Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Документы заранее готовим!

— Тут все так серьезно? — Я даже как-то немного растерялся. — Паспорт-то хоть подойдет?

— Этим бюрократам лишь бы людей озадачить, — поморщился вставший за мной Константин Крестовский. — Сколько ни жаловались, все без толку, ничего не меняется.

— Без бумажки ты букашка, а с бумажкой человек! — с улыбкой продекламировал Напалм и вытащил из внутреннего кармана убранные в пластиковый файл свидетельство о рождении и удостоверение о регистрации в качестве частного охранника.

Его бумажки таможенного контролера вполне устроили, оказавшиеся у нас с Мариной в наличии паспорта граждан Российской Федерации тоже вопросов не вызвали, а вот с Крестовским вышла заминка.

— Чего вы мне паспорт несуществующего государства суете? — возмутилась тетка в сером мундире без каких-либо знаков различия и кинула обратно в лоток паспорт СССР.

— То есть, получается, свидетельство о рождении, выданное в несуществующем государстве, вы принимаете, а паспорт нет? — уел ее начальник охраны. — Опять к начальнику идти?

— А, это вы… — поморщилась контролер. — Давайте сюда.

Забив данные в допотопный компьютер, она вернула Крестовскому паспорт, приложив к нему при этом какой-то блестящий жетон.

— Это что такое? — удивился я. — Почему нам не дали?

— Местное удостоверение личности, — пояснил рассовывавший документы по карманам Константин. — Вам пока оформляют, Михал Григорьич позже выдаст.

— И зачем оно? — уточнил Напалм.

— Обязаны предъявлять по требованию местных правоохранителей. Да и в гостиницу без него не заселят, — предупредил начальник охраны. — Нелегалов так и ловят в основном.

— Дела!

— Смотри, — легонько ткнул меня в бок Напалм и кивком указал на осунувшегося парня в кожаной куртке, который прошелся вдоль очереди, внимательно разглядывая людей.

— Это кто?

— Конь в пальто, — понизил голос пиромант, — в кожаном. Колдун, кто ж еще.

И в самом деле, стоило пареньку с запавшими глазами фанатика скрыться в служебном помещении, как вновь ожил нещадно хрипевший громкоговоритель:

— Люди с паранормальными способностями получают пропуска во втором кабинете! Повторяю, людям с паранормальными способностями пройти во второй кабинет!

— Ну?!

— Не дергайся, — успокоил я пироманта, не уловив ясновидением ни намека на реальную угрозу. — Это просто блеф.

Регистрироваться в качестве уника я не собирался. В моей работе клеймо ясновидящего закрывает слишком многие двери даже в куда более терпимом к таким вещам предпринимательском сообществе Форта. А тут еще и регистратор какой-то цепляют! Да и за лицензию деньги просят. Ага, разбежался!

— Думаешь, прокатит? — шмыгнул носом пиромант.

— Колдунов они вычислять, может, и научились, а мы только сами спалиться можем. Поэтому поаккуратней.

— Спалиться? Это точно — можем, — усмехнулся Напалм. — Хотя у меня зажигалка есть, так что не спалимся.

— Это вы о чем? — заинтересовалась приводившая себя в порядок у висевшего на стене зеркала Марина.

— Да так, о своем, о женском, — хмыкнул пиромант. — Идемте уже. Вон народ на выход потянулся.

И точно — гревшиеся в тепле работники перестали травить байки и все как один отправились во двор. Михаил Григорьевич к этому времени уже закончил оформлять бумаги, а пересчитавший обозников таможенник скрылся в служебных помещениях.

— Долго тут торчать еще? — поинтересовался я.

— Да нет, — огладил бороду торговец. — Сейчас декларацию заверят и отпустят.

— А людей он зачем считал?

— Чтоб никто по дороге не потерялся, — хитро улыбнулся Михаил Григорьевич. — Тут с нелегальной миграцией строго.

— А если я в Северореченске остаться захочу? — забеспокоился я. — Я ведь захочу!

— Получишь разрешение, и на его основании в нашу декларацию исправления внесут.

— А жетоны когда выдадут? — спросил Напалм и закурил, воспользовавшись не даром повелителя огня, а одноразовой зажигалкой. Ладно хоть к этому всерьез отнесся.

— А все сразу и принесет.

— Ну и как тут тебе? — Успокоившийся пиромант вслед за мной отошел к нашим саням. — Легче дышится?

— Не знаю пока, — признался я. — С одной стороны, магический фон слабый, с другой — настолько комфортно себя давно не чувствовал. Сейчас пока колебания от Границы идут, а подальше отъедем — вообще тишь да гладь будет.

— Это да, — глубоко затянулся Напалм. — Тишь да гладь. Если какая-нибудь заварушка начнется, придется сразу "магистром" закидываться. Иначе просто не потяну ничего серьезного при столь низкой насыщенности. Тебе-то другое дело.

— Не уверен, что другое, — поежился я. — Заранее опасность могу не почувствовать. А все время настороже быть — так это мозги закипят. Но, с другой стороны, варианты просчитывать несколько проще должно быть.

— А чувствуете, мальчики, как весной пахнет? — присоединилась к нам Марина.

— Куревом тут пахнет, — усмехнулся я.

— Нет, — к моему удивлению, поддержал девушку Напалм, — действительно, здесь уже весна чувствуется.

— А чего вы хотели? — забрался в сани Михаил Григорьевич. — Тут юга! Тепло!

— Нормально все? — уточнил я.

— Да, держите. — И торговец протянул нам пластиковый пакетик с тремя жетонами. — Да не выбирайте, они все одинаковые! Просто обертку уберите, и они на вас сами настроятся.

Я последовал совету и почувствовал, как в металлическом кругляше заворочалась непонятная волшба. Обжегшее холодом кончики пальцев заклинание намертво привязало жетон ко мне, и обнаружить эту энергетическую нить теперь мог любой мало-мальски опытный колдун.

— Если от жетона больше чем на двадцать метров удалитесь, он разрушится, и будут проблемы, — предупредил Михаил Григорьевич. — Так что не забывайте с собой брать.

— Вот, блин! Придется его теперь и в туалет таскать! — фыркнул Напалм.

— Многие дырки пробивают и на шее носят, — поведал нам торговец.

Тем временем пограничники распахнули ворота пропускного пункта, и коняги, постепенно набирая скорость, покатили сани по проложенной напрямик через лес дороге. И дорога эта оказалась не чета нашим — ровная и прямая, действительно наводившая мысли о самом настоящем автобане. Каких усилий поддержание всего этого благолепия требует, даже не представляю.

Тут мало раз в неделю бульдозер пускать, тут едва ли не круглосуточно чистить надо. Но зато и катим так лихо, что просто диву даюсь. А для автотранспорта вообще раздолье. Благодать, одним словом!

И кругом — поля, поля, поля…

Куда ни глянь, везде одни поля да облетевшие по зимнему времени фруктовые деревья. Лесов почти нет. Так, изредка на глаза дубовые рощицы и сосновые боры попадаются.

Сразу ясно становится, что сельское хозяйство тут в почете. Ну да если климатические условия позволяют, почему нет? И сам прокормишься, и на продажу останется. А с таким размахом наверняка и на черный день часть выручки отложить получается.

И пусть дорога шла в обход крупных сел, время от времени попадавшиеся по пути деревни и хутора производили самое благоприятное впечатление. Чистенькие, ухоженные дома; расчищенные от снега подъездные пути; добротные ограды, сверкавшие накопителями Иванова на вкопанных в землю столбах.

Да, накопителями. Их тут полно, а значит, ничто