Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

class="p1">— Ну так вот… вы нам будете говорить, какой артефакт пригодится к использованию совместно с лекарствами, а также позволите использовать для продвижения ваше имя. А мы в свою очередь будем платить вам десять процентов от продаж артефактов.

— Идея хорошая, — кивнул я. — Но есть одна загвоздка.

— Какая же? — насторожился он.

— Десять процентов — очень мало. Меньше чем за пятьдесят, я не согласен.

Давид Елизарович вытаращился на меня. Да, я наглый, и что? Они снова хотят меня использовать и платить за это жалкие десять процентов. Не выйдет!

— Если вы думаете, что десять процентов мало, то очень сильно ошибаетесь. Мы намерены занять эту нишу и поставлять артефакты в лечебницы и аптеки всей империи…

— Но у вас без меня ничего не получится, поэтому вы будете платить мне пятьдесят процентов от заработанного, — прервал я его.

Коганы и юрист переглянулись. Они явно не обговаривали, что будут делать, если я захочу больше, чем они готовы дать.

— Давайте не будет торопиться с выводами и ещё раз всё хорошенько обсудим, — Давид Елизарович примирительно поднял руки. — Дело в том, что мы потратили много личных средств, чтобы выкупить мастерские. К тому же нам нужно будет платить артефакторам и охотникам за добычу из аномалий. Если мы вам будем отдавать половину заработанного, то сами останемся с пустыми карманами. Тогда у нас пропадает резон вообще заниматься этим делом.

— Хорошо. Я вас услышал. Теперь послушайте меня, — деловитым тоном сказал я и сцепил пальцы в замок. — Если ваши артефакты окажутся неэффективны, то мы, Филатовы, понесём репутационные риски. Люди могут подумать, что наши лекарства столь же бесполезны, как и артефакты, что продают с нашим именем. Мы потеряем наше доброе имя и, следовательно, покупателей. Именно поэтому я согласен на сорок процентов, и ни процентом меньше, — ответил я.

На самом деле я нарочно потребовал половину, чтобы потом скинуть немного. В таком случае все останутся довольны.

— Но ведь сорок… это же так много, — упавшим голосом проговорил Давид Елизарович.

— Решать вам. Я не настаиваю. Мы вообще можем обойтись без этих артефактов. Впрочем, мои лекарства никогда не нуждались в дополнительной стимуляции. Они и так отлично помогают людям.

— Но мы тоже не можем работать в минус. Вы же должны нас понять, — ещё чуть-чуть, и он начнёт умолять снизить процент.

Я сделал вид, что собираюсь уходить.

— Ну ладно. Если для вас это много, то не вижу смысла продолжать разговор, — я встал и перехватил взгляд двух евреев. Они совершенно беззвучно о чем-то договаривались.

— Мы согласны! Сорок — это не пятьдесят, — с тяжелым вздохом произнес Давид Елизарович. — У Аркадия все документы готовы, поэтому может подписать их прямо сейчас.

— Нет. Я пока не глава рода и не могу единолично принимать решения. Возьму ваши документы домой и покажу их отцу и деду.

— Хорошо. Как вам будет угодно, — с досадой проговорил он и велел юристу. — Аркаша, отдайте папочку Александру, ведь нам нечего скрывать.

Тот немного помялся, но папку отдал.

— Как вам будет угодно.

— Вот и хорошо, — улыбнулся патриарх. — А теперь предлагаю выпить по бокальчику Киндзмараули.

* * *

Я вернулся домой в прекрасном расположении духа. Ещё одно прибыльное дело в нашу копилку. А то, что оно будет прибыльное, я не сомневался. Ведь теперь в моих руках будут не только лекарства, но и различные приспособления к ним. То есть я буду создавать какой-нибудь эликсир, который начнёт действовать только при определенной температуре. И чтобы без труда нагреть его до нужной температуры, можно купить артефакт, созданный для этого. Или наши лаборатории начнут выпускать мази, которые нужно наносить специальной лопаткой с кристаллом, усиливающим действие. Ясно одно — развернуться можно ого-го как!

Думаю, дед и отец тоже оценят задумку, а то, что мне удалось выбить сорок процентов от прибыли, должно ещё сильнее их воодушевить. Похоже, жизнь налаживается.

Мне захотелось испытать защиту, что поставили люди Попова, поэтому оставил амулет в машине и бодро двинулся к воротам. Однако, когда протянул руку, чтобы открыть калитку, ладонь будто увязла в густом киселе. Оттолкнувшись, рванул вперёд, но не смог пробить невидимую защиту, которая сначала задержала меня, а потом «выплюнула», да так, что я отлетел на пару метров назад. Неплохо, очень даже. Вроде и не навредит никому, но и не пропустит без позволения.

Пришлось вернуться к машине за амулетом. На этот раз я беспрепятственно прошёл через калитку и зашёл в дом.

Из столовой доносились голоса. Один из них принадлежал деду.

— … вот же, гад, говорю. Это ж надо было так со мной разговаривать! — возмущался он, когда я появился в дверях. — А вот и Шурик. Здорова! Как учеба?

Он даже поднялся мне навстречу, чтобы поздороваться. Соскучился, наверное.

— Привет, дед. Чего приехал?

— А что, не надо было? — тут же взбеленился он.

М-да, люди не меняются.

— Привет, Саша, — послышался робкий девичий голосок.

Я повернулся на звук и увидел, что рядом с Настей сидит Кира. На ней было зелёное платье с оборками, на голове ободок с зелеными камнями. Одним словом принарядилась. И немудрено, ведь в столицу приехала.

— Привет, Кира. А ты чего здесь делаешь?

— Уймись ты уже! — Прикрикнул дед. — С порога на всех с вопросами бросается. Сядь лучше за стол и поешь с нами.

— Вообще-то я только что обедал в ресторане с Коганами, — ответил я, но за стол сел и придвинул к себе кувшин с морсом.

Пить хотелось после острых блюд.

— И чего им от тебя нужно было? — сразу смекнул старик Филатов. Знает, что просто так они на обед не пригласят.

— На, почитай, — я протянул ему папку, которую держал под мышкой.

Дима придвинулся к деду, и вдвоём они быстро просмотрели документы, в которых до сих пор графа с процентами была пуста.

Они не поняли, о каких артефактах идёт речь, поэтому пришлось пояснить.

— Ну, эти ушлые евреи своего не упустят, — усмехнулся дед. — Идея-то хорошая. И процент ты выбил немаленький. Молодец.

— Завтра вывеску привезут. Уже готова. Когда лавку будем открывать? — спросил Дима у старика.

— Давай завтра и откроем. Чего тянуть-то? Я вон с собой ещё несколько коробок привёз, на