"Фантастика 2025-140". Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

друг для друга были чуждыми. И, судя по рассказам, в прошлом часто случались стычки между разными расами. Однако единое гонение на магиков заставило тех сплотиться и начать куда толерантнее относиться друг к другу.

И все же было в этой стране при всей ее опасности что-то невероятно привлекательное. Все эти сказочные пейзажи, сложно выстроенные горные поселения, каменные громады старинных замков и изящные комплексы дворцов, видневшиеся в отдалении, притягивали взор и кружили голову. И когда Марина, наконец, вошла в Крамарин — столицу Освении — она была готова признать это место самым красивым, какое когда-либо видела в жизни.

Глава 5

Столица Освении была огромна — что по площади, что в высоту. Уильям, который никогда такого не видал, принялся недовольно ворчать — мол, на него стены давят, и вообще, почему все такое гигантское, будто для Поморника строили. Для Марины же широкие четырехполосные дороги, раздольные тротуары и многоэтажная застройка не стали чем-то удивительным. Как и невероятные толпы народа, снующего туда-сюда.

Впрочем, архитектура, конечно, разительно отличалась. Марине это напомнило смесь рококо и модерна: общие формы от первого, детали — от второго. Причем в одежде наблюдалось то же самое: формы юбок и корсеты напоминали о более древних временах, а вот шляпки, вышивка и прочие мелочи — о поздних.

Марина представила себя в таком наряде, и ширина улицы сразу стала оправданной: с такими «жопками» дамам нужно было пространство. А конному транспорту — тем более.

«Ну, жить тут, положим, так себе идея, — не смог не покритиковать внутренний голос. — Но для бизнес-центра вполне приемлемо».

«Это наверняка просто зона такая, — заметила Марина, вглядываясь в детали. — Смотри, как много вывесок. Это что-то типа гипермаркетов, но на местный лад. А жилые районы наверняка дальше».

Пока она глазела на переливающуюся магическими огнями рекламу вееров, мимо с шумом пронесся… автомобиль!

— Твою ж мать! — выругался Уильям, отскакивая. — Что это?

— Энергомобиль, — хмуро ответил Ксавьер. — Похоже, уже поступил в продажу.

— Нет, — покачал головой Леам, всматриваясь в удаляющийся транспорт. — На нем знаки Святой инквизиции. Наверное, их по гранту выпустили, для государственных нужд.

— Да, возможно, — не стал спорить Ксавьер, который с каждой минутой становился все мрачнее. Его аура давила настолько сильно, что Марине пришлось прилагать усилия, чтобы игнорировать чужой негатив. Она даже насмелилась взять мужчину под руку и улыбнуться ему в знак поддержки.

Ксавьер ответил ей тем же, но его улыбка получилась какой-то вымученной.

Долго гулять по главным улицам у них не получилось: группа нищебродски одетых магиков в явно дорогом торговом квартале привлекала слишком много внимания, и люди уже начали останавливаться и перешептываться, глядя на них. Дожидаться, пока кто-нибудь кликнет городскую стражу, компания не стала и самостоятельно покинула элитный и, похоже, молодежный район.

Ровно через четыре квартала пейзаж неожиданно сменился на более строгий. Исчезли крикливые рекламы, суета и чрезмерно напомаженные лица. Им на смену пришли сухие облики каких-то казенных зданий и степенные усатые мужи в темных костюмах и цилиндрах. Даже транспорт тут ездил как будто спокойнее — не то, что в торговых кварталах, где нет-нет, да и пролетали мимо лихие верховые, а то и тройки.

Но увы, и тут Марине не удалось толком полюбоваться пейзажем: все важные господа с тросточками и при усах как будто смотрели на них еще более неприязненно, чем расфуфыренная молодежь.

— Зря мы сюда днем пошли, — сказал Модька, чьи огромные рога и специфические черты лица притягивали взгляды особенно сильно. — Надо было вечером, по темноте. Не так бы в глаза бросались.

— Ага, — кивнул Персик. — А еще вечером не так жарко, можно плащи накинуть.

Марина покивала: на дворе еще стояло лето, и холодно было только ночами, а днем она в своей «униформе» здорово жарилась, а снять, увы, не могла.

Они немного обсудили этот вопрос и решили не идти в обратную сторону, а просто углубиться в районы победнее. Там, конечно, с еще большим шансом можно было нарваться на каких-нибудь неприятных личностей. Но опять же, бить морды преступникам было не так экстремально, как городской страже.

…

Сказано — сделано, и спустя четверть часа Марина уже имела возможность полюбоваться на местные трущобы. Увы, вот как раз они ее разочаровали. Трущобы вообще такая универсальная вещь, что они везде одинаковы, и смотреть там на что-нибудь как-то и не хочется. Однако им наконец-то удалось слиться с толпой. И это было очень и очень грустно.

«Бомжа-а-ары, бомжа-а-ары!» — изгалялся внутренний голос, и у Марины не было возможности его заткнуть. Они действительно наконец-то почувствовали себя тут свободнее. Более того, в разных темных закутках этих грязных переулков нет-нет, да и встречались магики. Только вид у них был такой, что разговор заводить не хотелось.

Они бродили по улицам долго. Ребята разглядывали город, обсуждали, что и где раньше было, да что изменилось. Вспоминали тех, кто здесь раньше жил, и тех, кто тут погиб пять лет назад.

Разглядывая обшарпанные унылые стены, Марина поняла, что здесь действительно когда-то шли бои: повсюду виднелись странные царапины, пробоины, следы взрывов. А в одном месте на стене даже имелись сажистые следы трех силуэтов, один из которых был рогатым.

Марина не стала уточнять, откуда взялись эти следы, подозревая, что с уличным искусством они имеют мало общего и образовались совершенно по иным, насильственным причинам.

Неожиданно они остановились. Причем девушка по инерции налетела на тех, кто был впереди.

— Что случилось? — спросила она, выглядывая из-за их спин.

— Здесь был мой дом, — каким-то бесцветным голосом сказала Флокси, оказавшаяся впереди всех.

Марина глянула на пустую площадку, на которой торговали какой-то подержанной утварью. О том, что здесь когда-то стоял дом, напоминал только стык двух разрушенных стен да останки камина.

— От моего тоже только обломки остались, — сказал девочке Персик, беря ее за плечо. — Не смотри, пойдем дальше.

— Ваши-то хоть поломаны, — буркнул Шерман. — А в моем какая-то тетка живет. Даже вещи не выкинула, с-с…

— Чет я уже не хочу до своего дома идти, — отозвался Денеба.

— А я б до своего сходил, — сказал Леам. — Мы его продали, но все равно хочется посмотреть. Только вечером, когда глазеть никто не будет.

— Может, до вечера в какой-нибудь таверне посидим? — предложил Денеба.

— В притоне, ты