"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

тяжелые воспоминания, я посвятил все свое время ей. Кульминацией дневной прогулки стало вечернее посещение оперы, где несравненная дива Мария де Баланре исполняла партию Элариды в «Легендах осенних грез» маэстро Пиколини.

Под конец выступления Бельмере насквозь пропитала своими слезами платок, а когда овации стихли, бросилась целовать меня, повторяя, как же прекрасно это было. Пользуясь привилегиями «друзей Великого Дознавателя», мы прошли за кулисы, где моя жена лично смогла выразить диве свое восхищение – два букета рубиновых роз были заготовлены мною заранее. Всю дорогу домой взволнованная Бель только и говорила о концерте, радость переполняла ее естество.

Возможно, было бы лучше завершить день на супружеском ложе, но нет, мы слишком устали. Заснули вместе, в кабинете, сидя в одном кресле у телескопа. Я хотел показать Бели знаменитый феномен со вспыхивающими цветными звездами, но, увы, нам не повезло в ту ночь.

Двадцать первый день от начала расследования

Мавертанский вокзал был велик и не лишен красоты. Громадный купол из металла и стекла нависал над двумя десятками перронов, а также бесчисленными ларьками, магазинами и кафетериями. Дышавшие паром черви железнодорожных составов вползали под него, втаскивая вагоны; несметные орды пассажиров прибывали и отбывали, свистели свистки вокзальных смотрителей и самих локусов, гул не стихал ни на мгновение, в вышине под самым куполом гигантский четырехсторонний часовой механизм бесстрастно отсчитывал время.

– «Упрямый Эмиль» прибывает через десять минут, хозяин.

– Я слышал объявление, Себастина.

От газеты пахло типографской краской, на столике дымилась чашечка кофе, молодая мать по соседству пыталась стереть с лица своего ноющего карапуза следы шоколада, а десятки агентов рассредоточились по вокзалу и следили за всем и вся. Цветочница, уборщик, продавец сластей, обеспечивший моей соседке столько проблем, а еще уйма псевдопассажиров – все они ждали вместе со мной, каждый знал свой маневр и порядок действий на сотню различных случаев.

Десять минут до начала операции пролетели как миг.

Шипя и порыкивая, громада «Упрямого Эмиля» вползла под купол и остановилась в клубах пара. Он был велик, этот локус, велик и могуч, но, как и все винтеррейкские механизмы, не имел внутри себя души. Мескийцы давали локусам имена, ибо считали, что одушевленное должно иметь имя, а вот винтеррейкцы переняли эту традицию исключительно подражательства ради.

Оставив чаевые, я покинул кафе и двинулся в сторону восьмого перрона, где собралось немало встречавших, а по опущенным проводниками лестницам уже спускались пассажиры. Нам до сих пор не было известно, как выглядит заложник и его сопровождающие, увы, наш подозрительный информатор не удосужился об этом сообщить. Пришлось отправить нескольких агентов скорым локусом Арадон – Кэйзарборг, чтобы они смогли сесть на «Упрямого Эмиля» за несколько остановок до Арадона и собрать разведданные.

– Ты видишь ее?

– Нет, хозяин.

– Столько народу, боюсь, пропустим. А, нет, вон и она.

Легкими шажками на перрон спустилась женщина в красном платье и черной шляпке с украшением из павлиньих перьев, такую трудно было пропустить. Мужчины оборачивались вслед миниатюрной атлетичной красавице людского вида, вокруг нее быстро образовывалось почтительное свободное пространство, а над толпой приподнималось яркое пурпурное облако похоти.

Проходя мимо рослого мужчины в коричневом костюме, она с тонким вскриком подвернула ногу, и тот ловко подхватил роковую женщину, за что был поощрен благодарным щебетом и ласковым прикосновением к щеке.

– Ты видишь их, Себастина?

– Вижу, хозяин. Мужчина в коричневом костюме, женщина с голубым зонтиком и девочка-подросток с куклой.

– Отыгрывают роль семьи. – Пришлось приложить усилия, чтобы вычленить их эмоции из моря других. – Наша цель – девочка. Остальных захватим по возможности, а если таковой не представится, пустим в расход.

Операции был дан старт в тот момент, когда я крутанул трость меж пальцев.

Разумеется, брать их в здании вокзала было невозможно, такая халатность грозила большой кровью и грандиозным скандалом. Обилие нагнанных агентов требовалось для того, чтобы ни в коем случае не упустить добычу, а также для выявления агентов вражеской стороны. Пока поддельная семья двигалась к выходу, в многоголовой толпе было замечено около десятка подозрительных личностей, следивших за нашей целью. Пользуясь численным преимуществом, мои агенты незаметно выхватывали их по одному то там, то тут. Вражеские соглядатаи.

Покинув здание вокзала, наша троица двинулась к рядам экипажей и паровых такси. Первых трех извозчиков «отец» проигнорировал, посадив «семью» в четвертую карету. Осмотрительно, но он мог бы пропустить хоть десятерых, и все равно кучером или шофером оказался бы агент Имперры. А вообще-то я удивился тому, что эта хитрость сработала. Мне казалось, что винтеррейкцы – если считать правдой все, что было написано в послании, – могли бы прислать за заложником свой собственный транспорт.

К нам подъехал экипаж, управляемый Адольфом Дорэ.

– Держи дистанцию.

– Ясное дело, шеф, не беспокойтесь! Ишь ты! А ведь утро выдалось ясным!

Я посмотрел на стремительно темневшее небо и вынужден был согласиться:

– Когда живешь у моря, можно ждать чего угодно. Трогай!

На одном из перекрестков экипаж с заложником встал, ожидая разрешения постового, и к извозчику, буквально взлетев на ко́злы, подскочил беспризорник с пачкой газет под мышкой. Агент обругал его последними словами и замахнулся бичом, отчего мальчишку как ветром сдуло. При этом он успел получить клочок бумаги с местом назначения, а через минуту этот же мальчишка подскочил и к моему экипажу.

– Гостиница «Реварис-Эсторли», митан.

– Молодец. Передай группе захвата, что изъятие цели нужно произвести, не доезжая до места, скажем, на бульваре Синих чаек.

– Будет исполнено, митан! – звонко ответил мальчишка и добавил уже тише: – Hiell Imperador.

– Alle hiell Imperium.

Он отскочил от экипажа и помчался по улице, громко предлагая всем желающим купить газетный листок. Уже совсем скоро грузовые стимеры с вооруженными агентами «Серпа» ринутся на бульвар Синих чаек, чтобы подготовить там засаду. К ним заранее были приставлены керубимы, способные обеспечить свободный проезд по кратчайшему маршруту, так что не опоздают.

– Все спокойно, Адольф? – спросил я, предварительно постучав тростью в крышу.

– Так точно, шеф, не извольте беспокоиться!

– Доложи, если что-то пойдет не так.

Я сказал это на всякий случай, просто потому что знал – и в более подготовленных и обдуманных операциях порой все шло наперекосяк, а уж если на планирование давался всего день… Предчувствие не обмануло, увы.

Когда до места перехвата оставалось проехать всего один квартал, Адольф громко вскрикнул и разразился отборной солдатской бранью. Я заметил сквозь окно, как,