Дракон против Богов. Том 2 - Алекс Голд

вырваться из ловушки, в которую угодила. А вот ко мне способность нормально двигаться, возвращалась не так быстро. Тело казалось тяжелым, словно каменным, а расстояние между нами было слишком большим, чтобы я успел преодолеть его до того, как Абсолют откроет дверь и окажется в соседнем помещении. Гадство…

— Пойди прочь! — выкрикнула Богиня, отмахнувшись от накинувшейся на нее Ясколки, которая, оценив ситуацию, всеми силами пыталась ее задержать.

Остановить божество физически она, конечно, не могла, но слегка замедлить ее своими нападками, ей все же удалось. К сожалению, этого было недостаточно… Заметив, как женщина уже почти достигла двери, я напряг все внутренние резервы и рванул вперед. А дальше произошло то, чего я никак не ожидал…

Всевышняя внезапно дернулась, замерла на мгновение, сердито вскрикнула, тряхнула головой и вновь устремилась к двери. Однако теперь движения Шатти были скованными и ломаными, будто какая-то неведомая сила сжимала ее в тисках и не давала перемещаться свободно.

— Не вмешивайся! — злобно выпалила она и взмахнула рукой, словно отмахиваясь от кого-то невидимого. — Не смей вмешиваться!

Я не понял, к кому именно она обращалась. Кобра, заметив странные перемены в божестве, предусмотрительно отлетела от нее подальше, а больше в зале никого не было. Я даже чужеродной магии не чувствовал. Впрочем, тогда это было и неважно. Это был мой шанс, и я не собирался его упускать! Преодолев разделяющее нас расстояние, не задумываясь, всадил глефу со спины прямо в сердце Абсолюта. Женщина обрывисто вскрикнула, выгнулась дугой, а как только я выдернул оружие, начала медленно заваливаться назад, прямо в мои объятия. И только в этот момент до меня дошло, что я только что, собственноручно, убил девушку, которая провела с нами достаточно времени, чтобы перестать быть безразличной. Да, мы не были друзьями. После того, как вскрылась правда о коварном плане Богини, в котором она принимала непосредственное участие, нас даже приятелями было сложно назвать, и все же…

Машинально отозвав Икирим, я подхватил Чиу и вместе с ней опустился на колени, аккуратно укладывая ее на пол. Искаженное гримасой злости, боли и отчаянья лицо в какой-то миг будто посветлело, расслабилось. Чужие глаза плавно закрылись, а когда открылись вновь, на меня уже смотрела знакомая демонесса. Та самая, которая, судя по всему, искренне завидовала моей фурии и так упорно пыталась добиться моего расположении и взаимности…

— Спасибо… — одними губами прошептала крылатая, прежде чем покинуть этот прогнивший мир навсегда.

И только сейчас до меня дошел смысл ее просьбы в пылу схватки. Уже тогда она прекрасно понимала, что ее жизнь подходит к концу. Знала, что Госпожа проиграет этот бой, а значит, рано или поздно, займет ее тело. Чиу была бесконечно предана своей Богине и все же, где-то в глубине души, она желала настоящей любви, а не фальшивой страсти. И эти чувства оказались настолько сильны, что в решающий момент позволили ей остаться собой и пусть ненадолго, но ослабить контроль Искусительницы над своим телом. Она предпочла закончить все здесь и сейчас, а не оттягивать неизбежный и трагичный финал. Это было достойно…

— Надо уходить, — подлетела ко мне Яська, с тревогой осматриваясь по сторонам под нарастающий гул, который поднимался откуда-то из глубины острова к поверхности и растекался волнами, содрогая обитель.

— Да… — кивнул я и только сейчас вспомнил, что в соседнем зале целая толпа последователей.

Бережно закрыв остекленевшие глаза крылатой, я подорвался на ноги, слегка покачнулся от легкого головокружения — магия уже восстанавливалась, но меня все еще слегка штормило, и размашисто зашагал к двери. Распахнув створку, откинул тяжелую штору и вошел в соседний зал. Чары Богини уже развеялись и теперь демоны просто сидели на полу, растерянно и опустошенно глядя друг на друга и по сторонам.

— Все вон! Теперь это мой дворец! — рявкнул я, заставив осиротевших развратников синхронно вздрогнуть. Они перепугано взирали на меня, но с места так и не сдвинулись. Млять… — Живо! — прорычал я и для убедительности дыхнул огнем.

Залп, конечно, получился слабеньким, но для местных, которые со столь сильной магией в принципе не сталкивались, и этого хватило. Кто-то испуганно вскрикнул, остальные подхватили, засуетились и все дружно ломанулись к выходу в потоках нарастающей паники. Да, мой поступок мог стать причиной ненужных жертв, но сейчас время играло против нас. По стенам уже начали расползаться трещины, с потолка посыпалась штукатурка. И хотя я понимал, что даже спасенные последователи, после смерти своего божества, уже обречены, наблюдать за тем, как они гибнут под обломками, мне совсем не хотелось. На душе было скверно, но в тот момент, было вовсе не до самобичевания и душевных терзаний. Убедившись, что зал опустел, я вернулся в соседнее помещение, где рядом с телом демонессы, парила встревоженная Ясколка. Мельком взглянув на нее, сдержанно улыбнулся и подошел ближе.

— Уходим, — обронил я, аккуратно поднимая Чиу с полу на руках.

Эльфа лишь кивнула и поспешила за мной к выходу. Не знаю почему, но я не смог оставить крылатую в этом гнезде похоти и разврата. Она этого явно не заслуживала…

К тому моменту, как мы выбрались из ажурного дворца, местные умчались уже довольно далеко. Среди ветвей деревьев, с которых стремительно опадала листва, превращаясь в пожухлые ржавые хлопья, я заметил, как они уже подбегают к мосту и переправляются на материк. Хорошо…

С противным скрежетом, который отдаленно напоминал протяжный сдавленный стон, обитель разрушилась, и от прекрасного ажурного дворца остались лишь ржавые руины. А еще через несколько минут и магия Шатти окончательно развеялась. Некогда дивный остров, превратился в отвратительное парящее плато, усеянное кривыми и уродливыми остовами деревьев, которые больше походили на торчащие из земли искаженные и проржавевшие куски металла. От цветущего сада с пьянящим ароматом, осталось лишь одно небольшое деревце на самом краю, которое совершенно не вписывалось в нынешний облик рухнувшей и опустевшей обители. Именно под этим живым воплощением красоты мы и похоронили Чиу.

Уже позже, стоя у свежей могилы, я думал о том, что, возможно, за долгие годы некоторые последователи все же стали чем-то большем, чем просто порождением божественной воли? Может, в ком-то из них все же зародилась собственная искра жизни? Частица души? Сиффир, Рюо, Суо, Чиу, да и многие другие жители. Все они не выглядели безвольными куклами. Было в них что-то живое, настоящее. Глубоко вздохнув, я покачал головой. Это были опасные мысли. Они зарождали во мне сомнения и предательское чувство вины, вели к саморазрушению. Я понимал это, а потому с трудом, но все же отогнал их прочь, запретив