Стигиец - Виталий Сергеевич Останин

В зеленоватой стене базальта вдруг прорезались трещины, опали внутрь тут же истаявшими кусочками камня, и моему взгляду предстал вид на ржавый мусорный контейнер, стоящий рядом с заброшенной трансформаторной будкой.

— Я же говорила! — тут же триумфально вскинула руки ученица. — Тут три линии сходились, если их переплести… Но вид, так себе, согласна. Надо в другой стене попробовать, которая к домам выходит.

— Стоп! — я даже на ноги вскочил. — Не делай ничего! Вообще ничего, поняла?

Дождавшись кивка, выскочил через арку и оказался в пыльном квадрате кирпичных стен заброшки. Быстро выбежал на улицу, в ту сторону, где стоял контейнер, и некоторое время водил по растрескавшемуся камню рукой, ища прореху. С этой ванирки сталось бы действительно прорубить окно из домена в реальность. Но она, похоже, сделала только проекцию.

Вернувшись в храм, я уселся уже немного успокоенный, и велел.

— А теперь расплетай что ты там сплела, чтобы стена стала такой же, как была прежде.

— Не уверена, что получится…

— В этом и заключается мастерство заклинателя или, в твоем случае, Видящей. Сделать случайно один раз сможет любой болван. В повторить или обратить процесс — только мастер. Ты хочешь быть болваном или мастером?

— Пф-ф! — вместо ответа девушка дунула на прядь, упавшую ей на лоб и прикрыла глаза.

Не с первого раза, после нескольких попыток, сопровождавшихся едва слышимой руганью и проклятиями и в мой адрес тоже, окно на контейнер исчезло, сменившись ровным благородством зеленого камня.

— Уф! — простонала Алина. — Блин, а это было реально сложно.

— Ну еще бы, — усмехнулся я, вспомнив почему-то своего наставника. И закончил так, как делал он же. — А теперь снова создай окно. В той же стене, на том же самом месте!

— А-а-а, да чтоб тебя, Бат!

— Наставник Маатхотеп, ученица! Наставник Маатхотеп! Приступай.

Было невыразимо приятно вновь находиться в родном, почти стигийском, пространстве. Если бы еще выходя на поверхность, я мог бы нежится в жарком солнце, что и песок в стекло переплавить может, а не мерзнуть на северном ветру, так и вовсе был бы счастлив. Но, как говориться, не все сразу. Может быть когда-нибудь, через несколько лет, я действительно смогу перебраться в родные широты — что там сейчас, Египет, вроде? — но сейчас было полно других дел.

Хотя, заманчиво, Бездна меня пожри, очень заманчиво. В тех краях, судя по новостям из сети, почти безостановочно бушуют локальные войны. Просто рай для колдуна, вроде меня.

Прошло уже больше трех часов с момента завершения строительства домена, и все это время я занимался обучением Алины. Не только в ее родной специализации, заставлял и кое-что из стигийской магии учить. Пусть она никогда не станет даже средним колдуном, за что можно благодарить ее ванирскую кровь, знания и практические навыки не будут лишними. И за то, что когда-нибудь она сможет швырнуть в лицо врагу «копье», а не будет мучительно долго выплетать воздействия на реальность, она меня однажды поблагодарит.

Обучение в месте, где не нужно добывать ману, а можно просто черпать ее из воздуха в буквально неограниченном количестве, заставляло идти процесс широкими шагами. До тех пор, пока Ксотун, лениво лежащий на моей новой кровати, вдруг не заверещал истошно.

— ОН ИДЁТ! ОН ИДЁТ! ВЛАДЫКА, ОН ИДЁТ!

Для понимания, орущий от ужаса демон Бездны — это страшно. Если кто-то может напугать существо, которое «родилось» в мире постоянной боли, насилия и холода, то даже жрецу моего уровня стоит как минимум насторожиться.

Что я и сделал, конечно же. Ухватился за связь с Ксотуном, увидел в его сознании безбрежный черный океан, что накатывал огромной, закрывающей небо стеной, и сразу все понял.

Дагон. Мой покровитель. Древнее, большую часть времени, спящее божество. Ужас Глубин и еще десяток титулов, которые все равно в полной мере не описывают истинную природу этого существа. И вот оно сейчас шло прямиком сюда. В мой домен.

Алину я схватил за шиворот и выкинул через арку в реальность быстрее даже, чем успел подумать, что делаю. Потом, уже более осознанно, запечатал проход, чтобы упрямая ученица не вернулась обратно. И только тогда, практически вернув себе самообладание, уселся на край алтаря, и стал ждать.

Недолго.

Сухой воздух домена стал влажным, наполнился запахом соли. Вслед за ним появилось давление, будто я внезапно опустился на самое дно океана. И вслед за всеми этими признаками в помещение шагнул Дагон.

Гончая заскулила и спряталась за мою ногу. Ксотун юркнул за кровать, но продолжил наблюдать за нежданным гостем горящими от страха желтыми глазами. И только я почти спокойно поклонился и произнес.

— Приветствую, Отец Чудовищ.

Конечно, ко мне явился не сам бог, а его проекция. В прошлую нашу встречу, он захватил мое спящее сознание и перенес его к подножию своего трона. Теперь же и этого проделывать ему было не нужно. Пространство домена не является реальностью в чистом виде, по типу оно ближе к миру сновидений, а потому тратиться на воплощение физической оболочки божеству было не нужно.

Выглядел Дагон плохо. Даже хуже, чем в нашу последнюю встречу. Если судить только по внешнему виду — просто крупный мужчина с невероятно бледной кожей, перепонками между когтистыми пальцами, и мокрыми волосами. С каждым шагом на полированный пол проливались лужи морской воды, пахнущей тленом, разложением и скорой смертью.

Но даже полумертвый бог остается богом. И даже потрепанной проекции бога не составит труда размазать меня по стенам домена тончайшим слоем из мяса, костной муки и крови. Это я постоянно держал в уме.

— Маатхотеп, — прогудел Древний, давя на разум и заставляя внутренности вибрировать. — Ты стал сильнее.

— Это так, Ужас Глубин. До возвращения прежнего могущества мне еще далеко, но теперь, как твой слуга, я стал более полезен.

— Ты уничтожил одно из воплощений Нефер-Ка.

— И это верно, Морской Наездник. К сожалению, проклятый некромант сумел ускользнуть. Но я выслежу каждое его новое тело и уничтожу его, как и первое.

— Нет времени. Творец Немертвых заключил сделку с Тельцами.

— Идиоты.

— Как и все колдуны, — мне показалось или это Дагон отпустил шутку? — Каждый из вашего племени мнит себя умнее других. И лезет туда, куда смертным хода нет. Таков и Нефер-Ка. В жажде бессмертия и обретения божественных сил, этот глупец готов уничтожить саму реальность,