"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

— Как дела у Натана в столице и нет ли каких вестей от моего воспитанника?

При упоминании о Ранкаре лицо Манниссы выразило целую гамму эмоций, и та с надеждой воззрилась на Алесу.

— У Натана всё в порядке. Он исправно шлёт отчеты, а насчет вашего воспитанника, увы, нет никаких вестей, — покачала отрицательно Оррул, а затем та позволила себе слабую улыбку. — Но вы же знаете Ранкара. Наследит, обозлит знать, а затем поминаний как звали. Более взбалмошного юношу я не видывала. Вы сами в курсе, что вельможи и аристократы до сих пор судачат о том, что случилось в Ианмите. Он произвёл на многих неизгладимое впечатление.

— Тут ты права, — тихо рассмеялся Хаззак.

Вот только радостный смех Изувера резко оборвался, беседы в кабинете тотчас утихли, и вся троица с неким напряжением взглянула на мерцающий шестиугольный артефакт связи, что стоял на краю стола.

— Нисса, в сторону, — бросил дочери мужчина и взмахом ладони активировал артефакт связи, не забыв при этом уважительно поклонится вспыхнувшей перед глазами проекции. — Моё почтение, владыка.

— Здравствуй, Дэймон, — откликнулся с загадочной улыбкой Данакт. — Рад видеть тебя в добром здравии. Вижу, молва врёт на счет твоего состояния. Оно и к лучшем.

— Вы правы, владыка. Всего-навсего досужие сплетни и козни врагов, — моментально солгал Хаззак.

— Приятно подобное слышать, — добродушно отозвался Дракон Ксанта, а затем как бы невзначай отошел сделал шаг в сторону и тем самым продемонстрировал своего гостя в лице Несокрушимого Бастиона. — Тут ко мне прибыли с визитом и желают видеть тебя.

— Моё почтение, владыка Хаймон, — поприветствовал полубога

— Здравствуй, Дэймон, — с неким напряжением проговорил Аванон глядя точно в глаза Хаззака. — Мой друг, я сейчас нахожусь в Андаре. Ты не мог бы прибыть сюда в срочном порядке. У меня имеется разговор с глазу на глаз. Данакт решил пойти мне навстречу и для твоего перемещения откроют окно над небом твердыни Ксанта.

Сердце деспота внезапно пробило учащенный такт, ведь подобные «окна» делают лишь в крайних случаях.

— Могу ли я поинтересоваться о чем пойдет речь, владыка Хаймон?

— Не о чем, а о ком, — после затянувшейся паузы, угрюмо пробасил полубог, а в его глазах вспыхнули искры гнева и волнения. — Речь пойдет о моём непутёвом сыне и твоём воспитаннике. Нашлись мне тоже тут, охотнички сраные!

— Отбываю в Андар, владыка, — кивнул утвердительно Дэймон, но в глубине душе у мужчины внезапно что-то ухнуло. — Отбываю немедленно.

Связь мгновенно оборвалась и с хмурым видом Хаззак вначале посмотрел на взволнованную дочь, а после на безопасницу, которая развела руки в стороны.

— Говорила же вам, мой лорд. Ранкар производит на всех неизгладимое впечатление. Скорее всего, вновь ввязался в какую-нибудь авантюру…

* * *

Фронтир. Внешние земли.

На подступах к запретным территориям дома Август.

Вблизи опорного лагеря.

Сутки спустя…

— СТОЯТЬ!!! — вдруг раздался над протоптанным трактом яростный рык. — ДАЛЕЕ ПРОХОД ЗАПРЩЕН! ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ ОБРАТНО, ОХОТНИКИ!

— Мы не охотники, а просто путники, — спокойно отозвался я, глядя на крону дерева, из которой и доносился рёв служивого, а также между делом сбрасывая с голову капюшон плаща. — Путники, которые прибыли сюда по дозволению владыки великого дома Ксант. Моё имя…

Вот только представления были излишними, потому друг за другом прямо на пути материализовалось более десятка воителей в черно-бирюзовых доспехах, а такие цвета твердят о дома Август. Но не это удивило. Удивило малость то, что те преклонили своё правое колено перед Дублем.

— Приветствуем, юного лорда.

Ну вот. Так и думал, что Эйсон пригодится…

Доброй ночи, уважаемые читатели.

Представляю вашему вниманию ту самую Незнакомку.

Ну а это крошка Грация…

Глава 16

Козни и потрясения…

Аххеский пантеон.

Андар. Твердыня великого дома Ксант.

Чуть больше суток назад.

Поздняя ночь…

Вечер не предвещал беды. Напротив, тот казался старшему сыну великого дома Ксант чудесным. Стоя на балконе, он не только вкушал прелестнейшее вино, но и наблюдал за ночными огнями Андара, и с каждой секундой улыбка на губах Бальтазара расцветала вопреки всем невзгодам.

— Начало падение сучки начнется сегодня! — прошептал ледяным тоном мужчина, проводя пальцем по кромке бокала и воссоздавая хрустальный звон. — Я долго ждал. Очень долго.

Одно лишь смущало — ублюдок уже должен был быть устранён, но Лиама не шибко торопилось с отчетом. Однако он потерпит. Терпел долгие годы и лишние полчаса-час не станут препятствием. Трон Ксанта будет принадлежать именно ему.

— Он мой! — выдохнул грозно голубокровный. — Мой по праву…

Миновало полчаса, час, далее все два, а затем и три. Физиономия Бальтазара становилась более угрюмой, а напряжение в душе продолжало расти вместе с истекающим временем. Взгляд мужчины то и дело смещался в сторону связующего артефакта, что находился на краю стола, однако Лиама по-прежнему не спешила. Отчета не последовало.

— Что за…

Когда изо рта мужчины вот-вот должна была вырваться отборная брань, артефакт связи слабо замерцал и завибрировал, а из глотки аристократа внезапно вырвался облеченный вздох.

— Наконец-то!

Он предвкушал и радовался. Радовался как никогда раньше. Присев на край стола, мужчина еще несколько секунд оттягивал судьбоносное мгновение, глядя на беснующийся артефакт, но затем с широкой улыбкой на лице лениво взмахнул рукой и с небольшой заминкой перед ним материализовалось лицо нимфы гор.

— Ты не слишком торопилась, Лиама. Благодари Небеса, что я сегодня…

От увиденной жуткой проекции слова голубокровного застряли в глотке, глаза расширились и тот от неожиданности резко отшатнулся прочь. Он не мог поверить в то, что видел перед собой. На миг ему вообще померещилось, что перед ним какая-то изувеченная нежить, но присмотревшись к лицу внимательнее, он с ужасом осознал, что это Лиама. Её черты. Знаменитая Лиама Креамх, которая славилась не только своей жестокостью, но и безупречной красотой.

Внутри у Бальтазара всё ухнуло куда-то вниз и тот свирепо прошипел.

— Что стряслось, Лиама?

За спиной некогда прекрасной женщины виднелись очертания кабинета, и та восседала на кресле, но её тело и смертельно бледное безобразное лицо содрогались в мучительных спазмах, а кто-то за пределами проекции продолжал поддерживать нимфу, чтобы та случайно не упала.

— Поначалу… всё шло… как мы