Его Сиятельство Вовчик. Часть 4 - Тимур Машуков

на свои руки и пытался понять — чувствую ли я внутри этого Анубиса? Или это просто очередной развод от золотого орла, который появился всего триста лет назад и уже возомнил себя главным? Ну да, я в него превращался, но ничего из того, что описывал Бакс, я не ощущал. Ну, было и было. Но прошло.

— Ну что, Вовчик? Запечатаем твою силу, которая может выйти из-под контроля? Ты по-прежнему останешься сильным магом и будешь быстро расти. Но боги не проснутся — без них этому миру будет проще, уж ты поверь.

— Поверить? — я грустно улыбнулся. — Нет. Ты корыстен и думаешь лишь о себе. И я не уверен, что будет лучше без богов. Более того, я не уверен, что боги могут проснуться. Да я ни в чем не уверен. И пока не пойму, где правда, а где ложь, ничего делать не стану.

— Достойно, — кивнул парень. — Пусть так и будет. А мы присмотрим за тобой.

— Но… — попытался возмутиться Бак, но мир уже опять мигнул, и я оказался дома, в своей постели, уже раздетый и под одеялом.

Я понял это намек, я все ловлю на лету — тело вдруг стало ватным, и я, протяжно зевнув, вырубился, забыв и про богов, и про Занозу, и про то, что, возможно, завтрашнее утро будет не таким веселым, как сегодняшнее…

Глава 25

Глава 25

Утро. Хорошо. И выспался, и настроение бодрое, и в руке приятно лежит грудь Софы… Стоп, Софы⁈

Продираю глаза и точно — лежит, прижавшись ко мне попкой, положив мою руку себе на грудь. И активно так прижавшись, что мой утренний стояк почти вошел в нее.

Нет, так-то я целиком за, но что она делает тут? Я ж думал, их до утра не выпустят.

— Ну, и чего ты ждешь? Давай по-быстрому — сонно завозилась она, прижимаясь еще сильней.

Я усмехнулся и вошёл. Медленно, плавно, чувствуя, как её тело принимает меня, раскрывается, обволакивает жаром.

Она застонала — глубоко, гортанно, вжимаясь в меня все сильнее, заставляя войти глубже, настолько, насколько это возможно.

— Да… вот так… — прошептала она, закрывая глаза. — Не останавливайся.

Я начал двигаться. Медленно — хоть Софа и просила быстрее, но я не мог. Не с ней. С ней хотелось растягивать каждую секунду, чувствовать, как она дышит, как её ресницы дрожат, как её губы приоткрываются в беззвучном крике.

— Ты специально меня мучаешь? — выдохнула она, открывая глаза и глядя на меня с притворной злостью. — Я же сказала — быстро!

— Я делаю так, как хочу, — ответил я, ускоряясь ровно настолько, чтобы она почувствовала разницу.

Она вскрикнула — коротко, звонко, и тут же прикусила ладонь, чтобы не разбудить всех вокруг. Её бёдра двигались мне навстречу, подхватывая ритм, и каждый мой толчок сопровождался её приглушённым стоном.

— Тише, — прошептал я, наклоняясь к её уху. — Разбудишь весь дом.

— А ты делай тише, — выдохнула она, и в её голосе слышалась усмешка. — Или я правда закричу.

Я задвигался быстрее, жёстче, и она перестала шутить. Её пальцы вцепились в простыни, она выгнулась дугой, запрокинула голову, и из её горла вырвался долгий, тягучий стон — негромкий, но такой откровенный, что у меня потемнело в глазах.

— Владимир… я сейчас… — прохрипела она, и я почувствовал, как её тело начинает дрожать.

— Давай, — прошептал я, ускоряясь ещё. — Давай, Софа. Со мной.

Она кончила с тихим, сдавленным всхлипом, и я почувствовал, как её мышцы сжимаются вокруг меня, пульсируют, держат так сильно, что больно. Она дрожала подо мной, царапала мне спину, и это зрелище — её лицо, искажённое наслаждением, её полуоткрытые губы, её глаза, закатившиеся от переизбытка ощущений — добило меня.

Я кончил следом, уткнувшись лицом в её плечо, чувствуя, как тело выгибается в последнем, самом сильном толчке. Мы замерли так на несколько секунд — тяжело дышащие, мокрые от пота, совершенно опустошённые и одновременно переполненные друг другом.

— Это было быстро? — спросил я, поднимая голову и глядя на неё.

— Нет, — выдохнула она с улыбкой. — Но было чертовски хорошо.

Она потянулась ко мне за поцелуем — ленивым, сладким, без той спешки, которая была минуту назад. Я целовал её, чувствуя, как наше дыхание смешивается, как её пальцы гладят мою щеку, как она улыбается в поцелуй.

— Нам правда пора, — прошептала она, отстраняясь.

— Знаю, — ответил я, но не двинулся.

— Владимир, — она толкнула меня в грудь. — Я серьёзно. Сегодня важный день — поедем подбирать тебе форму, а после в Военное министерство, где тебе присвоят воинское звание. Официально.

— Я думал, это произойдет только в академии. Я ж еще не поступил.

— Ты уже маг, и твое официальное зачисление — простая формальность. А звание тебе присвоено высочайшим указом императора. Ты пока сержант, но, думаю, после первого, максимум второго курса младшего офицера получишь. Держать героя империи в младших чинах никто не будет. Я думала, ты об этом знаешь.

— Откуда? Я никогда не интересовался всем этим, если честно.

— Вот и ладно.

Она выскользнула из-под меня, подхватила с пола сорочку и натянула её через голову.

— Вставай, ленивец.

Но я продолжал лежать и смотрел, как она поправляет волосы, и при этом её пальцы до сих пор слегка подрагивают, как на щеках горит румянец.

Софа поймала мой взгляд и улыбнулась — той улыбкой, от которой хотелось отменить все встречи, принести сюда завтрак и остаться с ней в этой постели до самого вечера.

— Что ты на меня так смотришь? — кокетливо спросила она, присаживаясь на край кровати.

— Любуюсь, — честно ответил я. — Ты красивая после секса. Растрёпанная, довольная, чуть наглая.

— Я всегда наглая, — фыркнула она, но улыбнулась ещё шире. — А теперь вставай. И приведи себя в порядок. Ты выглядишь так, будто тебя только что… — она запнулась, покраснела ещё сильнее.

— Будто меня только что…? — поддел я её.

— Молчи, — она бросила в меня подушку. — Иди лучше в душ.

Я поймал подушку и отбросил в сторону.

— Пошли вместе.

— Нельзя, — покачала она головой, но встала с кровати и направилась к двери в ванную. — Если мы пойдём вместе, мы оттуда не выйдем до обеда.

— И это плохо? — спросил я, поднимаясь и следуя за ней.

Она обернулась на пороге, положила ладонь мне на грудь, останавливая.

— Это прекрасно, — тихо сказала она. — Но не сейчас. Сегодня у нас куча дел. А вечером… вечером ты мой. Весь. Без отмазок про усталость и арену. Ты скоро уедешь, и я хочу взять с запасом.

— Договорились, — не стал