ими правильно воспользуемся, то много жизней сбережем. И фашисту рога куда как быстрее ломать начнём! Ты отдыхал?

— Нет ещё, товарищ генерал — полковник.

— Ну иди отдыхай. Отсыпайся, отъедайся и всё такое прочее.

- Разрешите идти?

— Иди.

Когда Яковенко, ушел из кабинета, я вышел в приёмную и сказал сидевшему за столом Никодимову:

— Игорь, надо подготовить наградной лист на майора Яковенко. Будем представлять его к званию Героя Советского Союза. Понял?

— Будет сделано, товарищ генерал — полковник.

Я зашёл обратно к себе в кабинет, подумал, подумал и подойдя к телефону ВЧ — связи набрал ставший недавно знакомым мне номер…

— Берия у аппарата, — раздался голос с грузинским акцентом.

— Товарищ, Берия, это Конев.

— А, Иван Степанович, что у тебя стряслось?

— Товарищ, Берия, командование фронта представило майора Яковенко и капитана Васильева к званию Героев Советского Союза.

— Ну молодцы, что представили. От меня, что требуется?

— Да в общем немногое. Очень боюсь, что наверху эти награды замотают. Тем более, насколько мне известно у Васильева уже был такой случай. Прошу вас, как члена ГКО проследить, что бы герои получили причитающееся им. Полностью по заслугам. Ну и остальных членов групп Васильева и Яковенко. Мы их всех к наградам представлять будем.

— Хе, хе, это ты, Иван Степанович, решил на меня роль надзирателя, что ли возложить? Но вообще ты прав. Подавай свои представления, я лично прослежу. Если кто тормозить будет, лично шкуру с того спущу. Что пригодились тебе мои люди?

— Очень, товарищ Берия.

— Если, что нужно будет — обращайся. Чем смогу тем помогу.

Как у тебя там дела?

— Ждём начала немецкого наступления.

— Ну смотри. Надеюсь, что не подведёшь. А сейчас, извини, у меня дел много. Так,что до свидания.

Разговор прервался. Я подержал немного трубку телефона в руках, а затем осторожно опустил её на рычаги.

Глава 23

Дневник начальника Генерального штаба ОКХ генерал — полковника Гальдера.

Запись от 1 октября 1941 года 102 -й день войны.

Обстановка на фронте:

…Группа армий «Центр»: 2-я танковая группа оказалась в тяжёлом положении Она не может вывести из боя свои части, действующие на правом фланге. Одному полку 25-й моторизированной дивизии не удалось оторваться от противника.9-ю танковую дивизию так же пришлось снова ввести в бой, вследствие чего