Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

прилавок с навесными плетениями, украшенными разноцветными перьями и бусинками. Чем-то это штука походила на ловец снов, и мне захотелось его приобрести, чтобы Льюис ночами спал спокойно и ничто не тревожило его.

Выбрав самый красивый ловец, мы отправились ловить экипаж.

Время уже было вечернее и следовало поторопиться с возвращением в поместье, которое теперь охранялось.

Мы направились к воротам рынка, но тут моего слуха коснулся скулеж, доносящийся из едва приметного переулка.

– Что такое? – нахмурилась я, вздрагивая от очередного жалобного, просящего о помощи воя.

– Госпожа, нам лучше уйти, – внезапно послышался голос Ронэнса, который до этого сохранял молчание.

И вновь скулеж, разрывающий сердце…

– Что происходит?! – резко обернулась я к парню, чуть старше моего возраста.

– Лови его! Лови! – орал кто-то взволнованно из того самого переулка.

– Твою же мать! Криворукий! По башке его! По башке бей!

Не вынося происходящего, я, забывая о покупках, рванула на голос, гонимая оглушающим сердцебиением собственного сердца.

– Госпожа! – бежал за мной Ронэнс. – Прошу вас! Не ходите туда, госпожа! Там… опасно!

И снова скулеж… Кто-то бил животное: безжалостно и жестоко.

– Госпожа! – звал меня Ронэнс. – Умоляю, госпожа! Там зрелище не для дам!

Рванув вперед, он обогнул меня, преграждая дорогу.

– Отойди! – рыкнула я ему, вздрагивая от собачьего крика о помощи, над которой зверски издевались.

– Молю! Выслушайте! – поджал губы парень, мотнув головой. – Торос сегодня проиграл десятый бой! А это значит, что его жизни пришел конец!

– Что ты несешь?! – зарычала я, тяжело дыша от шума возни и мужских криков, намеревающихся загнать в угол животное и, как стало понятно, лишить его жизни.

– Таковы правила! – взволнованно говорил парень. – Псу не жить… Госпожа! – кинулся за мной Ронэнс, когда я решительным шагом обогнула его, бегом устремляясь на брань и рычание собаки, которая жила, пока была кому-то нужна.

Подхватив низ пышной юбки, я прибавила скорости, влетая стрелой в тот самый переулок и замирая от увиденного...

32. Тебя больше никто не тронет, парень!

Ролана

Огромных размеров собака, черная длинная шерсть которой сияла в лучах вечернего солнца, вжималась в каменную стену, агрессивно скаля зубы. Ее передняя лапа была поджата. Судя по всему, по ней уже успели попасть камнем, которых рядом с животным было накидано предостаточно. Трое мужчин швыряли булыжниками в пса, удерживая в руках дубины, как я поняла, на всякий случай, если он решит напасть, защищая себя.

Недалеко от них топтались люди, шурша какими-то листами и передавая пухлой женщине монеты.

– Ставки? – ахнула я, поражаясь увиденному до глубины души. – Они делают ставки?!

– На то, сколько Торос продержится. Так всегда было, – произнес с печалью в голосе стоявший рядом Ронэнс. – Увы, но жизнь пса подошла к концу.

«Господи… – прошептала я мысленно, не вынося ярко-синего взгляда собаки, в котором читалась безысходная печаль. Животное понимало, что его ждет. И еще оно понимало, что против такой толпы у него нет ни шанса. – Что за мир такой… Разве так можно? Откуда в вас эта кровожадность?! Для вас мучить животное развлечение?!»

– Сдохни уже! – кричал какой-то долговязый мужчина с несуразной кепкой на голове. – Иначе я потеряю деньги!

– Давай! – тут же загорланил второй. – Терпи! Мне нужен этот выигрыш!

– Не тяните время! – грудным голосом проорала та самая баба, собирающая монеты. – Не по правилам это!

Один из троицы нападавших поднял с земли увесистый камень, который лежал у его ног, и запустил им в животное…

В этот момент для меня все происходило как в замедленной съемке. Вот булыжник летит по заданной для него траектории и попадает собаке по голове… Сердце болезненно сжалось, когда пес жалобно заскулил.

Мне не хватало воздуха, я задыхалась, а еще не понимала, как люди могут спокойно стоять и смотреть на то, как на их глазах забивают животное?!

И вновь один из мужчин подхватил камень с земли, только теперь его размер был куда больше, замахиваясь…

– Прекратите! – зарычала я, выскакивая перед ним, тем самым встав между нападавшими и пострадавшей собакой, взгляд которой рвал мое сердце на части. – Хватит, я сказала! – гаркнула, что было сил, раскинув руки в разные стороны и закрывая собой пса.

Все присутствовавшие притихли, смотря на меня округлившимися глазами, в которых читалось многое.

– Аристократка…

По округе поползли вполне ожидаемые шепотки.

– Откуда она здесь…

– В такой-то час…

– А это не та ли самая, которая вчера была с наследником герцога?

– Точно! Она!

– Говорят, она с ним на одном коне скакала…

– Ах, неужели невеста?!

– Отойдите от животного! – рычала я, тяжело дыша и пропуская мимо ушей их пустопорожний треп. За спиной, за которой и находился Торос, послышалось угрожающее рычание. – Спокойно, парень, – посмотрела я на него, встречаясь с ярко-синим взглядом. – Давай без глупостей! Я на твоей стороне!

– Госпожа, – склонил голову один из мужчин, спрятав дубину за спину. – Мы не нарушаем правил…

– То есть убийство, которое вы намерены совершить, не является нарушением правил?! – меня трясло от злости.

«Что за люди? Разве так можно?! Он же живой! ЖИВОЙ!»

– Веди себя хорошо и не вздумай кусаться, – вновь посмотрела я на зорко наблюдающего за мной пса, прижимающего к телу поврежденную лапу. Мысленно посылала ему волны дружелюбия и обещание того, что не дам его в обиду. – В сторону! – устремила свое внимание на притихших людей, явно считающих меня ненормальной.

«Плевать! То же самое могу сказать про вас!»

– Но… – топтался на месте один из троицы, не желая выпускать булыжник из рук.

– Я сказала, в сторону! – повысила голос, тем самым оттесняя нападавших на животное. – Чей это пес?!

Люди притихли, не спеша давать ответы.

– То есть ничей? – вскинула я брови, обводя мужчин и женщин зорким взглядом. – Хорошо! Если он ничей, значит, я заберу его себе!

Отовсюду послышались шепотки, люди были явно в шоке от услышанного.

– Госпожа, при всем моем уважении, – склонил голову мужчина из толпы, – этот убийца не подходит на роль зверушки для знатной барышни.

Слуха коснулся чей-то смешок, приведший меня в ярость.

– А давайте я сама буду решать, что мне подходит,