Мама, я получил золотой значок! Не ГТО, но тоже неплохо - Ник Вотчер

— Сиволапов, — я поморщился. — Просит о срочной встрече.

— Ого! — удивился Валера. — А я думал, что он ещё в командировке. Что-то случилось?

— Спроси что-нибудь полегче, — я провёл рукой по влажным волосам. — Написал сообщение, чтобы я срочно к нему пришёл. Не нравится мне всё это. Только помылся, хотел отдохнуть после закрытия Дэшки, а тут на меня уже пытаются свалить какие-то проблемы.

— Слушай, ну может он хочет поговорить с тобой о чём-то другом? — Валера подошёл к столу и взял яблоко. — У вас же вроде с ним какие-то общие дела? Или может какой-то мега интересный и сложный Разлом открылся, где нужны твои уникальные навыки?

— В любом случае, отказываться от встречи не вариант, — тяжело вздохнул я. — Если он меня вызывает, значит, на то есть причина. Ладно, пойду, выясню.

— Может, мне стоит с тобой сходить?

— Да не, — я покачал головой. — Это, скорее всего, приватный разговор. Ты лучше отдохни хорошенько. Нам с тобой ещё четыре Разлома закрывать.

— Спасифо, фто напомнил! — Валера откусил большой кусок яблока. — Если фто, я на свяфи.

— Прожуй сначала, — усмехнулся я в ответ.

Одевшись в свежую одежду, я покинул квартиру и направился в кабинет главы Гильдии. В приёмной Алёна Павловна, та самая, что была копией моей бывшей музейной начальницы и её полной тёзкой, встретила меня с непроницаемым лицом. Она больше не пыталась мне напакостить, после моего последнего визита и жёсткого разговора с Егором Алексеевичем. Но и симпатии она ко мне не испытывала. Злопамятная женщина. И ведь сама виновата в наших напряжённых отношениях.

— Бонжур! — поздоровался я с радостной улыбкой, чтобы её немного позлить.

Ведь, как известно, ничто не бесит так, как хорошее настроение другого человека. Особенно, если это твой нелюбимый коллега.

— Проходите. Анатолий Иванович вас уже ждёт, — сухо произнесла она, даже не подняв на меня глаз.

Я зашёл в кабинет. Сиволапов сидел за своим массивным столом из тёмного дуба, и выглядел он… уставшим. Под глазами залегли тени, лицо казалось бледнее обычного, и это несмотря на загар, а рука, сжимающая перьевую ручку, слегка подрагивала. Но взгляд его был по-прежнему цепким и внимательным.

— Здрасти, Анатолий Иваныч.

— Здравствуй, Коля! Проходи, присаживайся. Спасибо, что пришёл так быстро.

Я сел на стул напротив и вопросительно на него уставился.

— Вы написали, что срочно. Что случилось?

Сиволапов отложил ручку и посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Несколько секунд в кабинете царила полная тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем напольных часов. Я чувствовал, что он оценивает меня, взвешивает, прежде чем сказать то, что собирался.

— Коля, — наконец произнёс он, и его голос звучал неожиданно тихо и серьёзно, без обычной властной нотки. — Я в курсе про твой Осколок.

Внутри меня всё сжалось в тугой ком. Сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. Я постарался не выдать себя ни единым жестом, ни единой эмоцией. Моё лицо осталось непроницаемым, хотя внутри бушевал ураган.

— Не понимаю, о чём вы, — начал было я, но Сиволапов прервал меня, подняв руку.

— Не надо, — мягко сказал он. — Я не для того тебя вызвал, чтобы устраивать допрос с пристрастием. Я знаю, что у тебя есть Личный Осколок Мира. Я в курсе, что он у тебя довольно давно, и, зная тебя, ты наверняка выстроил там уже целую инфраструктуру, — он с лёгкой усмешкой посмотрел на меня.

Я похолодел. Откуда? Неужели Егор всё-таки решил меня слить? Если это так, то я его потоплю, чего бы мне это ни стоило.

— Не надо так напрягаться, Коля, — Сиволапов откинулся на спинку кресла, и в его глазах блеснула насмешка. — Я не собираюсь тебя шантажировать или отбирать твоё добро.

— Нет? — с сомнением спросил я.

— Нет. Я не для того вызвал тебя сюда. Напротив, я хочу сказать тебе, что у меня нет никаких претензий к тебе и к твоим… скажем так, нестандартным активам.

— И зачем вы мне это тогда говорите? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Затем, что в наше время информация — это самое ценное, что у нас есть. Но она имеет свойство протухать. Так уже сложились обстоятельства, что мне нужны союзники, которым я могу доверять, а не враги, которых я должен бояться. Последних почему-то всегда больше. Парадокс, да? Ты показал себя как надёжный и разумный человек, Коля. Ты не пытаешься урвать кусок побольше, когда можешь это сделать. Ты не строишь свою карьеру за счёт других Игроков. Не лезешь вверх по рейтингу по трупам других Игроков. Ты делаешь своё дело, и делаешь его хорошо. Я это уважаю. Сам отчасти такой же. Я не хочу с тобой ссориться. Я хочу договориться.

— О чём? — напрямик спросил я, поняв, что мы, наконец, подходим к сути.

Сиволапов улыбнулся.

— О развитии нашего взаимовыгодного сотрудничества, конечно же. Ты же в курсе, что я уезжал в командировку. Знаешь, зачем?

— Слышал, что вы воевали на стороне правительства.

— Именно. Надеялся заработать побольше баллов для старта в большую политику.

— Ну, не мне вас судить. Получилось хоть?

— Не совсем так, как мне хотелось бы. Но внимание к себе я привлёк, это точно, — Сиволапов неожиданно грустно ухмыльнулся. — Я ещё и поэтому пришёл к тебе с кое-каким деловым предложением.

— Я вас слушаю, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри меня распирало от любопытства и осторожности.

— Я предлагаю выкупить у тебя стелу, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — За пятьсот сфер.

Я на секунду потерял дар речи. Пятьсот сфер? Это была целая куча кредитов. Огромная сумма для любого Игрока.

— Это которая антиагр? — на всякий случай уточнил я.

— Да.

— Зачем вам это, Анатолий Иванович? Я понимаю, что вы — глава Гильдии, и у вас нет недостатка в ресурсах. В чём подвох? Не хотите делиться?

Сиволапов вздохнул и медленно провёл рукой по лицу, словно разгоняя усталость.

— Подвох в том, Коля, что ситуация меняется. Власти начали активно интересоваться Игроками, которые имеют доступ к уникальным системным артефактам. На меня, как на главу Гильдии, уже оказывают сильное давление. Несколько очень влиятельных «заинтересованных лиц» пытаются меня сместить, обвиняя в том, что я систематически превышал и превышаю свои полномочия и, что вообще не в какие разумные рамки не лезет, угрожаю национальной безопасности!

Чего? Он же сейчас так шутит. Ведь шутит же?

— Самое смешное, у них есть определённые рычаги, на которые они могут надавить, чтобы просто взять, и заменить меня. До недавнего времени я был в относительной безопасности, потому что находился