Быть человеком - Вадим Алексеевич Михейкин

у прохода, нервно переминаясь с ноги на ногу, стоял часовой. Его взгляд скользнул по Сороке и проводнику, кивок – и дверь со скрипом отъехала в сторону.

– Проходи, не задерживай, – коротко бросил провожатый.

Внутри пахло затхлостью, махоркой и металлом. Тесное и неуютное пространство небрежно перегорожено брезентом. В одной половине, судя по составленным ящикам и свернутым спальникам, было что-то вроде спальни. В другой – командный пункт.

За столом, сбитым из грубых досок и заваленным картой и кипами бумаг, сидел Жданов. Он не смотрел на вошедшего, уставившись в экран своего коммуникатора. При тусклом свете его лицо казалось бледным и неживым. На столе рядом с рацией стояла жестяная кружка с недопитым чаем и лежал пистолет в потрепанной кобуре – как символ власти. За спиной капитана висел флаг клана – восьмиконечная звезда поверх гвоздики, накрест прошитая стрелами.

Конвоир кратко отчитался, передал рюкзак сталкера.

– Сержант, выйди. А ты, сталкер, садись.

Жданов, не подняв головы, коротко ткнул пальцем в табурет у стены. Сорока послушался, а боец, отдав честь, удалился.

– Вернулся-таки? А я думал, все – накрыло Вспышкой.

Ветер за стеной гудел в щелях, словно пытаясь вдохнуть жизнь в это железное подобие уюта.

– Повезло, – спокойно ответил сталкер.

– Остальные не такие везучие? – ухмыльнулся капитан и потянулся к рюкзаку сталкера, развязал лямки. – Ну, давай поглядим, что ты принес.

Он выудил коммуникаторы погибших бойцов, потыкал по одному дисплею пальцем, запустил видеозапись. Вскоре тишину разорвал чей-то приглушенный голос из динамика:

«…Третий, обойди тот дом с краю… Второй – правее, и не забывай под ноги смотреть…»

Капитан Жданов с интересом смотрел на экран.

Сорока непроизвольно сжал в кармане свинцовый грузик. Металл был обжигающе холодным.

«.. Туда, в сарай. Видишь? Что там за… твою мать!»

Из динамика раздались выстрелы, крики и чей-то рык:

«Третий, стой! Назад… Миша, стреляй!»

Сталкер почувствовал, как по спине пробежал холодный липкий пот, мгновенно остывая по коже.

«База, прием! Прием! На нас напал мутант, нужна…»

Жуткий вой и предсмертный крик закончили запись, хотя камера еще снимала. Жданов выключил видео, отложил ПДА. В его лице что-то изменилось. Он будто резко постарел на пару лет. Офицер сложил руки в замок и отрешенно произнес:

– Ну что же, по крайней мере, теперь все ясно.

– Прыгун? – зачем-то спросил следопыт.

– Прыгун, – подтвердил Жданов, подняв тяжелый взгляд. – Уже сталкивался?

– Слышал, – уклончиво сказал сталкер.

– Моя… наша головная боль. Столько бойцов загубила эта тварь. Зар-раза, – процедил Жданов, глядя в пустоту.

– Это все? Я могу идти? – намекнул следопыт на договор.

Снаружи за стеной вагончика внезапно поднялся шум. Резкие, отрывистые голоса, тяжелые шаги по щебню, потом – глухой мясистый удар, словно кто-то бьет мешок с песком.

– Держи его крепче! – донесся приглушенный крик.

Скрипнула дверь соседнего вагончика, послышались не то толчки, не то удары и чьи-то сдавленные ругательства.

Жданов поднял взгляд на звук, глянул в окно.

– Это еще что? Подожди немного, сталкер. Разберемся.

Дверь вдруг распахнулась. На пороге, подталкиваемый двумя бойцами, стоял Костик. Один глаз у него заплыл, из разбитой губы текла струйка крови. Дышал тяжело, и во взгляде читалось какое-то странное упрямство.

– Товарищ капитан, разрешите? – конвоир отдал подобие чести и толкнул рыжего сталкера внутрь. – Диверсант. Шнырял у поста, в бинокль разглядывал. При себе у него видеокамеры, диктофон. Шпионил за нами.

Сорока ощутил, как лед прокатился по спине. Взгляд его на секунду застыл на разбитом лице Костика, а в голове, четко и ясно, как приговор, пронеслось: «А ты что тут забыл, идиот?»

Он не шевельнулся, только пальцы в кармане судорожно сжали свинцовый грузик, будто пытаясь выдавить из него ответ. Все, чего он сейчас хотел, – это чтобы рыжего парня тут не было. Любой ценой.

Рыжий суетливо и с каким-то вызовом бросил:

– Ни за кем я не шпионил! И вообще, я…

Его бегающий взгляд остановился на Сороке, и он осекся. И тут он совершил то, чего следопыт так боялся. Глупо и нелепо.

– О, Сорока? И ты тут? Тоже поймали?

Удар в живот прервал его. Костик сложился пополам, хватая ртом воздух.

«Идиот! Молчи, придурок!» – пронеслось в голове у следопыта.

Конвоир дернул рыжего, указал на Сороку:

– Знаешь этого сталкера?

– К-конечно… это Сорока. Мы вместе пришли… – тяжело выдал он.

Жданов, с интересом наблюдая за этой картиной, сложил руки в замок, коротко бросил:

– Изымите вещи, фото и видео – на досмотр. Диверсанта в пустом купе пока закройте. И нацепите наручники. Как закончу со сталкером – ведите сюда.

– Есть!

Конвоир отдал честь, ударил рыжего в живот и с силой выволок наружу, громко захлопнув дверь.

Жданов уставился на сталкера, не моргая. Наступила напряженная, тягучая тишина. Первым ее нарушил Жданов:

– Так… какие неудобные факты всплыли, верно, сталкер? Стало быть, ты у нас сообщник шпиона? И чего искали?

В висках у сталкера застучал пульс, сливаясь с мерным гулом генератора за окном.

– Что? Нет, вы все не так поняли, я не…

– А я-то, наивный, все думал, откуда у тебя ствол такой. Мог бы догадаться. – Капитан расплылся в довольной улыбке. – Признавайся, на наемников работаете?

Бродяга мысленно выругался, проклиная Костика. Сжал кулаки.

– Все не так. Я никакой не шпион. И он тоже.

– Так вы знакомы?

– Познакомились недавно, да. В «Болотном доме», когда в Топи пришел…

– И кто вас завербовал? – не отрывая от сталкера взгляда, спросил капитан. – «Группа Смелого»? Или, может, «Отряд Щукина»? В этих краях полно сброда, тут глаз да глаз.

Сорока мысленно обругал себя за то, что оправдывается и пытается подобрать нужные слова:

– Да никто. Я помог ему пройти, оплатил ему пошлину. Потом провели вместе пару дней в старом ангаре с диггерами, и все. Сегодня я ушел оттуда.

– Значит, ты не знал, что он шпион, верно?

– Шпионил? Нет, никакой он не шпион, он… снимает кино.

– Кино? – улыбнулся Жданов.

Сорока поймал себя на мысли, как глупо звучит правда.

– Да он обычный неудачник-журналист. Все пытается свою карьеру восстановить, пришел в Зону за материалом. И все. Можете сами в этом убедиться, посмотрите его записи.

Сталкер говорил что-то еще, и по глазам капитана было ясно: словам следопыта он не верил. И когда сталкер закончил, он лишь криво улыбался, барабаня пальцами по столу.

Жданов медленно провел пальцем по стволу лежавшего на столе пистолета.

– Видишь ли, сталкер, какая незадача. Только что мои люди поймали неизвестного с видеокамерами на территории особо охраняемого режимного объекта во время операции строжайшей секретности. Кроме того, этот неизвестный опознал тебя – так и произнес, что вы с ним вместе, – на