Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

— Мы не в сказке живём.

— Да, мир суров, — булькнул, всплывая, Павел. — Не хочу показаться банальным, но, наверно, поэтому и стоит ценить такие моменты, как этот.

Мы надолго замолчали, думая каждый о своём. Я думал об отце. Кто оказался рядом с ним, чтобы так испортить ему жизнь? Хотя ответ я и так знал. Деникин. И этот гад мне за всё ответит.

В конце концов горячая вода всё же расслабила нас и вернула хорошее настроение. Разговор потёк в более позитивном русле. Мы вспоминали недавние бои, кто в каких передрягах оказался и каких успехов достиг. Много смеялись. Сквозь бумажную дверь слышались женские визги, плеск воды и смех. Верещагин даже потянулся в ту сторону, чтобы хоть одним глазком взглянуть. Пришлось за ногу его дёрнуть, уронив обратно в воду.

— А извращенцем всё равно меня называют… — покачал головой, глядя, как он отплёвывается от воды. — Хотя это вы двое постоянно подглядываете. Тебя я поймал, — я ткнул пальцем в грудь царевича, — когда ты подглядывал ночью за Лакроссой.

— Эй, я не виноват, что у неё шикарное тело! Ноги сами понесли к тому пруду в парке академии. Это зов природы, и только…

— Да-да, зов природы загнал тебя на дерево, с которого ты сверзился прямо под ноги Лакроссе.

— Это вмешалась сама Вселенная! Всю жизнь буду ей благодарен…

— Царевич на дереве подглядывает за оркессой? Да это же умора! — хлопнул ладонью по воде Верещагин и захохотал.

— А ты, — я зыркнул на него, — поплёлся за нами в поход в горы и тоже подглядывал из-за кустов!

— Да я на запах еды пришёл! — открестился Алексей со смехом. Но вдруг замолчал, вспомнив те события. Это произошло во время похода в город гномов, Гилленмор. Он тогда в кустах прятался и думал, что я его не вижу. — Вообще-то, я пришёл тогда, чтобы тебя убить, Дубов.

Смех стих, повисло тяжёлое молчание. А я лишь пожал плечами.

— Я знаю. Не убил же.

— Но мог.

— Не, не мог, — тут уже я не выдержал и рассмеялся.

Да он бы меня даже не поцарапал, папин вояка, мамин симпатяга.

Вторым заржал Павел, а там уже и Алексей. И все прошлые события вновь забылись.

В итоге купание в горячем источнике, который, кстати, бил где-то под моими ногами, окончательно нас разморило. Наши тела уже восстановились и насытились маной и духовной энергией, но здоровый сон никто не отменял. Здесь же рядом нашлись бамбуковые лежаки, на которых мы и разместились. Для себя я сдвинул сразу два — один бы меня не выдержал.

— Ну, братцы… — Павел взял своё зелье и зубами выдернул пробку. — Будем?

— Будем! — хором ответили мы с Верещагиным, проделав всё то же самое.

— А мы⁈ — на нашу половину ворвались семь красоток, закутанных в полотенца и со своими зельями в руках.

Ну не отказывать же им, когда у них так эротично полотенца на бёдрах натягиваются. Правда, мы тут голые лежали, но парни стыдливо прикрылись полотенцами. Я же не имел ни стыда ни совести. Поэтому так и остался лежать. Мы чокнулись восстанавливающими зельями, притащили с девчачьей половины лежаки и улеглись спать. Гоша опять сплёл себе гамак, в который тут же улёгся, а Альфачик обдал всех брызгами, отряхнувшись. После этого рухнул на землю там где стоял.

Я дал себе чёткую команду проснуться через два часа. Хотя… Нет, лучше три. Здесь время течёт иначе, поэтому можно позволить всем отдохнуть чуть больше.

Победить Деникина будет непросто. Понадобятся все мои силы. И силы моих друзей тоже.

Глава 15

Купание и сон пошли всем на пользу. Пока мы спали, наши тела дополнительно насытились духовной энергией. После этого даже я заметил, что уровень насыщенности духовной энергии в этом месте упал. Это и радовало, и печалило одновременно.

Значит, это место полностью независимо от настоящего Духовного пространства. И можно не беспокоиться, что Разум Роя нас здесь достанет.

Плохо, что рано или поздно в Духовное пространство нужно будет вернуться, чтобы зарядить эту штуковину. Мне кажется, как-то так оно и должно работать, но проверять пока нет времени.

Была ещё мысль, чтобы Павел выпил усиливающее зелье здесь же, но её я отмёл. Имею в виду то самое, которое мы с девушками и животными пили у меня в поместье. Павел же его использовать ещё не успел. Даже спрашивать его не понадобилось. Я бы заметил. Да все бы заметили. В общем, неизвестно, как среагирует заводной апельсин на столь мощный всплеск энергии. Вдруг выкинет в настоящее Духовное пространство? Или обратно в тоннели Кротовых. А там нас быстро накроют остатки сил Деникина, едва почуют магическую ауру царевича.

Проснулся я первым и ровно через три часа. По крайней мере, я сперва так подумал, но быстро заметил один пустующий лежак. Не хватало графини Вдовиной. Остальные же девушки, животные и парни всё ещё мирно спали, а их тела были покрыты ровным слоем шоколадного загара. Кроме Агнес, Маши и Лакроссы, естественно. Зелёные стали ещё зеленее, каждая в свою сторону, а Лакросса потемнела и стала больше похожа на мулатку с металлическим оттенком кожи. Ей это безумно шло.

Ступая осторожно, я накрыл обратно полотенцами тех, кто из-под них вылез, и отправился на поиски графини.

Японский дом, в котором мы оказались, включал в себя несколько небольших комнат, соединённых одним коридором. Он шёл вдоль одной из стен. Комнаты были похожи одна на другую, а графини в них не оказалось. Как и выхода. Но Лакросса упоминала, что выбралась с помощью духовного маяка. Взглянув духовным зрением, нашёл этот маяк, но проверять его не стал. Успеется.

Пройдя большую комнату с циновкой, где мы появились, вышел на ту половину сада, где была женская купальня. Её и окрестности заволокло паром. Сквозь клубы увидел женский силуэт, собиравшийся войти в воду.

— Я думал, вы уже накупались, графиня, — сказал я.

Это была Вдовина, вне всяких сомнений. Её тело дёрнулось и чуть в воду не упало, когда я заговорил.

— Что, пришли удовлетворить своё любопытство, барон? — нашлась она.

А я видел, как она спешно одевает нижнее бельё.