Мама, я получил золотой значок! Не ГТО, но тоже неплохо - Ник Вотчер

на передовой, закрывал многочисленные Разломы, одним словом, приносил пользу. Но теперь, когда я вроде как вернулся, под меня начали активно копать. Они хотят повесить на меня военные преступления. Участие в незаконных боевых действиях, превышение полномочий, несанкционированное применение силы. И, если они добьются своего, меня могут посадить в тюрьму для Игроков. На Северный остров. Слышал про такую? Это на севере, в Архангельской области.

— Слышал, — я почувствовал, как после его слов по спине пробегает холодок.

Я знал про эту тюрьму. Слухи о подобных местах ходили уже давно. Это были специальные изоляторы, где у Игроков блокировали все навыки, превращая их в обычных людей. Попасть туда означало почти гарантированную смерть.

— А при чём тут тогда продаже стелы? — спросил я, чувствуя, как разговор принимает неожиданный поворот.

— Вы с Вороном, Валерой и Ирой меня тогда сильно выручили, — он посмотрел на меня холодными глазами. — Не хочу оставлять долги, если что-то вдруг пойдёт не так. И потом, мне нужен надёжный человек внутри системы, который сможет меня прикрыть, если всё пойдёт по одному месту.

— Я-то тогда тут при чём? Это Вам надо был ос Ирой разговаривать. Она же в Москве пытается двигаться.

— Ира хорошая девочка. Умная, красивая и сильная. Но при всей своей твёрдости, её несложно сломать, если взяться всерьёз. Вы же вроде встречаетесь? — мой «босс» неожиданно сменил тему.

— Да. А что?

— Вот скажи мне, Николай. Ты бы хотел, чтобы у твоей девушки были проблемы?

— Вы мне угрожаете? — я нахмурился, не понимая, как наш разговор опять свернул куда-то не туда.

— Да Бог с тобой! — отмахнулся Сиволапов. — Я объясняю тебе текущую обстановку. Если за меня возьмутся всерьёз, то и её могут потянуть следом, если я в открытую её поддержу.

— Она и так Ваш человек, и все об этом знаю. О том, что именно Вы её протолкнули, после той ситуации с Разломом.

— Ха! Так думают только идиоты, — он радостно хлопнул ладонью по столу. — Без обид, Коль. Но ты явно не особо хорошо разбираешься в происходящем там, — он указал пальцем в потолок. — Я более, чем уверен, что те, кому надо, полагают, что я её сослал в Москву подальше от себя, чтобы она не мозолила мне глаза, не пыталась перехватить управление Гильдией и ещё десятки других «чтобы».

— Звучит, как бред, — помотал я головой.

— Ты не переживай, Ирочке я тоже отправил сообщение. Точнее, инструкцию, как её будет нужно себя вести. Так что не удивляйся, если после моего ареста твоя подружка выступит с резкой критикой и осуждением меня.

— Мне не нравится, что Вы её втягиваете в свои игры, — с угрозой в голосе произнёс я.

— Я стараюсь её защитить, наивный ты дурак! — неожиданно разозлился Сиволапов. — А тебе я это всё говорю, чтобы ты не вздумал портить ей игру.

— Игру? — недобро усмехнулся я.

— Жизнь! — Анатолий Иванович с силой хлопнул по столу. — Она же, дурочка молодая, влюбилась в тебя! И, если ты осудишь её за то, что она будет поливать меня грязью, и отдалишься от неё, то ей придётся выбирать между долгом и этой вашей любовью.

— Ну уж простите, что я усложнил Вам вашу «игру», — с сарказмом произнёс я.

— Коль, — Иваныч устало потёр глаза. — Ты вроде умный парень. Правильный. Просто поверь мне и пообещай, что не будешь портить Ире жизнь.

— Это Вы так завуалированно просите меня бросить её?

— Нет, это я тебе прямым текстом прошу не осуждать её, когда она начнёт меня поносить! — с раздражением рявкнул Сиволапов. — Ты чем вообще слушаешь, жопой что ли?

— Ну… знаете! — я встал со стула, не намереваясь выслушивать его оскорбления в свой адрес.

— Сядь! Пожалуйста!

Он замолчал, давая себе и мне время, чтобы слега остыть.

— Возвращаясь к нашему разговору о ТВОЕЙ дальнейшей судьбе. Я предлагаю тебе не просто продажу артефакта, Коля, который после смены власти куда-нибудь увезут, и никто тебе не станет больше платить твою долю, так как договор был между нами. Я предлагаю тебе также должность. Допустим, заместителя главы по Разведывательной Деятельности и Анализу Разломов. Официальная должность, с хорошим окладом, доступом к закрытым данным, возможностью влиять на принятие решений внутри Гильдии, свободу действий, почти полное отсутствие начальства.

Сказать, что Сиволапов снова смог меня удивить, значит не сказать ничего. Он просто ошарашил меня своим щедрым предложением.

— Самое главное, эта должность даст тебе иммунитет к некоторым неприятным протоколам, которые действуют по отношению к основной массе Игроков. Ты станешь моей тенью и моей опорой. И, заодно, сможешь продолжать развивать свой Осколок, используя ресурсы Гильдии.

Я смотрел на него, чувствуя, как внутри меня медленно разгорается пожар. Предложение было невероятным по своей щедрости, но в нём по-любому было много подводных камней, которые я пока не видел.

Всё, о чём я мог мечтать — безопасность, доступ к ресурсам, официальный статус. Всё это лежало на блюдечке с голубой каёмочкой. Но, я чувствовал, что это ловушка. И первое, что приходит на ум, что большинство сразу же решит, что я марионетка Сиволапова Ну, или, как минимум его человек. Таким образом, я могу оказаться втянутым в его конфликты.

Я не стал молчать и озвучил свои мысли.

— И что? — задал он мне неожиданный вопрос, даже не пытаясь развеять мои сомнения. — Ну, будут тебя считать моим ставленником. Будет к тебе больше внимания. Тебе ли этого бояться, с твоим-то доступом к Осколку в любое время дня и ночи? Вдобавок, так ты сможешь отвести лишнее внимание от Иры, переключив фокус внимания на себя. Из вас получится забавная биполярная парочка, — Сиволапов внезапно нервно рассмеялся.

— Не вижу ничего смешного. И что я должен делать взамен? — прямо спросил я.

— То же, что и раньше, — ответил пока ещё мой начальник. — Развивать Гильдию. Помогать закрывать Разломы. Но теперь у тебя будет официальный статус и полный карт-бланш, выданный мною. Мне нужно, чтобы ты согласился, Коля. Другого выхода хоть как-то напакостить им напоследок у меня нет. А у тебя есть выбор. Ты можешь отказаться, и продолжить жить, как и раньше. Но, когда про твой Осколок всё же узнают, за тобой начнётся охота. Или ты можешь согласиться, и тогда, чтобы инициировать проверку, по отношению к тебе, им придётся столько говна сначала съесть, что никакого шоколада не хватит, чтобы перекрыть мерзкий вкус.

В его голосе прозвучала скрытая угроза. Хотя, скорее, не угроза, а предупреждение. Он давал мне понять, что мы теперь в одной лодке. И у нас есть общий враг.

— Не самая аппетитная аналогия. Но