Выжить. Вопреки всему - Ольга Кобзева

— Могу ли я спросить? — не выдержал он, привлекая мое внимание.

— Конечно, — повернулась к мужчине. — Спрашивайте.

— Меня зовут Оранис, — запоздало представился альшар. — Что мы здесь высматриваем? Неужели в этих местах есть целебный источник? Или же скрытое место силы?

— Нет, — отрицательно качнула головой. — Мы здесь за другим. Вы должно быть уже слышали, халишер Оранис, что у детей, привезенных из лагерей, пробуждается источник.

— Слышал, — согласно кивнул он. — Великая Мать щедра в своей милости к бравинам. Острожье нуждается в одаренных, милость Богини поистине неиссякаема!

— Верно. Но ведь эти дети должны где-то жить, учиться управлять своим даром. Их так много, что и места для них нужно тоже много. А также для наставников, которые станут их обучать. Кормилиц и нянь, которые будут смотреть за самыми маленькими. Для охраны, которая не позволит никому повредить юным альшарам…

Мне так нужно было с кем-то поделиться своими мыслями и идеями, что я все ему рассказала. Вывалила все свои идеи, которые еще даже Марону не озвучила.

— Правильно я услышал, что вы хотите, чтобы вместе жили и проходили обучение и юные альшары и… юные девы? — оторопело переспросил мужчина.

К нам в это время уже прислушивались все стражники, которые прилетели со мной. И у каждого на лице читалось то же недоумение, что и у Ораниса.

Глава 52

— То есть из всего, что я сказала, именно совместное обучение альшаров и альшари поразило вас больше всего?

— Простите, великая валиси, — покачал он головой. — Только никогда одаренные альшары не станут проходить обучение в компании дев. Это же просто ниже их достоинства!

— Серьезно? И кто вкладывает такие мысли в головы юных альшаров? А говорить со мной для вас не ниже достоинства, халишер Оранис? — напряглась, хотя он не сказал ничего, что я и так бы не знала.

— Для меня большая честь говорить с великой валиси халишера Вайрантира, — склонился альшар, идя на попятную.

— Но равной вы меня не считаете? — уточнила все же. — Ведь я всего лишь дева.

— Вы — великая валиси, избранница нашего повелителя…

— Прежде всего я женщина, халишер! Считаете меня глупее себя? Неспособной к обучению? — обвела присутствующих жестким взглядом.

— Что? — побледнел темнокожий альшар. — Конечно же нет! Простите меня, великая валиси, я сказал, не подумав.

— Думаю, как раз, подумав, — с досадой покачала головой. — Оранис, вот скажите мне, что должно произойти, чтобы вы стали считать равной любую деву, не только ту, которую выбрал ваш повелитель?

— Равной? Великая валиси, но как дева может быть равна альшару? Девы нужны для продолжения рода, чтобы бравины не вымерли, чтобы искра Великой Матери передавалась из рода в род, — в разговор вмешался еще один смельчак.

— И все? Больше девы ни на что не годны? — перевела на второго мужчину все внимание. — Только раздвигать ноги, вынашивать потомство и все? — разозлилась не на шутку. — А то, что Богиня, которой вы поклоняетесь, женского пола ни на какие мысли не наталкивает великих альшаров? Именно женщина сотворила ваш мир, халишеры! Женщине вы поклоняетесь! У женщины просите помощи! Наконец, именно женщина вкладывает в ваши тела свою искру, одаряет шакти! И только женщина способна подарить вам жизнь! Никогда альшар не способен будет выносить и родить ребенка. Никогда! Какое же лицемерие считать женщин ниже себя! Ваш мир знает множество примеров храбрых, отчаянных женщин, способных на великие поступки, способных на самопожертвование и…

Не смогла продолжить. Прямо над нами раскрылся пролом, из которого шагнул всклокоченный Марон. Следом за ним в пролом прошли с десяток стражей с активированными зипунами.

— Что здесь происходит? — обвел собравшихся тяжелым взглядом. — Алисана, — шагнул, осматривая меня со всех сторон. — С тобой все в порядке? Что случилось?

— Все в порядке, — ответила медленно. — Марон, я не понимаю, а как ты нас нашел? И… что случилось?

— Почувствовал твое состояние, — немного успокаиваясь, ответил мужчина. — Я вдруг так разозлился и не сразу понял, что злость не моя, она твоя. Настроился и просто шагнул к тебе. О, как я испугался! — выдохнул он, ничуть не стесняясь присутствующих. — Наша связь крепнет, хоть ты и мечтаешь о Трисе, — шепнул едва слышно, только для меня, словно… подначивая.

Прищурилась, вопросительно глядя на мужчину.

— Прости, Марон, я бы хотела закончить свою речь. Чуть позже все тебе объясню, обещаю. — Отошла от мужа, снова приближаясь к мужчинам. — Это Ильшари, халишер Оранис, — кивнула на девушку, замершую неподалеку. — Сама Великая Мать говорила с ней. Думаю, не нужно объяснять, что это значит? Эта юная дева спасла меня от сильного альшара. От халишера Аравия, он управлял Жахженой. Слышали о таком? — Неуверенный кивок в ответ. — Так вот, эта хрупкая дева не побоялась его гнева, — чуть преувеличила я. — Выходила меня после того, как Аравий намеренно скачал слишком много циниш, едва не убив. Ильшари не сломалась под напором обстоятельств. Выстояла. Она родила одаренного малыша, которого у нее забрали, Оранис. Забрали и принесли в жертву! Считаете это справедливым? — напирала я. — Она росла с отцом, лишенная матери, как и почти все бравины в Острожье. Никогда не знала любви и ласки, с мальства знала, что ей уготовано — стать инструментом, дабы сохранить наследие бравинов, не дать им вымереть. И она следовала своему предназначению. Только вот времена, когда дев не хватало миновали, Оранис! Ильшари могла бы стать спутницей какого-нибудь альшара, содержать его дом, вести быт, рожать детей ему одному. Любить их, ласкать, лелеять. Это могли бы быть и девочки, и мальчики. И те, и другие могут быть одарены в равной мере. И те, и другие достойны счастья и любви. Не только альшары заслуживают достойной жизни! Бравинки, даже неодаренные, тоже ее заслуживают! Да столько, сколько они делают для Острожья, не делает ни один альшар!

— Оранис, это ты довел мою валиси до такого состояния? — выступил вперед Марон, задвигая меня за спину.

— Простите, халишер Вайрантир, — Оранис опустился на одно колено, склоняя голову. — Мои необдуманные слова виной.

— Нет! — вышла из-за спины мужа. — Нет же, Марон! Дело не в нем, точнее, не конкретно в нем! Я пытаюсь доказать, что девочки и мальчики должны с детства расти в равных условиях.

Марон моргнул. Открыл уже было рот, чтобы что-то сказать, но закрыл. Да уж, мой муж — очень умный альшар и знает, когда стоит промолчать. Видела прекрасно, что и для него эта идея, как бы это сказать помягче, довольно прогрессивна.

— Предлагаю на сегодня завершить