Ведьмак 23-го века. Открытая вражда - Владимир Михайлович Мясоедов

пистолета-пулемета на весь магазин даже я уже реанимировать никого не смогу. — Олег двигался по коридору стремительной молнией, сканируя близлежащие помещения прямо сквозь стены, выламывая двери телекинезом, вырубая всех встречных неадекватов и ища тех, кто мог бы сопротивляться окружающему безумию. Пока таких ему на глаза не попадалось, даже один из имеющих второй ранг целителей, по идее обязанный образцово сопротивляться любой заразе и большинству отравлений, превратился в пускающего пену берсеркера. Своим разряженным оружием он пользовался как дубиной, с громкими воплями колошматя прикладом техномагического шедевра оружейной мысли всех, кто под руку подвернулся, начиная с собственной помошницы и, по совместительству, жены. Впрочем, та в долгу тоже постаралась не остаться и срезала супругу обе щеки, орудуя осколком какой-то разбитой реторы словно ножом и не обращая внимания на кровь, хлещущую из её собственных ладоней. — Механизм действия этой дряни мне пока неясен, но кажется она провоцирует просто запредельный выброс адреналина и прочих подобных гормонов, во всяком случае ауры у этих людей такие же как у перебравших боевых стимуляторов абордажников, которых мне их же товарищи скрученными притаскивали на детоксикацию…

Размышления чародея прервала неожиданная находка, а именно люди, что вроде бы находились в самом центре катаклизма, совсем рядом с изолятором, однако же не поддались всеобщему безумию. Кабинет с табличкой «гнойная перевязка» не был пуст, но и ничего плохого в нем не наблюдалось. Старый лысеющий мужчина в поношенных штанах, на спине у которого был какой-то покрытый мазью багровый воспалившийся шрам, подозрительно напоминающий след от кнута, пыхтя от усердия и с явным риском развития инфаркта толкал к двери массивный шкаф, забитый какими-то медицинскими справочниками. Ну а не сильно красивая и немного полноватая санитарка средних лет, видимо относящаяся к числу нанятых гражданских специалистов, дрожащими руками пыталась заряжать патроны в маленький потертый револьвер с выбитым на рукоятке инвентарным номером, явно выданный ей вместе с белым халатом.

— Магии в них практически ноль, защитных амулетов не вижу, ауры обычные, барьеры на входе в помещение… — Олег запнулся, ибо чего-то все же обнаружил в районе порога. Некое воздействие, тончайшую пелену…Пелену некроса. Или вернее какое-то бледное её подобие. Слишком слабую, чтобы оказаться боевым заклятием, там энергии бы не хватило на то, чтобы бабочку уморить, а комар после столкновения с подобной преградой даже если бы и шлепнулся на пол, то имел все шансы быстро прийти в себя. Источником её являлся тонкий медный провод, оббегающий дверной проем и соединенный со спрятанными под обоями костяным амулетом и рунным кругом, причем последний сильно напоминал конструкцию для сбора энергии из окружающей среды за счет общего магического фона. Только была она меньше, проще и заметно кривоватой, пусть и работала кое-как. Но в изначальных планах этой больницы подобная деталь точно отсутствовала, видимо её внесли уже после. Силами работающими здесь одаренных, которые припомнили свои навыки артефакторики и ритуалистики, а после из подручных средств соорудили…Аналог кварцевой лампы? Чтобы заразу не вносили внутрь и не растаскивали по остальным помещениям? На насекомое, скажем блоху, такая магическая аномалия повлиял бы не особо сильно, а вот бактериям, резвящимся в мельчайших капельках гноя, могло бы и поплохеть.

— Та дрянь, который тут все накрыло, либо живая, либо как минимум основана на чем-то живом и едва-едва стабильном. А ещё она мелкая! — Понял чародей, а после без раздумий ударил во все стороны силой смерти. В разы более концентрированной, чем то жалкое подобие барьера, которое однако же приносило пользу на входе в перевязочную…Но все же и полноценным атакующим заклятием это воздействие никто бы не назвал. Нечто подобное на своих первых занятиях боевой магией могли бы выдать ведьмаки-некроманты, заставляя кожу цели покрыться легким налетом, который случайный наблюдатель мог либо либо не заметить, либо счесть за диатез. Только вот созданные Олегом чары, которые стоило бы, пожалуй, скорее аурой назвать, накрывало собою не точку и даже не одну отдельную цель вроде человека, а целые тысячи квадратных кубометров!

К сожалению, хоть он и был вполне себе настоящим магом, причем магом очень даже сильным, маленького сказочного чуда не случилось. Вопли и выстрелы не утихли, а пораженные неизвестным воздействием пациенты и врачи не спешили приходить в себя или хотя бы снижать накал того агрессивного безумия, в котором они находились…Но, по крайней мере, Олег перестал чувствовать явственную опасность разгерметизации. И мысль о Святославе, который бы сунулся внутрь здания, больше не доставляло примерно такое же ощущение возможных проблем, как попытка играть в русскую рулетку сидя в центре зоны действия мощного стационарного негатора. Нет, так-то архимагистр должен был выдержать воздействие это непонятной дряни…Должен, но не обязан. Ещё несколько секунд назад имелись какие-то шансы на то, что ситуация переросла бы в натуральный кошмар и полноценную катастрофу, если бы маг-погодник подобной силы устроил буйство в центре Парижа. Да, он был обвешан лучшими защитными амулетами, которые они только смогли достать, да, большинство обычных болезней или отравляющих веществ просто не сумели бы попробовать на зуб его организм, который биологическим оставался главным образом в силу привычки…Но в подобном противостоянии бывший крестьянин имел бы шансы и проиграть, пусть и не слишком большие. Процентов пять-десять, но уж точно меньше пятнадцати…

— Не тот уровень, с которым англичане перед своим нападением от губернатора Владивостока избавились, но опасно близко к нему, раз даже архимагистра без специализированной защиты это безумие пронять могло бы, превратив в натуральный ходячий катаклизм. — Решил чародей, ломая стену изолятора. Та, конечно, была каменной и довольно толстой…Но все-таки раздвинуть её составляющие Олегу бы оказалось проще, чем выломать из пазов наглухо перегородившую официальнй вход металлическую плиту, покрытую грубоватыми но действенными рунами. — И что-то мне подсказывает — даже в Париже специалистов способных состряпать подобную дрянь очень и очень немного. Человек десять, а может и меньше. И глава гильдии зельеваров, конечно же, одна из них.

Внутри парочки комнат, предназначенных для самых буйных или же самых заразных больных было ожидаемо оживленно. И это даже несмотря на то, что напавшие на больницу бандиты, ну а кем ещё могли оказаться избитые до посинения типы, зафиксированные при помощи наручников и оков в максимально неудобных позах, все как один оказались мертвы. Зато караулившие их охранники числом в четыре человека и одного вервольфа веселились на полную катушку. Перешедший в боевую форму перевертыш, шерсть которого превратилась в грязную корку из-за покрывавшей её крови, хлынувшей из многократно простреленной груди, ворочался на полу и из последних