Куратор 3 - Никита Киров

Он уставился на меня. Клюнул он тогда, как я и думал. Поверил в легенду.

— Ты же думал, что он действует против тебя, — продолжал я. — Вот и начал подозревать компаньонов, что они тебя кинули, да? А те перепугались, что ты замолчал, подумали, что ты выходишь из игры. И кинули. Вот и пошёл разлад. А всё это время Гойко был мёртв.

— Какого хрена тут происходит? — устало произнёс он. — Давыдов сдох! А ты просто его однофамилец!

— Тут ты не прав. Кофе бы, — я поглядел в сторону. — Сейчас-то давление меня не мучает, как ты всё переживал. Хотя в отпуск бы не отказался — теперь точно заслужил. В прошлый раз сходить не удалось, расследовал смерть Петровича. А потом увидел, как ты свой платок доставал, чтобы меня прижать. Думал, что я не знаю про этот сигнал.

Трофимов промолчал, недоверчиво глядя на меня. Конечно, в такое поверить нельзя. Но тембр голоса, знание разных вещей и прочее заставляли его сомневаться.

А я ему сильно раздумывать не давал.

— Как вообще это возможно? — недоверчиво прохрипел он. — Я сам был на твоих похоронах.

— Какая разница? Давай заканчивать, Игорь Сергеич. Я в курсе про проект «Фантом», про систему «Щит». И помню, как ты тогда говорил, что твоей страны больше нет. Давай уже, облегчи душу. Кто твой шеф в «Горизонте событий»? Кто другие помощники?

— И зачем мне это говорить? — пробурчал он.

— Я мог тебя грохнуть в любой момент, но всё это время пытался выйти через тебя на остальных. Теперь выйду на них в любом случае, с тобой или без. Всё уже далеко зашло.

— И что, арестуешь их? — старик скривился.

— Разве это поможет? — спросил я. — Ты не хуже меня знаешь, как люди вроде нас с тобой решают такие дела.

Он смотрел на меня недоверчиво. Но, кажется, ему уже было нечему удивляться. Впрочем, его мозги всегда работали живо, и он реагировал на всё быстро. И хоть не принимал на веру ничего, под новые обстоятельства старик подстраивался быстро.

Даже в наше очень технологичное время, хоть он и охотно оставлял себе старые чудаковатые привычки, но разбирался во всех этих приблудах неплохо.

Впрочем, время изменилось, а солнце над нами светит то же самое, что и в дни его молодости. Меняются, может быть, внешние привычки, но внутри люди остаются теми же самыми, что и всегда.

А он в людях разбирался.

— Я тебе не верю, — Трофимов покачал головой. — Но схема… да, такое Давыдов смог бы устроить. Его стиль. Хороший был мужик. Кто-то из его знакомых всё это устроил… так что…

— Да чё ты так упёрся, Сергеич? — я посмотрел на него. — Твою дивизию, уже попался, всё, конец, карты раскрывать пора.

Один из охранников начал дёргаться. Я глянул на него — агония. Нога просто пританцовывала.

А дроны уже сели на землю, их моторчики затихли. Опасное это оружие, но это лишь прототип другого, более мощного и масштабного.

Трофимов хмыкнул, поглядев на меня, и дотронулся до раненого, уже посиневшего уха.

— Не бывает так, — произнёс он. — Люди из мёртвых не возвращаются.

— Как видишь, возвращаются, — мрачно сказал я. — Я тебя знаю отлично, вот и получилось. А получилось, потому что ты в мою сторону не смотрел. Теперь давай к сути.

— А вот саму суть, Борисыч, ты не уяснил, — тихо сказал он, будто сам себе не веря, что так сказал.

— Расскажи.

— Это не было предательством, — Трофимов поморщился. — Той моей страны больше нет.

— Ты уже говорил, — я отмахнулся. — Теперь есть другая, и мы работаем на неё. А ты её предал.

— А вот те, кто тогда победил, остались, — упрямо выдавил он сквозь зубы. — Они до сих пор празднуют победу. Но они боятся, что мы поднимем голову. А потом узнали про проект «Щит». И заплатили хорошие деньги, чтобы в него внедрили этот проект «Фантом». Физический вирус, как говорил Воронцов. А ты с ним, похоже, разговаривал сам.

— Было дело. Но вы же всё усложнили. С этими двойниками. На них и попались.

— А вот про систему с двойниками очень мало кто знал. — Трофимов поджал губы. — Только ограниченный круг людей. И то, что об этом стали знать больше — это твоя вина. Ты вмешался, они запаниковали, подумали, что я подведу, и начали искать других. Иначе бы посторонние это не узнали. Но это не проект «Фантом».

— Объясни, — я наклонился ближе, но следил за ним.

— Ещё не поздно это исправить, — упрямо говорил он. — Утечка небольшая, об этом знают единицы. С ними можно решить вопрос, и всё удастся.

О чём он вообще? «Фантом» — это лазейка в «Щите», чтобы обратить систему вооружения против нас. Программист Воронцов говорил о внедрении туда вируса через фальшивые дроны, чтобы всё удалось, но недавно возникли эти двойники, о которых он не знал.

И почему тогда Трофимов говорит, что это не связано?

— Объясни, — снова потребовал я.

— Я тебе и объясняю, Борисыч, — Трофимов хрипло откашлялся. — Наш враг победил тридцать пять лет назад. Страна была уничтожена, он праздновал победу. Но опасались, что расплата придёт.

— Говори дальше.

— Они платили за «Фантом» как за простой проект с физическим вирусом.

Трофимов глянул на меня снова, недоверчиво качнул головой, но продолжил:

— Помнишь, как ты учился в восемьдесят девятом году? То особое задание.

— То проникновение на завод? — вспомнил я.

Судя по взгляду, старик смирился с невозможным объяснением. Потому что это мало кто мог знать.

Тогда у меня было такое задание для обучения, ещё в КГБ, и я его выполнил. И выполнил просто — дал сторожу пузырь водки, он напился, и я спокойно прошел на секретный объект.

А если получилось у меня, то всё мог сделать и шпион. Впрочем, сторожа не наказали — страна уже разваливалась, всем стало не до этого.

Трофимов перевёл дыхание и поглядел на лежащий на асфальте сбитый дрон.

— Они были уверены, — продолжил он, — что проект «Фантом» сделает почти всю работу, а всё остальное завершат: подкупы, шантаж и обычное человеческое распиздяйство. И наш русский авось.

— И когда должны были внедрить «Щит»?

— В ближайшие несколько лет, и наши враги получили бы к нему ключики. И запустили бы проект «Фантом», чтобы поставить эту страну раком.

— А при чём тут цифровые двойники?

Тут старик начал улыбаться.

— Они там у себя тоже страдают от распиздяйства. Мы тогда в 75-м смогли пройти на