Пространство - Джеймс С. А. Кори

— Объект заблокирован, сэр. Вы должны оставаться на своём месте, пока…

— Стена треснула, — закричал Амос в ответ. — Она рухнет.

Возможно, это даже было правдой.

Повисла тишина, а затем раздался щелчок в двери. Дверь открылась на пару сантиметров, и её заклинило. Они увидели охранницу. Тусклые аварийные светильники, расположенные по низу коридора, окрашивали её в оттенки серого. Даже так он мог видеть страх на её лице. За ней стояли и другие люди, но ему не удалось их разглядеть.

— Извините, сэр, — сказала она, — но это помещение…

Амос подставил в дверь плечо, не высовываясь, но и не позволяя её снова закрыть.

— Заблокировано. Я знаю, — сказал он. — В том-то и дело. Нам нужно эвакуироваться.

— Вы не можете, сэр, это…

— Не только нам, — сказал Амос. — Вам тоже. Вы должны убираться отсюда, если, конечно, не мечтаете умереть на работе, что меня очень огорчит.

Охранница облизала губы. Её взгляд метнулся вправо. Он пытался придумать, что окончательно её убедит, но лучшее, до чего додумался, это ударить в челюсть и надеяться, что успеет выбраться наружу раньше, чем кто-нибудь его пристрелит. Он уже начал отводить руку назад, когда Кларисса положила ладонь ему на плечо.

— У вас ведь там близкие, наверху, да? — спросила она. — Друзья? Семья?

Взгляд охранницы затуманился, как будто она видела что-то другое. Кого-то другого. Может быть, умершего, но еще не остывшего.

— Я не… я не могу сейчас думать об этом.

— В уголовном законодательстве говорится, что вы несёте ответственность за поддержание безопасности и здоровья заключённых под стражу, — сказала Кларисса. — У вас не будет проблем из-за эвакуации. Вы станете героем.

Охранница тяжело дышала, будто выполняла какую-то тяжелую физическую работу. Амосу приходилось видеть, как люди ведут себя так, когда они чем-то расстроены, но на самом деле он этого не понимал. Кларисса мягко отстранила его и наклонилась к охраннице.

— Вы не сможете принять участие в помощи там, если будете заживо похоронены здесь, — мягко сказала девушка. Будто извиняясь за что-то. — Возможен афтершок[Афтершок — повторный сейсмический толчок, меньшей интенсивности по сравнению с главным сейсмическим ударом.]. Стены сложатся. В эвакуации нет ничего позорного.

Охранница сглотнула.

Кларисса склонилась к ней и практически прошептала:

— Здесь гражданский.

Охранница пробубнила что-то себе под нос, слишком тихо, чтобы Амос смог расслышать, а затем обратилась к кому-то через плечо.

— Салливан, помоги мне открыть эту проклятую дверь. Здание разваливается, а у нас там чёртов гражданский, надо переместить его в безопасное место. Моррис, если этот ублюдок попытается что-то вытворить, приложи его хорошенько. Понял, кретин? Одно неверное движение, и тебе крышка.

Кто-то в коридоре засмеялся, и это прозвучало как угроза. Амос и Кларисса отступили. Две новые руки схватились за дверь и потянули в новой попытке открыть.

— Обеспечить гражданскому безопасность? И это её убедило? — спросил Амос.

Кларисса пожала плечами.

— Ей нужно было найти какое-то оправдание своим действиям. Похоже, ты ценный экземпляр.

— Ну конечно. Просто не привык, что кто-то с этим считается.

Дверь открывалась с визгом и повернулась в коридор лишь наполовину, прежде чем вновь застрять. Возможно, навсегда. В коридоре масштаб повреждений был яснее. По центру бежала трещина, один её край был на три-четыре сантиметра ниже другого. Воздух был плотнее, чем должен быть. Амос почувствовал рефлекторное побуждение проверить воздушный рециркулятор. Может быть, оно даже не было неверным. Нахождение на глубине тридцати с лишним метров под землёй было очень похоже на нахождение в вакууме. Если разрушения окажутся сильными, атмосфера станет проблемой.

Другой заключенный, Коничех, стоял на коленях; второй охранник, Моррис, стоял в трёх шагах позади него, направив в спину мужчины оружие. Если это пистолет, то он был незнакомой Амосу конструкции. Лицо заключённого было опухшим с левой стороны, будто он проиграл боксёрский поединок при очень медлительном рефери. Охранница, другие два охранника, Персик и этот парень.

Коничех бросил на него взгляд из-под длинных прядей седых волос и едва заметно кивнул. Амос почувствовал, будто успокаивающая волна прошла через тело, расслабляя плечи, согревая внутри. Всё могло пойти плохо, перед тем как закончиться, но этот уровень насилия был ему понятен.

— Новый план, — сказала охранница. — Мы эвакуируем этих заключенных и гражданского на поверхность.

Охранник, который помогал открывать дверь — Сулиман, Салливан или что-то в этом роде — был толстым человеком с бычьей шеей и сросшимися чёрными бровями, пролегавшими поперёк лба. Моррис — парень с пушкой — был тоньше, старше, с плохими зубами и отсутствующей фалангой на левом мизинце.

— Уверена, что не хочешь запереть заключённых перед уходом? — спросил Моррис. — Я чувствовал бы себя гораздо лучше, не имея за спиной этих чёртовых психов.

— Персик идёт со мной, — сказал Амос, дёрнув плечом. — Только так.

— Может потребоваться помощь в разборе завалов, — сказал Коничех. Это он засмеялся тогда, раньше. Слова, безобидные сами по себе, содержали в себе такую же угрозу, но остальные, казалось, не слышали этого. Амос удивлялся, почему.

— Лифты отключены, поэтому воспользуемся лестницей, — сказала охранница. — Она выведет нас отсюда. Как только окажемся наверху, сможем обеспечить безопасность заключенных.

— Что насчёт последствий? — спросил толстый охранник. Амос был почти уверен, что его звали Салливан.

— Это ядерный удар, придурок, — прорычал Коничех.

— Рона, разве мы не должны связаться с капитаном, прежде чем это делать? — спросил Моррис. Он не сводил взгляд со спины Коничеха. «Соображает», — подумал Амос и отложил эту информацию на потом.

— Капитан не отвечает, — сказала охранница Рона. Голос был напряжённым от слишком больших усилий сдерживать панику, не дать ей выйти наружу. По тому, как двое других притихли, Амос понял, что они этого не знали. — Давайте двигаться к лестнице. Моррис, ты идёшь первым, потом заключённые, потом я и Салли. Вам нужно следовать за нами, сэр.

— Я пойду с ними, — сказал Амос.

— Не доверяешь мне и своей девушке? — прорычал Коничех.

— Не-а, — усмехнулся Амос.

— Давайте двигаться, чёрт возьми, — сказала Рона. — Не стоит дожидаться повторных толчков.

Страх был интересной штукой. Амос видел его у всех охранников, но точно не сказал бы, что на него указывало. Возможно то, как Моррис то и дело оглядывался через плечо. Или как Рона и Салливан шли точно след в след за ним, словно пытаясь договориться друг с другом просто с помощью длины шагов. Персик казалась собранной и опустошённой, но это было что-то, присущее только ей. Слева от Амоса Коничех выпятил бороду и устроил представление на тему того, какой же он крутой засранец, что могло бы быть забавно, если бы его нервная система не была перестроена под насилие. Парни