Метод Макаренко. Том 2 - Феликс Кресс

Наверное, нужно сходить домой к Глебу для начала. Он говорил, что подготовился и оставил инструкции на случай непредвиденных ситуаций. Вдруг он и на случай похищения что-то придумал? Он же гений, мать его. Гений не может просто так взять и исчезнуть без следа, если сам этого не хочет. Ведь так?

Потом нужно аккуратно пробить машину. Если её угнали или просто нашли брошенной, это даст хотя бы район, с которого можно начать поиски.

Я потёр лицо ладонями. Нужно дождаться звонка и уже с новой информацией действовать. Возможно, всё же подтяну к этому делу Харченко. Только его, без официального обращения в полицию.

В какой-то момент я отключился, усталость дала о себе знать. Просто провалился куда-то в чёрную яму без сновидений.

Разбудила меня вибрация телефона.

Открыв глаза, я несколько секунд соображал, что происходит и где я. Телефон на столе дрожал и настойчиво полз к краю. На экране светилось имя: «Глеб». Я нахмурился, схватил телефон и нажал «принять вызов».

Ублюдок в наушнике обещал связаться, если я выберусь. Что ж, я выбрался. Теперь настало время разговора.

Глава 22

Я поднёс телефон к уху.

— Ну здравствуй, учитель, — послышался в трубке шелестящий голос того урода. — Я не разочарован в тебе. Ты выбрался. Было забавно за тобой наблюдать. Мне теперь крайне любопытно, где обычный учитель научился таким приёмчикам. Расскажешь?

Слушал я молча и ничего этому уроду рассказывать не собирался. Да и говорить с ним дольше необходимого не хотелось.

— Чего тебе надо? Где Глеб? — задал я интересующие меня вопросы.

В трубке послышался тихий смешок.

— Какой ты нетерпеливый. С парнем всё в порядке. Пока, — он сделал паузу. Видимо, чтобы я понял, что всё серьёзно. — Что касается твоего первого вопроса… Я хочу сыграть в одну игру. Тебе понравится.

Игра? Я нахмурился. Псих какой-то, больной на голову. Таких я повидал достаточно в прошлой жизни.

— Ты же любишь игры? — продолжил он. — Вон как ловко играл с Лариным…

— Послушай, — перебил его я, пытаясь вернуть разговор в прежнее русло. — Ты же на него работаешь, да? Ну так доложи своему хозяину обо мне и покончим с этим. Это между мной и ним. Отпусти Глеба, и дальше мы будем разбираться с Лариным. Без всяких игр.

— Он мне не хозяин, — ответил неизвестный, и я нутром ощутил, что в его голосе что-то изменилось. Он стал жёстче, злее. — Я получил задание, это ты верно подметил. Но у меня на этот счёт есть свои планы. Ты всё узнаешь в конце. Если сыграешь со мной в игру. А призом будет информация.

— Я не… — начал я и хотел снова отказаться от игр, вернуться к разговору о Ларине, но опять услышал этот шелестящий голос.

— Проверь сообщения. Я тебе кое-что отправил. Это должно придать тебе мотивации.

Эти слова слегка сбили меня с толку, я убрал телефон от уха и взглянул на экран. Там и правда виднелась иконка входящего сообщения. Открыв его, я так и застыл не в силах пошевелиться.

Неизвестный отправил фото двух портретов, нарисованных карандашом. Было видно, что выполнены они в спешке, небрежно, но это была та же техника, которую использовал Художник, когда рисовал своих жертв. А нарисовал он Сашу и Зою Валентиновну, то есть, мою мать.

В груди всё оборвалось. Как?.. Когда?.. Мысли заметались, как перепуганные птицы. Я пытался вспомнить, когда в последний раз говорил с Сашей. Вчера вечером. Перед тем как отправиться с Глебом к парку, чтобы присоединиться к Харченко.

А с матерью? Вот с ней я несколько дней не связывался. Дела навалились, да и она говорила, что у неё работы много после того, как у Ларина начались проблемы с законом. Но всё было хорошо, поэтому я хотел зайти к ней на днях. Чёрт!

Я вскочил с дивана и прошипел в трубку:

— Ты… больной ублюдок. Это же ты убил тех людей на площади?

В трубке послышался вздох. Мне даже послышалось, что вздыхал убийца как-то устало и даже с сожалением. Да не, почудилось, наверное. Какие могут быть сожаления у такого больного на голову маньяка?

— Какой ты наблюдательный. Да, это был я, — прошелестел убийца. — Так нужно было. А теперь ты готов сыграть?

— Если ты им навредишь, я тебя найду и прикончу, — проговорил я, расхаживая по комнате в попытке взять свои эмоции под контроль.

— Я этого и хочу, учитель, — проговорил Художник. — Чтобы ты нашёл меня.

Я резко остановился, прижимая телефон к уху. Что? Я не ослышался? Нет. Я слышал ровно то, что сказал убийца.Он хочет, чтобы его нашли. Это многое объясняло.

Рано или поздно многие маньяки повышают ставки. Им становится мало просто убивать. Они хотят признания, хотят, чтобы их искали. Они уверены в своей исключительности, в том, что их не поймают, даже если они будут действовать почти в открытую. Игра в кошки-мышки с полицией для них финальный аккорд. Но какова причина у Художника — это нужно выяснить.

— Зачем? — спросил я.

Он молчал долго и уже собрался повторить вопрос, но не потребовалось.

— Я много лет жил вдали от людей, — наконец ответил он. — Сдерживал зверя внутри себя. Я его победил. Почти. Но меня заставили вернуться. А мне не нравится, когда меня заставляют. Это всё, что нужно тебе знать на данный момент.

Ларин… Ну и тварь же ты, старый бывший друг. Значит, и тогда этот монстр работал на тебя? Не думал, что Виталя может упасть в моих глазах ещё ниже, но он смог. Столько невинных людей… И вот сейчас он снова выпустил на свободу маньяка.

— Так ты готов меня слушать, или тебе нужно больше мотивации? — перебил мои мысли Художник.

Теперь его голос больше не был похож на тихий шелест. В нём отчётливо слышалась злость. Похоже, он вышел из себя, и если продолжать в том же духе, то я могу добиться лишь того, что он пришлёт мне ещё один портрет. А людей вокруг много… Саныч, ученики, коллеги — жертвой может стать любой из них.

— Готов, — ответил я сухо.

— Хорошо, — он снова вернулся к своей обычной манере речи. — Слушай внимательно. Повторять не буду.

Я метнулся к столу. Схватил ручку, вырвал из