Дом, который будет ждать. Книга 6 - Александра Шервинская

– Ты ведь нацелился на этот мир давно, просто потому что это – мой мир, не так ли, старый… друг? И все твои шаги были направлены на то, чтобы причинить мне боль. И тебе даже иногда это удавалось. Но сегодня мы закончим нашу старую вражду.

– То есть ты знал, что это я? – казалось, Тревор был удивлён, а я услышал, как Даргеро прошептал непонятную фразу, что-то типа: «Не получилось сюрприза? Так тебе и надо».

– Я не был уверен, но предполагал, – спокойно ответил Домиан, не трогаясь с места.

– О, малышка Лиз! – Тревор посмотрел за спину Домиана, и его губы искривила мерзкая ухмылка. – Ты была такой забавной, детка. И такой глупой… Знаешь, мне даже не будет никого из вас жаль, потому что вы – пыль под моими ногами. Жалкие существа, застрявшие в жалком мире.

– С чего ты взял, что я отдам тебе этот мир?

– С того, что у тебя не хватит силы противостоять мне, вот и всё…

Вокруг Тревора взметнулись снежные вихри, окутав его почти непроницаемой пеленой, сквозь которую он попытался ударить в Домиана каким-то достаточно сильным проклятьем.

– Ты побоишься мне ответить, – расхохотался он, и от этого голоса, звучавшего, казалось одновременно отовсюду, стало промерзать всё, включая нас. – Ты ведь знаешь, что если что – откат размажет этот мир по Мировому Дереву, не оставив даже следа.

– Моей сильной стороной всегда было построение защитного купола, – Домиан решительно зашагал навстречу старому врагу, – и я развил этот навык до высочайшего уровня.

На мгновение он остановился, обернулся к Лиз, светло улыбнулся ей, подмигнул и неожиданно накрыл себя и Тревора большим прозрачным куполом. А потом началось страшное…

Что-то кричал седой, но его никто не слышал: все, перестав дышать, смотрели на то, что происходило за прозрачной сферой, где творилось что-то невообразимое. Вспыхивали молнии, закручивались вихри чёрного тумана, рассыпавшиеся в пыль под ударами снежных плетей. Два существа с какой-то запредельной ненавистью крушили друг друга, пространство, саму ткань мироздания. И всем, кто был сейчас на берегу и видел это, было абсолютно ясно, что если сила Тревора вырвется на свободу, от нашего мира не останется ничего. Но я знал: Домиана не волнует мир, его не интересует, что станет со всеми нами, для него важно одно – чтобы была жива его обожаемая Лиз. Та, ради которой он нарушил своё добровольное отшельничество. Та, ради которой он дышал и жил.

Внезапно внутри купола всё остановилось, и Домиан выкрикнул какую-то фразу, услышав которую Тревор изменился в лице, и я готов был поклясться, что он испугался. А Древний сделал шаг вперёд и неожиданно крепко обнял врага, прижав к себе, не давая вырваться. Я видел только его спину, бугрящиеся от немыслимого напряжения мышцы.

Моё сознание уплывало, боль в груди становилась невыносимой, но я смотрел, не в силах отвести взгляд. И я увидел, как фигура Тревора, того, кто называл себя Владыкой Севера, буквально взорвалась, рассыпавшись на миллионы снежинок, которые, в свою очередь медленно растаяли в воздухе.

С громким щелчком лопнул купол, и последним, что я увидел, прежде чем рухнуть в чёрное небытие, была рыдающая Лиз, упавшая на колени рядом с горкой сапфировых углей, неровно вспыхивающих всеми оттенками синего.

Глава 30

Лиз

– Но почему ты приняла такое решение? Мы так не договаривались!

– Лиз, мы с тобой вообще на этот счёт никак не договаривались, если вспомнишь.

Этот разговор с различными вариациями повторялся уже не первый день, начиная с того вечера, как папенька силой уволок меня в Эрисхаш, чтобы я пришла в себя и не мешала мужчинам разбираться с остатками войска Тревора, которое после гибели вождя превратилось в отдельные горстки растерянных людей, не знающих, что им дальше делать.

Пользы от меня не было никакой, так как я могла либо рыдать, поливая слезами магически запечатанный сосуд, в который Шегрил собрал сияющие пронзительной синевой угли, категорически не желающие гаснуть, либо ругаться с Каспером, требующим, чтобы я убедила Эллу перенестись сюда, рассказать о своей истинной сути и, соответственно, заявить о правах на трон империи.

В Эрисхаше меня загрузили на каташа, и он отвёз меня в Орзон-Шат, где я и провела в каком-то полуобморочном состоянии несколько дней. Верная Уршана сначала терпеливо выслушивала мои причитания по поводу того, какой я была неблагодарной, потому что не ценила любви Домиана, а потом ей это надоело, и она спросила:

– Как ты думаешь, Элиж, есть ли в каком-нибудь из миров большее счастье для мужчины, для воина, чем умереть ради той, кого он любит?

– Есть, – я совершенно некультурно шмыгнула распухшим носом, – жить ради той, кого любишь…

– И знать, что она никогда не будет твоей? – демоница грустно покачала головой, закутывая меня в мягкий мрак своих крыльев. – Ты думаешь, это легко? А вот уйти ярко и смело, как подобает великому воину и настоящему мужчине – это совершенно иное, поверь мне, Элиж.

И мне постепенно стало легче. Я, как самое дорогое сокровище, хранила фиал с синими искрами и жутко боялась, что однажды они погаснут. Но нет – синий цвет не становился бледнее или слабее, он горел ровно и ярко, и со временем мне стало казаться, что искорок становится больше.

И вот, когда я успокоилась, в полный рост встал вопрос о том, кому надлежит занять трон империи. Как ни странно, известие о смерти Максимилиана не вызвало никаких особых волнений, наоборот, казалось, все вздохнули с облегчением.

Мне, правда, пришлось пройти процедуру подтверждения родства, но это оказалось достаточно просто и быстро. Магический артефакт вспыхнул, показывая, что во мне течёт та же кровь, что и в Максимилиане, и Совет магов, хоть и не слишком охотно, согласился признать меня законным претендентом на трон. Но дело было в том, что я туда совершенно не стремилась. Более того, я была уверена, что свои права заявит Каспер, но он лишь загадочно улыбался и ничего не предпринимал.

И вот недавно Элла сообщила мне о том, что она приняла решение остаться в Эрисхаше с Шорфаром, потому что хочет просто быть счастливой. Надо сказать, что Шорфар после всего, что произошло в Джашарии – я всё больше привыкала называть свой мир именно так – решил, что всякие недоговорённости порой бывают чреваты совершенно непредсказуемыми последствиями. Поэтому, вернувшись в Эрисхаш, он срочно собрал приближённых и представил им Эллу, кратко обрисовав ситуацию.