Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

По телу тут же пробежала тёплая волна исцеления. Я настолько хорошо себя почувствовала, что не сдержалась и выдала удивлённое:

— Ох!

Пальцы мужчины на миг судорожно сжались, и я услышала тихое ругательство. Вот теперь он был недоволен. Очень! Захотелось повизжать, как резаный поросёнок, чтобы заставить Грегори вновь развеселиться. А что? Просто я не знала, чего ещё придумает этот псих, для поднятия настроения. Но повизжать для проформы я не успела, поскольку ощутила, как моя юбка поползла вверх. И мой визг был самым настоящим — с чувством, тактом, расстановкой.

— Вот так гораздо лучше, — хмыкнул Грег, — а то, знаешь ли, не привык я к тому, что девушки радуются подо мной.

— Почему? Не справляешься? — прошипела я, резко прекратив визжать.

Только извивалась по-прежнему, всё-таки ноги у меня не бесконечные, а юбка уже задралась довольно высоко. Замерев на миг, Грегори что -то прошептал и по моим глазам ударил свет. И пусть он был не очень яркий, но после кромешной тьмы, меня буквально ослепило. Я открыла рот, чтобы ругнуться, но мне его закрыли одним из самых надёжных способов — с помощью «заклинания молчания».

От неожиданности, я даже дёргаться перестала, чем мужчина тут же воспользовался. Он быстро задрал мою юбку до талии, а следом рванул ткань платья на плече. Пока я в шоке изображала мёртвую зверушку, Грегори принялся елозить губами по моему оголённому плечу. Его шаловливые ручки, будто невзначай поглаживали мою ногу, которая осталась без прикрытия.

Наверное, стоило и дальше сопротивляться, но я заметила очень интересную штуку. Грегори внимательно наблюдал, какая последует реакция с моей стороны, на все эти действия. Припомнив попытку удушения и ужас, я решительно заставила себя не шевелиться. Вот ни за что не поверю в его внезапно нахлынувшую страсть!

Жаркие поцелуи перешли из разряда «смотри, как я умею», в стадию «сожру тебя всю без остатка». Но я стойко держалась и старалась не реагировать. Правда, когда он прикусил кожу на моём плече, я не смогла остаться без движения. Поскольку говорить у меня не получалось, я решила дать ему понять, что это было больно. Только сделала я это весьма своеобразным способом — попыталась подняться. Ну, так он же был сверху и вдавливал меня своим довольно тяжёлым телом в матрац. И как всегда что -то пошло не так.

Усилие, с которым я старалась совершить это действие, в моём исполнении больше напомнило попытку страстно прижаться к мужчине. Замерев на мгновение, он с удивлением посмотрел прямо в мои глаза. Но дело в том, что я удивилась не меньше Грега, только по иной причине. Получается, чем яростнее я буду липнуть к нему, тем больше вероятность, что он оставит меня в покое?

— А ответь-ка мне на один вопрос, лапа моя, — вкрадчиво протянул Грегори. — Почему ты пошла за мной тогда, семь лет назад?

Я приподняла брови, он предлагает мне отвечать пантомимой? Забыл, что я по его милости разговаривать не могу? Грег продолжал задумчиво меня рассматривать, а я вдруг поняла, что он сейчас очень похож на того паренька, с которым мы сбежали. И пусть он привёл меня тогда, как жертвенного барашка, только до того момента Грегори был абсолютно другим. Ведь я никогда не испытывала страха или недоверия по отношению к нему. Самое забавное заключалось в том, что стоило мне это осознать, как у меня полностью пропал страх перед Грегом.

Поскольку речь мне до сих пор была недоступна, а мужчина проявлял чудеса идиотизма

— или старческого маразма, не знаю, не зря же он выглядит, в точности, как семь лет назад — я решила хоть и без слов высказать всё этому тормозу. Набрала побольше воздуха в лёгкие и беззвучно заговорила. Я рассказала, какой он мерзавец, что обманул наивную маленькую девочку. Выплюнула ему прямо в лицо, все свои обиды и страхи, которые пережила. И под конец ответила на его вопрос воплем:

— Потому что я влюбилась в тебя идиот!

Наши ошарашенные лица были очень похожи в тот миг. Просто Грег долго пытался понять, что я там рассказываю. Видимо он вспомнил о заклинании и захотел послушать со звуком все мои претензии, но снял с меня чары только на последней фразе. И теперь мы медитировали друг на друга. Он с отвисшей челюстью, и я усердно сдерживая истерический смех.

— И что, до сих пор любишь? — изумлённо произнёс вдруг Грег.

Ответить я не смогла, поскольку боялась расхохотаться и разозлить этим мужчину. Встречаться вновь с Грегори-маньяком я не горела желанием. Но как бы я не сдерживалась, слишком странно-комичной оказалась вся ситуация, и на моём лице появилась неприлично счастливая улыбка. Всё. Теперь меня даже маньяк будет считать психом. Насколько я не права, мне дали понять в тот же момент.

— Кейт, да что с тобой не так? — в недоумении проговорил Грег. — Я же пытался тебя убить, затем изнасиловать, а ты лежишь, улыбаешься и признаёшься в любви!

Желание расхохотаться достигло критической отметки, из глаз хлынули слёзы. Ну, попробуйте столько давиться смехом. А Грегори вдруг поднялся, покачал головой и пробормотал:

— Прости, золотце, но это ничего не меняет. Ты всё равно умрёшь через два дня.

— П-п-почему? — с трудом выговаривая слова, всхлипнула я.

— Скажи спасибо Эймиру, — как-то нелогично выдал он. — Разве ты не знала, что он готовит тебя себе на смену?

Я смотрела на Грега и продолжала давиться смехом, глотая слёзы. Вот почему мне тут тайны рассказывают, а я не могу успокоиться? Нервное перенапряжение? Разве оно происходит таким образом? И тут я почувствовала, как мою руку начал наглаживать росток. Серьёзно так наглаживать, от локтя, до запястья. Но благодаря этому мне удалось справиться со странной истерикой.

— О чём ты говоришь? Я Эймира видела один раз в жизни, когда тот меня спас от тебя, — смогла наконец-то выговорить я.

— Эх, Кейти. Ты всегда замечала всё что угодно, кроме очевидных вещей, — вздохнул Грег. — Неужели ты считаешь, что Эймир носится по островам и всех спасает?

— А разве нет? — вот сейчас я была очень удивлена.

— Наш милый отшельник, который благословляет деток, на самом деле беспринципный ублюдок, — выплюнул Грегори. — Он уже несколько столетий ставит опыты над всеми одарёнными жителями островов. Понимаешь, ему