Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Что делать-то будем? — вновь не выдержал Напалм, который закурил, пытаясь перебить запах крови. — Если пойдем сдаваться, нас тут надолго закроют!

— Сдаваться?! — вскинулась Марина. — Ты в своем уме?

— Никто сдаваться и не собирается. Время у нас еще остается — думаю, с час.

Карманы покойника оказались ожидаемо пусты; я оставил его в покое, проверил, насколько хорошо протерт диван, и плюхнулся на него, нисколько не беспокоясь, что мои ботинки едва не касаются изуродованного лица. Неожиданно накатила апатия, и хотелось лишь завалиться навзничь и бездумно смотреть в потолок, покачиваясь на волнах плескавшегося в голове дурмана.

— И что ты собираешься делать? — Рыжая кинула на пол перепачканную в крови тряпку и сполоснула в ведре руки. — А?

— Для начала я хочу выяснить, что именно тут произошло.

— В смысле?

— В смысле, зачем вообще кому-то понадобилось на нас нападать?

— Ну, мало ли что могло прийти в голову этим беспредельщикам, — тут же заявил Напалм. Не очень, впрочем, уверенно.

— Чушь! — отмахнулся я. — Они точно знали, за чем пришли. Так, Марина?

— Представления не имею, что им могло понадобиться, — не моргнув глазом, пошла девушка в отказ.

— Вообще не в курсах, — закивал пиромант.

— Тебе верю, — ткнул я указательным пальцем в Напалма и перевел взгляд на рыжую. — А тебе — нет.

— Евгений…

— Послушай меня! У нас на руках три трупа, но я и пальцем не пошевелю, чтобы избавиться от них, прежде чем ты мне все не объяснишь. И не надо голову морочить. Ясно ведь, что тебя подрядили в перевозчики, и Напалм охраняет вовсе не меня. Поэтому рассказывай, и будем решать, как быть дальше.

— Да чего там решать… — буркнул пиромант.

— Я везу в Северореченск неограненные алмазы, — вздохнула присевшая на другой край дивана Марина. — Ну, доволен?

— Кто тебе их дал, с какой целью и кто посторонний мог об этом знать?

— А обязательно об этом сейчас говорить?

— Если хочешь добраться до Северореченска целой и невредимой — да. Как много алмазов, кстати?

— Чуть больше ста граммов.

— Сколько?! — присвистнул Напалм. — Чтоб я так жил!

— А почему их просто не продали колдунам для заливки магической энергии? — потер я подбородок. — Гимназисты с руками бы оторвали.

— Цены не те, — поморщилась девушка. — Камни разные, средний вес около пяти каратов. Цвет и чистоту оценить сложно, но если продавать алмазы в нормальном мире, выручить за них получится порядка миллиона долларов.

— Неплохо, — кивнул я. — По меркам того мира. Вот только есть одна проблема…

— Нам удалось выйти на кондуктора, который может переправить их туда и рассчитаться товаром.

— Бартер на миллион зеленых? Сомнительно. — О кондукторах мне доводилось слышать самые невероятные байки, но в то, что кто-то из них, таская из нормального мира товары народного потребления, умудрился отложить пусть не сто, а хотя бы и пятьдесят тысяч золотом, не верилось совершенно.

— Часть он оплачивает серебром, часть оружием. Остальное в рассрочку, — вздохнула девушка.

— И кто мог знать об алмазах?

— Не представляю. Но Селин их в Форте светить не хотел. Даже от идеи огранить отказался, хотя так намного выгодней выходило.

— Это Селин тебя на это дело подрядил?

— Да.

— Понятно. Теперь понятно… — Денис в последнее время остепенился, но еще не так давно водил знакомства с очень мутными людьми. Вполне мог и с Семерой делишки обделывать. И если это его бывшие партнеры решили прибрать к рукам чужую долю, то визит громил становился вполне объяснимым.

— Что тебе понятно?

— Кто-то трепанул лишнего, вот что понятно.

— Да какая теперь разница?! — не выдержал пиромант. — Надо от трупов избавляться!

— В топку их!

— Чего?! В какую еще топку? Как мы их в котельную незаметно пронесем?!

— Шучу. — Я поднялся с дивана и расстелил на полу окровавленную простыню. — Завернем, чтобы с них в коридоре не натекло, и в сугробах закопаем.

— Может сработать, — кивнул Напалм.

— А если они не одни были? — вздрогнула Марина.

— Будем надеяться, остальные решат, что подельники сорвали джек-пот и решили их кинуть, — скривился пиромант, помогая мне заматывать простыней первого мертвеца. — Всех сразу закатаем?

— Да.

— А пропажу простыней как объясним? — забралась рыжая с ногами на диван.

— Придумаем что-нибудь, — пожал я плечами и попросил Напалма, выдернувшего свой нож из шеи второго покойника: — Помогай!

Кое-как покончив с этим на редкость неприятным делом, я с кряхтением выпрямился и указал пироманту на дверь:

— Выйди в коридор, осмотрись.

Парень отодвинул засов, приоткрыл дверь и вернулся ко мне.

— Никого. Потащили!

Я ухватился за куль с одной стороны, пиромант — с другой, и мы поволокли мертвеца на улицу. Едва не уронив на пол, протащили страшный груз по коридору и прямо с крыльца, как следует раскачав, зашвырнули в сугроб. На фоне снега белая простыня почти не выделялась, и, не опасаясь, что покойника обнаружат, мы отправились за следующим телом.

Подхватили, уволокли, выкинули.

С третьим все оказалось не так просто — здоровенный бугай весил под центнер, и я едва не надсадился. Пересилив мягкое оцепенение Л-13, в спину вкрутилась боль, и поэтому, сунув Напалму найденную среди составленных в угол лентяек и швабр широкую фанерную лопату, я согнулся, с трудом переводя дух.

Морозный воздух обжигал щеки и забирался под рубашку, но пребывание на холоде хоть немного прочистило мозги, и, пока пиромант закидывал снегом тела, я оставался на улице.

Ночь, темное небо, проглядывающая через прорехи в облаках луна, светлая перина укутавшего землю снега. И три трупа…

Романтика, блин…

Удовлетворенно оглядев едва заметные белые холмики, Напалм вернул мне лопату и криво улыбнулся:

— До весны не будить!

— Циник ты.

— Есть такое дело, — согласился парень и сунул в рот сигарету, на конце которой немедленно сам собой заалел огонек. — Идем?

— Пошли.

Заскочив в гостиницу, я поежился, прогоняя забравшийся под одежду холод, и поторопил успевшую переодеться Марину:

— Идем быстрее.

— Ты это так и оставишь? — удивилась девушка, указав на впопыхах забытый мной на столе пистолет.

Вот ведь! Хотел же сразу с трупами выбросить!

— Еще вернусь и проверю, чтобы никаких следов не осталось, — запирая дверь на ключ, решил я. — Сейчас насчет продления срока и простыней договорюсь и вернусь. Напалм тебя в номер проводит.

— Теперь не уснуть. — И рыжую самым натуральным образом передернуло. — Или кошмары сниться будут.

— Нет, ну не уроды ли? — обернулся первым вышедший в комнату для отдыха Напалм.

Я решил, что он имеет в виду Кирилла Ефимовича сотоварищи, но у бильярдного стола никого не оказалось.

— Ты о чем?

— Да о властях местных! Зачем они оружие