Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

какая-нибудь подляна от тренера. При этом, в отличие от Хэлмираша, лысый не щадил меня совсем. Огненные шары взрывались, земля закапывала, дышать становилось нечем, вода забивала глотку так, что я ещё долго откашливалась. Про то, что ветер таскал меня по всей площадке — промолчу. И это все буквально на глазах моего курса. Рычание из-за веток заставляло меня грустно усмехаться. Сначала думала, что злятся, мол у них Наставник такой хлипкий. Остальных троих иди попробуй так по траве пометать, ага. Сами кого хочешь куда хочешь метнут. Но после первой же тренировки мои демонята утащили меня в башню к Хэлмирашу буквально на руках, принесли туда же обед, сбегали за аптечкой. Потом хлопнули себя по лбу и пригнали где-то отрытого молодого магистра-целителя. Пусть после татуировок магия целителей стала на меня действовать несколько слабее, но все равно эффект был достаточно мощный. В общем, жалели демоны меня, как могли, относясь, наверное, как к младшей сестре. И все наращивали в себе злость на Дармина. Я даже как-то сообщила об этом тренеру, когда заметила в глазах Искраса особенно нехороший огонек после того, как тренер сломал мне руку при очередной атаке. Перелом тут же залечил целитель, но мои маты сразу же после ранения демоны слушали с хмурыми лицами. Правда, Дармин только улыбнулся мне, сказав, что это даже хорошо. Злые демоны лучше тренируются. И видя, как играючи он продолжает разбрасывать их по сторонам полигона на занятиях, я понимала его уверенность в себе. Хоть и не одобряла любовь к провокациям.

По мнению Хэлмираша, эти тренировки должны были меня достаточно выматывать, чтобы не совалась куда попало. Я действительно серьезно осела дома, но это было связано совсем с другим: мы с Тигром наконец перешли от теоретических обсуждений лекарства от шрамов к практике. Поэтому теперь вдвоем все вечера зависали в лаборатории, подбирая комбинации и готовя экспериментальные образцы. Выгонял нас оттуда возвращающийся с работы Хэлмираш. Увлекающийся Тигр, впервые за свою жизнь попытавшийся бунтовать и противиться отцовскому утверждению, что молодому демону необходим здоровый сон, почувствовал на себе бескомпромиссные методы воспитания Хэлмираша: отец просто схватил его за воротник, переместился в его комнату и метнул сына на кровать. Вместе с той колбой, которую Тигр держал в руках. Младший ошалевшими глазами молча наблюдал за тем, как страж без лишних слов вышел из комнаты, захлопнув дверь. Заглянувший в тот вечер домой Ли хохотал, как ненормальный, после чего похлопал брата по плечу и сказал, что это ещё цветочки. Вот когда на магическую цепь к батарее привяжут — тогда уже надо будет начинать волноваться.

Я же, на правах взрослого человека, иногда позволяла себе поворчать и задержаться, когда эксперимент этого действительно требовал. Меня за воротник перемещать пока не пробовали, только долго и пристально смотрели. Обычно этого мне хватало, уж больно усталые у Хэлмираша были глаза.

Но даже мои посиделки в лаборатории страж нашел, как уменьшить. Просто однажды перед сном он бросил мне на кровать книжку в палец толщиной.

— Это ещё что? — с любопытством посмотрела на корочку. И поморщилась, как от зубной боли — передо мною был свод правил этикета для стражей. Приём алларов приближался, и мне необходимо было заучить её всю. Тут меня одолело любопытство: — Слушай, а этикет для дам какой по толщине?

Хэлмираш молча распрямил ладонь, лишь немного согнув пальцы.

— Ты же знаешь, что я тебя очень люблю? — выдохнула. У меня волосы дыбом вставали, стоило только подумать, что, не запиши муж меня в стражу, пришлось бы всё это учить. Да ещё и отрабатывать.

Страж хмыкнул и кивнул. А мне пришлось выкраивать время и для этого, уточняя по вечерам у Хэлмираша некоторые моменты поведения, которые не понимала. Заморочек оказалось неожиданно много: с кем можно говорить, на кого можно смотреть, на кого нельзя. Оказалось, встречаться глазами с императором разрешалось не более, чем на две секунды, дольше уже только при личном разговоре либо танце. Но танцевать с императором мне не грозило, я ж там не как дама буду. Стражам вообще танцевать было запрещено. Как и употреблять пищу или питье во время мероприятия. Бедолаги должны были выстаивать многочасовые приемы, отрабатывая столбами с глазами. Перемещаться разрешалось, но только по периметру зала, либо на выход из него, в центре имели право находиться только личные телохранители или начальник — то бишь Хэлмираш. И много ещё вот такой подобной мути. Я попыталась подкатить к Хакету с вопросом разрешения на личного телохранителя, но маг меня удивил, сообщив, что императорский двор отказал в подобном его жене. Мол, престиж дворца опустится, если золотая заявится на него с официальным телохранителем. На мое удивленное восклицание, что это же бред полный, Хакет согласно и грубо выругался. Но ни я, ни он ничего поделать с этим не могли, кроме как попросить Хэлмираша поставить меня в список стражей, которые будут присутствовать на подписании документов. Тот, скрипнув зубами, согласился. И только существенно позже я узнала, что стражей на этом мероприятии полагалось только двое, и я своей просьбой подвинула Артура. Понадеялась, что рыжий великан не слишком на меня обиделся.

В один из вечеров Хэлмираш вдруг вернулся из дворца с продолговатой шкатулкой. Я, сидевшая перед камином с ненавидимой уже книжкой по этикету, сразу зацепилась за неё глазами:

— Что там у тебя?

Страж не стал мучить меня и сразу же подошел, положил шкатулку мне на колени.

— Выбери, что понравится,— а сам отправился переодеваться наверх.

Я тут же открыла шкатулку и с удивлением уставилась на содержимое: россыпь камней разного цвета, размера и огранки. Такое ощущение, что их просто насыпали по просьбе: понемногу и всего. Глаза разбегались, я любовалась отсветами камина, играющими на гранях. Услышав шаги на лестнице, уточнила:

— А по какому признаку выбирать-то?

— Я же сказал: что понравится,— невозмутимо повторил страж и скрылся на кухне.

Хмыкнула: ну вот как по таким расплывчатым характеристикам работать? Ну да ладно. Переместилась на ковер, высыпала камни, разровняла рукой. Повытаскивала все фиолетовые, несколько синих и два оранжевых: первый и последний — мои любимые цвета, а вот синий, как выяснила ещё давно, нравился Хэлмирашу. Продемонстрировала вернувшемуся стражу свой выбор. Тот кивнул, ссыпал отобранные камни в отдельный мешочек, затем собрал оставшиеся в шкатулку и все это сунул в карман рабочей куртки.

— И ты мне не скажешь, для чего это? — пытливо поинтересовалась.

Но Хэлмираш качнул головой:

— Пока нет.

Осталось лишь