На темной стороне - Оксана Кас

Наён тихо засмеялась.

— Вы здесь сидите? — уточнила она.

— Да, — кивнула Хаджин, — Вот эти три места. А ты где?

— Во-о-он там, впереди, — Наён указала на пока пустое место в первом ряду, — Я хотела в фанзону, но крестная сказала, что это недопустимо…

— Ты — фанатка? — удивленно уточнил Чимин.

Наён чуть повернулась, демонстрируя висящую на сумке игрушку — черную пантеру Хару.

— У меня и лайтстик есть, — добавила она. — Мерч я уже домой отправила.

— После концерта пойдешь фотографироваться с группой? — спросил папа.

Наён неуверенно повела плечами:

— Не знаю… я стесняюсь — мы знакомы лично, может быть немного неловко. Особенно после всего, что учудили фанатки Хару. Не хотелось бы быть похожей на сасэнку… особенно после того случая с фотосессией.

Папа тихо засмеялся, а Хаджин и Чимин удивленно на него посмотрели.

— Я вам дома расскажу, — пообещал папа. — Ладно, иди на свое место поближе к сцене… Не уходи после концерта, поужинаем вместе, хорошо?

Наён с улыбкой кивнула и спустилась по проходу ниже, к своему месту.

Концерт был просто потрясающим. Костюмы, декорации, спецэффекты на сцене, постановка звука — все на высшем уровне. Даже не верилось, что они смогли сохранить такой уровень выступления, добавив участника всего две недели назад… даже чуть меньше двух недель.

Больше всего, конечно, удивил дэнс-брейк в стиле «танца теней». Наён уже понимала, что ей просто необходима запись, где будет видно всю сцену целиком. Движения каждого танцора в «коробке» немного отличались друг от друга, Наён видела это краем глаза, просто наблюдала только за Хару. Она узнала его по фигуре и прическе, плюс по уже сформированному стилю танца. За год Хару сильно вырос как танцор, его движения точные, но мягкие и плавные. Есть в нем действительно что-то кошачье.

В тот момент, когда партнерши открыли люки в своих «коробках», Наён даже привстала с кресла. Чтобы комфортно двигаться внутри коробок, у парней должно было быть достаточно места. Высота кубов — как минимум метр девяносто пять, потому что рост Шэня почти метр девяносто. Девушки, прежде чем спрыгнуть, сели на пол, опустили ноги в люк, а снизу их поймали парни… Все равно выглядит самоубийственно… Нет, Наён понимает, что этот «трюк» хорошо отработан — видно, что парни готовятся ловить партнерш, девушки даже на секунду не замешкались перед прыжком… но со стороны выглядит страшно.

Последующий совместный танец и разбитое стекло (если это вообще стекло) лишь усилили эффект чего-то невероятного.

Наён начисто забыла, что обещала себе вести себя прилично и не орать как ненормальная фанатка… но на этом моменте она начисто забыла об этом обещании — сорвала голос вместе со всем залом. Было немного неудобно, что в гостевой ложе так себя вела она и еще две девочки, на них все смотрели… Но эмоции в тот момент были слишком сильными.

Наён все же решилась и пошла вместе с папой за сцену, фотографироваться с Хару. И уже на месте поняла, что… некоторые вещи не понимает.

Ей казалось, что Хару выслал папе билеты, потому что тот как-то помогал ему с карьерой, фотографировал. Но их короткое общение было каким-то… более личным. Хару знал и Хаджин, и Чимина, у них были общие темы для разговора.

— Мы приготовили тебе подарок, — сказала Хаджин, — Ты же в понедельник будешь дома? Доставят с утра.

— Доставят? — удивился Хару. — Скажите, что это не стол в форме кота — Хансу шутил, я не настолько люблю котов…

Все почему-то начали смеяться.

— Нет-нет, не стол. И коты там никак не фигурируют, — ответила Хаджин. — Захотели сделать тебе небольшой подарок на новоселье, но быстро такие вещи не делаются, поэтому дарим позднее.

Наён нахмурилась: на новоселье? Она понимала, что Хару не останется в старом доме, после того «концерта» у него под окнами. Но почему папа с семьей был на его новоселье?

— Вы очень хорошо выступили, — уверенно сказал Чимин.

— Правда? Спасибо. Но я удивлен, что это говоришь ты… Мне даже как-то неловко, — смущенно признался Хару.

— Да, меня предупредили, что я — не целевая аудитория, — тихо засмеялся Чимин и хитро посмотрел на Наён.

Наён смутилась еще больше. Вообще, она тоже принесла Хару подарок. Так, на всякий случай. Хотя… кого она обманывает? Ей эта вещь не нужна, она заказывала ее через специального человека, ждала доставки из США — все это точно не для того, чтобы оставить подарок у себя. Поэтому она нащупала шершавую крафтовую бумагу в сумке, готовясь вытащить ее наружу, как только подвернется момент.

— Вы очень хорошо выступили, — продолжала нахваливать Хару Хаджин, — Такая сценическая экспрессия, такие красивые танцы. И я бы не сказала, что это выглядело слишком… как вы это называете?

— Фансервисно, — подсказал Хару, — Если вы имеете в виду — ориентирование на определенную категорию слушательниц.

— Именно. Все было понятно и стороннему зрителю, я не чувствовала себя некомфортно из-за слишком явных заигрываний с фанатками, — уверенно сказала Хаджин, — Я искренне наслаждалась.

— Мне тоже понравилось, — добавил Чимин. — Если весь к-поп такой — то я понимаю, почему музыка моей родной страны так популярна в мире.

Они снова начали тихо смеяться. Наён крутила головой, слушая всех по очереди, ощущая себя немного лишней. Как давно они знакомы? Почему настолько хорошо общаются?

Потом сделали несколько фото. Не для прессы, просто на память.

Наён познакомилась с мамой Хару. Та казалась совсем маленькой рядом с рослым сыном, смущенно улыбалась и цепко прижимала к себе красивую сумочку Chanel. Если быть точнее — она так крепко держала эту сумку, что даже костяшки побелели. Пиджак на ней тоже был от этого бренда, винтажный — сейчас так уже не шьют. Хару похож на маму. Не сильно, но общие черты однозначно прослеживаются.

Когда закончили с фотографиями и разговорами, папа с Хаджин и Чимином собрались уходить. Наён глубоко вздохнула, вытащила из сумки свой подарок и протянула Хару:

— Это подарок, в честь первого концерта. Книга.

— Книга? — удивился Хару и искренне улыбнулся: — Спасибо. Я почитаю.

— Возможно, ты ее уже читал на корейском… этот вариант на английском.