На темной стороне - Оксана Кас

Конец музыкального проигрыша, Хару толкает полупрозрачное сахарное стекло, благодаря которому тени силуэтов выглядели более четкими. Падая, сахарная субстанция разбивается на множество осколков. Хару и парни — в обуви на толстой подошве, а вот их партнерши — в профессиональных бальных туфлях с очень тонкой подошвой. Поэтому Хару берет Джесс на руки и переносит к той части сцены, где уже нет сахарных осколков. Он видел запись этого момента — выглядит как минимум стильно.

Ему кажется, что визг в зале переходит в ультразвук — видимо, номер оставил всех в полнейшем восторге. Но времени на размышления нет, уже начинаются первые аккорды «Salty skin»… некогда любимой песни Чанмина.

Девушки-танцовщицы активно выступают на сцене только в первом акте концерта. Тридцать минут — семь песен с небольшими перерывами на отдых и разговоры. Затем — перерыв почти пятнадцать минут, когда зрителей в зале развлекают предложением подпевать песням в стиле караоке. Второй акт: уже больше разговоров, всего шесть песен, но все с активной хореографией. Выступают они в красивых красно-черных костюмах, на которых вышиты розы. Причем у каждого — свой собственный, индивидуальный костюм. И третий акт, семь песен, практически без хореографии. Наряд — обычные джинсы и футболки, у Сухёна — смешная шапочка с ушками. Это практически классика к-поп концертов, когда финальный акт — время для веселья и развлечений.

В конце они снова поблагодарили поклонников и, как и договаривались, всемером выполнили традиционный поклон чоль — самый низкий.

Это даже не было чем-то навязанным, они делали это не из страха… Они действительно были благодарны своим фанатам. Во всех СМИ, на интернет-форумах, в социальных сетях — везде Black Thorn пророчат скорое расформирование, называют их «токсиками» и «проблематиками», требуют посадить в тюрьму сразу всю группу. Но при этом — билеты в солдауте, полный зал, распроданный мерч… и невероятный уровень поддержки.

Уйдя со сцены, Хару тут же почувствовал, как на него наваливается усталость. Мышцы разом стали ватными — кажется, до этого он держался преимущественно на силе воли и концертном адреналине. Менеджер Пён уже был рядом: полотенце на плечи, пауч с пюрешкой в зубы, сам менеджер идет рядом с ним с небольшим ручным вентилятором.

— Всё в порядке? — кричал стафф, — Травм нет? Кому-нибудь нужен врач?

— Мне нужна еда! — громко заявил Тэюн.

Все начали хохотать. Хару, посасывая содержимое протеинового пакетика, обернулся к остальным. Они-то уже более-менее привыкли к тому, что происходит с телом после двухчасового марафона танцев и пения, а вот Сая трясло. Врача он не звал, но штатный медик уже крутился рядом, задавая уточняющие вопросы. Сай отрицательно мотал головой. Судя по тому, что медик потащил его куда-то в сторону, в хорошее самочувствие не поверили, сейчас какое-нибудь успокоительное дадут, чтобы минимизировать риски для нервной системы.

Хару же чувствовал себя… хорошо? Он устал и физически и морально, но жесткого «отходняка», как в прошлые разы, не было. Он с аппетитом перекусывал предложенными паучами, выпил еще немного воды, позволил привести себя в порядок… и уверенно первым шагнул в коридор — делать фото с гостями и принимать поздравления.

Еще часик нужно поработать, и их повезут спать.

Глава 25

Время удивляться

Наён собиралась на концерт тщательно. Сначала хотела идти в платье, но посчитала, что это будет лишним и выбрала легкие летние брюки и блузку с коротким рукавом. На всякий случай взяла с собой тонкий кардиган — вдруг внутри будет холодно.

Крестная предоставила Наён билеты в гостевую ложу, хотя хотелось, разумеется, в фан-зону. Прежнего уровня фанатизма уже не было, но было что-то вроде желания… испытать опыт обычной фанатки? Поэтому Наён, через перекупщиков, купила на завтра билет в фанзону, ничего не сказав крестной. Сегодня же она просто посидит.

Наён еще утром побывала на стадионе, шофёр отвез. Она купила мерч, лайтстик, потом вернулась домой — пообедала, поболтала с дедушкой, спокойно собралась и вернулась к стадиону. В местах на гостевой трибуне есть свои плюсы — отдельный вход, быстрая рассадка. Наён слышала, что гостевую трибуну обычно выбирают так, чтобы артисты со сцены могли рассмотреть своих гостей. Наён проверила билет — ее место в первом ряду… легкой неловкости не избежать — ее могут заметить парни из Black Thorn. В том, что ты знакома с группой, которая тебе нравится, есть и отрицательные стороны.

Наён начала продвигаться к своему месту, когда внезапно увидела папу, его экс– супругу и Чимина.

— Как вы здесь оказались? — удивленно спросила она, подойдя ближе.

— Хару-я прислал нам билеты, — с улыбкой ответил Чимин, — Никогда не был на к-поп концертах. Чувствую себя немного некомфортно…

— Еще бы… концепт у них далеко не для мальчиков, — удивленно сказала Наён.

Она почти не знала Чимина. В новогоднюю ночь, выпив бокал шампанского, она немного расслабилась и с удовольствием проболтала с ним чуть ли не до утра. Сейчас снова как-то засмущалась. Он так похож на папу!

Было странно с ним общаться. Технически, это из-за ее рождения папа развелся с Хаджин. Она сотни раз слышала, что они всегда были друзьями, развод ничего не изменил для них… но вряд ли ничего не изменил для Чимина.

Долгое время Наён не была знакома с ним. Познакомилась уже у крестной, которая пригласила племянника в гости. Но это было всего несколько дней, Чимин тогда не был заинтересован в общении, хотя относился к ней по-доброму… Он был ужасным «задротом» — его интересовала учеба, рок-музыка и художники-экспрессионисты. Наён ничего не понимала во всех трех темах, так что они лишь немного поговорили о погоде и еде… сейчас Чимин точно заинтересован в общении, он даже поздравлял ее с днем рождения и написал трогательное сообщение, когда Наён решила уйти из шоу. Было немного страшно об этом думать, но, кажется, у нее действительно появился шанс получить старшего брата, о котором она когда-то мечтала.

— Если концепт не для мальчиков, то мне должно понравится? — весело спросила Хаджин.

— Не знаю, — неловко улыбнулась Наён, — Возможно.

— Что, слишком молоденькие для меня? — еще веселее спросила Хаджин.

Наён даже смутилась. Ее мама тоже была достаточно прямым человеком, но в обществе она бы ни за что не стала так спокойно иронизировать и над концептом мальчиковой группы, и над тем, что в сорок лет неприлично фанатеть по восемнадцатилетним парням.

— Мы