Пришествие ночи 1-6 - Питер Гамильтон

— Черт, Квинн, ты видел это?

— Брат Божий дал мне множество даров, но телепатия к ним не относится.

— Здесь описана процедура проверки. Нам придется пройти ее после посадки. Служба безопасности Терцентрала желает убедиться, что на борту корабля нет одержимых.

— Забудь об этом.

— Квинн!

— Я надеюсь — я очень надеюсь, — что ты не будешь подвергать мои решения сомнению.

— О, черт! Конечно, Квинн. Ты босс, тебе и карты в руки.

Он старался держать себя в руках.

— Рад слышать это, Двайер.

Бразильская орбитальная башня вырастала из самого сердца Южной Америки и простиралась на пятьдесят пять тысяч километров в космос. При подлете «Дельты горы» она находилась в тени Земли и была невидима для визуальных сенсоров. Однако на других диапазонах волн — и особенно в магнитном спектре — она сияла, как небесная драгоценность, — немыслимо длинная и тонкая золотая нить, по которой с огромной скоростью проносились вверх и вниз алые точки.

Башня крепилась к двум астероидам. Супра-Бразилия служила якорем. Она располагалась на геостационарной орбите — в тридцати шести тысячах километрах над поверхностью Земли. Из этой космической глыбы добывали углерод и кремний, пошедшие на постройку башни. Второй астероид был прицеплен к вершине и действовал как противовес, обеспечивая стабильность «якоря» и уменьшая опасные гармонические вибрации, которые создавались в башне из-за движения подъемных капсул.

Поскольку Супра-Бразилия была единственной частью башни, которая на самом деле находилась на орбите, то корабли причаливали именно к ней. В отличие от всех других обитаемых астероидов, этот не вращался, и здесь не было внутренних биосферных каверн. Через центр скалы проходила башня. Основная структура имела в диаметре триста метров и представляла собой черный цилиндр. Нижние сегменты, протянувшиеся к Земле, состояли из двадцати пяти магнитных монорельсов. По ним сновали капсулы лифтов, перевозившие до десяти тысяч пассажиров и сотен тысяч тонн груза в день. Верхний сегмент тянулся к противовесу и содержал лишь один монорельс, который использовался раз в месяц для доставки инспекторов и рабочих механоидов к служебным платформам башни.

Поверхность астероида была усеяна причальными доками и прочим стандартным оборудованием космопортов. После трехсот восьмидесяти шести лет непрерывной эксплуатации и постоянного увеличения нагрузки на башню на Супра-Бразилии не осталось ни одного свободного квадратного метра.

Даже при карантине, введенном Конфедерацией, космопорт ежедневно принимал свыше шести тысяч кораблей, большинство которых прилетало с Ореола. Все они приближались к якорю с передней по ходу орбитального движения стороны, образуя ниспадающий с более высоких орбит сплошной поток разнотипных судов. От бортовых огней и вспомогательных двигателей исходили мигающие потоки света. Тот поток распадался на множество эшелонов, проходивших в километре над поверхностью и тянувшихся до самых доков. Улетавшие корабли, поднимаясь на назначенные им стартовые орбиты, образовывали такую же сияющую спираль.

«Дельта горы» вышла на предписанную трассу и, обогнув цилиндр башни, направилась к впадине, образованной заправочными баками, теплообменниками и пирамидами терморадиаторов, которые в три раза превосходили по размерам свои египетские оригиналы. Когда стыковочная колыбель опустила корабль на дно дока, по периметру стоянки зажглось ожерелье прожекторов, освещавших каждый сантиметр корпуса. В нишах стен появились фигуры в черных скафандрах. Это были охранники, готовые задержать любого человека, который попытался бы покинуть корабль нелегальным образом.

— Что теперь? — спросил Квинн.

— Служба безопасности потребует беспрепятственного доступа к бортовому компьютеру. Их специалисты проведут проверку и убедятся в отсутствии нелегально перевозимых предметов и людей. Одновременно они осмотрят помещения через внутренние сенсоры корабля. После этого нам позволят выйти из дока. Каждому из нас предложат серию тестов, включая анализ наших нейросетей. Эту проверку нам никогда не пройти. А она обязательна для команд звездолетов. Квинн, мы пропали!

— Я же сказал, что справлюсь с этим, — глухо ответил Квинн из-под надвинутого капюшона. — Что еще?

Двайер испуганно уставился на экран.

— Когда мы пройдем проверку, нас отведут в зону ожидания. В это время особый таможенный отряд обыщет корабль. Если они дадут добро, нам разрешат спуститься на Землю.

— Потрясающе.

На пульт связи пришло сообщение от службы безопасности космопорта. Это было категорическое требование предоставить им доступ к бортовому компьютеру.

— Что будем делать? — завопил Двайер. — Мы не можем улететь или отказаться. Это ловушка! Они возьмут нас штурмом! У них имеется импульсное оружие, против которого нам не устоять. Они могут вскрыть капсулу лазером и угробить нас всех декомпрессией. Или удалить часть корпуса с помощью электрических резаков…

— Это ты в ловушке, — шепотом произнес Дестер. Двайер мгновенно сменил тон.

— Квинн, ты не можешь так поступить. Я делал все, что ты просил. Абсолютно все. Я был верен тебе. Ты же знаешь, я был твоим верным последователем.

Квинн вытянул руку. Из его черного рукава появился белый палец. Двайер выставил вперед ладони, из них хлестнул огонь, направленный в фигуру в черном балахоне. Пульты на мостике замерцали сотней индикаторов. Спирали пламени, скользнув по телу Декстера, поблекли в воздухе или ушли в консоли с оборудованием.

— Ты закончил? — спросил Квинн. Двайер зарыдал.

— Ты слаб. Мне это нравится. Похоже, ты отдал все силы, служа моим целям. До скорой встречи. Я найду тебя и использую снова.

Двайер покинул свое новое тело за миг до того, как первое жало боли впилось в его позвоночник.

Едва «Дельта горы» опустилась на стоянку, команда службы безопасности, наблюдавшая за ней, почувствовала неладное. Все бортовые системы звездолета неожиданно отключились на несколько секунд. Когда дежурный офицер попытался связаться с капитаном, ответа не последовало. В космопорте объявили тревогу.

Причальный док и прилегающий к нему район изолировали от остальной территории Супра-Бразилии. На помощь дежурной смене поспешили группы захвата и команда технической поддержки. По прямым каналам связи начался обмен информацией с советом экспертов, в который входили руководители Директората внутренней безопасности Терцентрала и вооруженных сил стратегической обороны.

Через четыре минуты после стыковки клипер восстановил связь с космопортом и сообщил, что все бортовые системы функционируют нормально. Однако капитан и другие члены экипажа по-прежнему не отзывались. Совет экспертов санкционировал переход к следующему этапу операции.

В разъем на корпусе корабля вставили пуповину информационного звена. Самые мощные дешифраторы подключились к линии, взламывая коды доступа бортового компьютера звездолета. Для этого потребовалось чуть меньше тридцати секунд. Модификация процессоров и программ обслуживания основных систем корабля показала, что они были переделаны для одержимых. Одновременно с этим внутренние сенсоры начали транслировать изображение всех помещений небольшой капсулы жизнеобеспечения. Внутри звездолета никого не оказалось. Наблюдателей смутила странность, происхождение которой выяснилось позже: пол и стены мостика были забрызганы какой-то подозрительной красной жижей. Потом мимо одного из сенсоров проплыло глазное