"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

задерживается её переброска на север. В остальном операция по прорыву фронта противника (численность и группировку сил которого нам удалось своевременно и правильно выявить) развивается успешно…

Генерал Буле:

Наличие танков во всех подвижных соединениях: в танковой группе Гудериана — около пятидесяти процентов штатного состава; в других танковых группах — около 70− 80 процентов; лучше всего положение в танковой группе Гёпнера, которая имеет четыре дивизии полного состава…

Обстановка вечером:

…Группа армий «Центр»:

Танковая группа Гудериана на своём центральном участке оборону противника и продвинулась на 60 км. Вызывает тревогу положение на правом фланге Гудериана. Этот фланг в результате упорных атак противника значительно отстал от атакующего центра. Своим левым флангом танковая группа продвинулась примерно на 20 км в глубину.

На остальных участках фронта группы армий — затишье.

Дневник Генерал — фельдмаршала Бока.

Запись от 1 октября 1941 года.

При попытке оттеснить противника с южного крыла 2-й танковой группы Гудериана 25-я моторизированная дивизия (Клёснер) подверглась танковой атаке неприятеля, и ей пришлось отступить, бросив при этом автотехнику целого полка- увязшие в грязи транспортные средства.

24-й танковый корпус (Гейр фон Швеппенбург) успешно продвигается вперёд; однако угроза правому флангу группы Гудериана остаётся до тех пор, пока группа армий «Юг» не отправит туда некоторые из действующих на её оперативном участке частей 2-й танковой группы, а это произойдёт не ранее сегодняшнего вечера. Полностью правый фланг

будет в безопасности лишь с подходом пехотных дивизий Гудериана, а это так же потребует времени.

— Выдержит ли Ерёменко удар Гудериана? Как думаешь, Василий Данилович,- спросил я Соколовского.

Соколовский в ответ лишь пожал плечами, а затем сказал:

— Меня больше всего волнует выдержим ли удар мы. Вон какая группировка против нас собралась. Аж дух захватывает!

— Это верно. Но если дела у Ерёменко пойдут скверно, то всё внимание Ставки будет приковано к Брянскому фронту. Не думаю,что тебе надо объяснять чем это грозит нам. А если к тому же мы сумеем сдержать первый натиск фон Бока, то боюсь,что мы не только не получим никаких резервов, но более того, как бы нас изрядно не пощипали. Заставят оказать шефскую помощь попавшему в беду товарищу. А то,что у нас по сути тоже всё на нитке висит, тогда никого волновать не будет.

Честно говоря у меня были большие сомнения в том,что удастся сдержать натиск немцев в полосе Брянского фронта. Не вызывал у меня Андрей Иванович Ерёменко доверия в роли командующего фронтом, да ещё на таком важном направлении. Рокоссовский справился с этой должностью куда как лучше. Но он сейчас, пока вне поля зрения Ставки, по крайней мере в качестве кандидатуры на должность командующего фронтом. Вся его слава пока впереди. Ему предстоит стяжать её начатки здесь, в Подмосковье. В роли командующего армией. И уже после этого начнётся его взлёт по карьерной лестнице. А сейчас. Сейчас Ставка и Генеральный штаб испытывали явный дефицит командных кадров. Хотя если говорить о Ерёменко то по отношению к нему Сталин испытывал явную симпатию. Иначе карьеру Андрея Ивановича объяснить очень трудно.

— Если Гудериану удастся быстро прорваться в полосе Брянского фронта, то ему откроется прямая дорога с начала на Орёл, а потом и на Тулу. Не хочется даже думать об этом,- задумчиво произнёс я.

— Ты, Иван Степанович, никак примериваешь на себя обязанности Верховного Главнокомандующего,- ответил мне Соколовский и в его голосе я уловил иронию.

— Ты напрасно иронизируешь, Василий Данилович, будет худо Брянскому фронту и нам не сладко придётся. Честное слово не пойму я эту твою иронию. Кстати как там насчёт моего приказа об отселении гражданского населения из прифронтовой зоны, выполняется?

— Выполняем, Иван Степанович, хотя это и нелегко сделать. Сам понимаешь. Люди всегда надеются на лучшее. Фронт в двадцати километрах, а они всё думают, что их минует чаша сия.

— Зато когда мы начнём отводить войска на восток, глядишь всё меньше гражданских на дорогах будет.

Я поднял телефонную трубку и произнёс:

— Генерал Мичугин у себя? Нет? Как появится пусть немедленно зайдёт ко мне!

Наклонившись над картой я подумал и сказал:

— Знаешь, Василий Данилович, у меня душа не на месте. Не могу я в такое время в штабе сидеть! Махну -ка я к Лукину!

— Ты же сам говорил,что в напряжённые моменты, командующий обязан быть в штабе,что бы не терять нити управления.

— Ну говорил, не спорю. Но сейчас не могу в штабе оставаться. А нити я и у Лукина смогу держать. Связь имеется.

— А как добираться думаешь? На дорогах сейчас опасно. Да и в воздухе тоже.

Я подумал и сказал:

— Поеду по земле. У меня водитель хороший.

— Это тот с кем ты в засаду попал?

— Ну он то тут вообще не причём. Ловить диверсантов не входит в его обязанности. Как впрочем и охранять меня.

— Не знаю. А вдруг из Генштаба позвонят? Или хозяин?

— Ну вот и расскажешь им всё. Ты обстановку знаешь не хуже меня. А про меня скажешь,что мол инспектирует войска.

Соколовский хотел видимо ещё возразить мне, но не успел, в дверь постучали.

— Войдите,- произнёс я.

Дверь открылась и в кабинет вошёл генерал Мичугин.

— Разрешите.

— Давай проходи скорее, Фёдор Георгиевич.

— Вызывали?

— Что у тебя нового?

— Ночью разведка на ПО −2 летала в район гатей. Немцы перебрасывали по ним танки и бронетранспортёры. Шли с включёнными фарами.

— Ясно,что ещё?

— Ну,что? Мои соколы атаковали ещё какой то крупный штаб. На этот раз в Воросове. Результаты атаки уточняются.

— Так, Фёдор Георгиевич, время подъёма полков дальнебомбардировочной авиации с аэродромов 4.00. К тому времени как они долетят, мы основательно потрепем немцев артиллерией. Твои соколы добавят им гостинцев с неба.

— Ясно, Иван Степанович.

Когда Мичугин вышел я озабоченным тоном сказал Соколовскому:

— Опасаюсь за Собенникова. У Лукина немцы развернули в первом эшелоне танковые дивизии, причём на очень узком участке, а на фронте сорок третьей армии, они видимо решили прорывать оборону пехотными частями. Танковые они держат во втором эшелоне. А это значит только одно. Эффект от контрартподготовки будет сильно смазан. Разве,что лётчики помогут.

Подумав я опять взял телефонную трубку:

— Генерал Корнеев? Тарас Федотович, что нового? Так, так, так. Ясно.

— Что там?- спросил Соколовский.

— На всех радиодиапазонах, тишина. Ни одной немецкой станции нет в эфире.

— Введён режим радиомолчания,- сказал