Игра Хаоса. Книга 14 - Алексей Рудольфович Свадковский

бы это забавно ни звучало. С ним я становлюсь сильнее, познаю новое… И, знаешь, мне нравится быть частью чего-то, быть нужной не только себе самой, знать, что, если случится беда, Рэн точно так же, как спасает сейчас чужих для него людей, помчится на край мира спасать и меня. Оказалось, мне это по-настоящему дорого.

Арден, задумавшись, на миг прервал свою работу, с удивлением посмотрев на нее.

— Знаешь, сейчас я, кажется, начинаю понимать, зачем отец послал меня в Радугу миров, и чему я должен учиться у людей.

……………….

«Да где же ты?» Кору-Кору пытался ощутить, откуда исходят импульсы, порождавшие заклинания, что буквально выкашивали ряды его слуг. Он даже впал в некую оторопь, не ожидая столь мощных ударов, ведь среди Игроков не было служителей Хаоса высшего ранга, максимум — полководцы, да и то лишь один. А тут более полутора дюжин засветок от заклинаний не ниже шестой ступени, выпущенных со всех концов поселения. Откуда у них такая мощь?

Огромные глыбы с грохотом врезались в землю, с неба рушились ливни ледяных стрел и фонтаны кислоты, мощные вспышки взрывов разрывали на куски все, что попадало в зону поражения, кромсая тела его детей. Удар следовал за ударом, выявляя множество позиций, из которых исходят мощнейшие атаки. Если так продолжится, его армию просто сметут, только вот долго такой темп обороняющиеся поддерживать не смогут. Все заклинания хаоситов создаются уходящими на длительную перезарядку картами, лучшие из которых, золотые, имеются у рядовых Игроков в крайне малом количестве. Исходя из того, что он узнал из мыслей Хотреша, у обычных бойцов малых кланов их более одной или двух быть не должно, а значит, силы для масштабных атак скоро останутся только у лидера.

Потрепанные передовые отряды его слуг достигли первой линии обороны, где их встретил Веер ледяных игл и Дыхание стужи. Теплолюбивые люди-крабы под действием холода, исходящего от монолитов, двигались все медленнее, постепенно застывая, а призванный Игроками дух раз за разом наносил все новые удары, целыми группами выбивая живых существ, что пытались приблизиться к монолитам. Удар — и массивный жук, разогнавшийся для таранного рывка, застыл в глыбе льда, еще удар — и десяток толстобрюхих подрывников примерзли к земле и взорвались, не добежав до монолита пару дюжин шагов. Надо устранить. Изначально он не хотел отвлекаться на мелочь и преждевременно задействовать основные силы, но тут счет потерям уже шел на многие сотни, а они даже не смогли прорвать первую линию обороны. И все это время пулемёты стреляли, минометы ухали, снова и снова выбрасывая металлические чушки, что поднимали к небу лепестки взрывов, разбрасывающих во все стороны тяжелые осколки. Часть отрядов двинулась в обход, пытаясь обойти укрепления, но это время, плюс противник явно предвидел подобный маневр. Под брюхом одной из транспортных гусениц раздался хлопок, затем еще один и еще. Враги успели засеять взрывчатым стеклом свободное от ловушек и укреплений пространство. Новый хлопок — и массивная гусеница замерла, раскрыв пасть, не преодолев и двух десятков шагов. Вторая, получив с дюжину ран, замерла, остановленная приказом.

Так дело не пойдет. Видимо, пора. Среди обилия импульсов, исходящих из города, выловить тот самый, принадлежащий полководцу, так и не получилось. Слишком много источников: магия Крови, магия Стихий, Смерть, Хаос, их различные комбинации… Игроки, без конца используют свои карты. И нет какого-то единого центра, где все сосредоточено, а пока он будет его искать, может начисто потерять весь авангард. Пора использовать свой резерв.

«Изгоните его».

Короткий приказ-образ доносится до мага, пробуждая внедренного в него червя. Симбионт касается разума порабощённого много лет назад волшебника, и тот, открыв глаза, начинает шептать слова заклинания, используя свой магический дар. Он снова на улицах Эльсарда, враги наступают, призванные ими духи рушат любимый город, и только ему под силу их остановить.

Новый приказ — и сразу десяток магов, сцепив руки, начинают создавать заклинание Огненной волны. В мир Спящего не раз и не два попадали смертные, наделенные даром волшебства. Кто-то из них становился кормом и источником силы, кто-то успевал создать немало проблем. Сильные, своенравные, практически не поддающиеся контролю. Почти для всех Первых, но не для него. Главное — захватить, а дальше магия ментала изменяла их сознания, корректировала, частично стирала память. Затем достаточно лишь подсадить поводыря, и они уже видели и оценивали мир через его глаза, через образы, которые он им посылал. Жалко, что подобное нельзя провернуть с по-настоящему сильными колдунами и магами, тех просто никогда не удавалось брать живыми… Но ничего, качество он компенсировал количеством.

— Куано арсида!

Громкий выкрик, и эфирный аркан захлестнул морозную тварь, а затем, потянув за собой, вышиб ее из реальности.

— Марсида алкуда! — завершающие слова заклинания — и волна из чистого пламени катится вперед, опрокидывая ледяные монолиты, попутно взрывая блуждающие огоньки, рассеянные на промёрзшем поле. Торжествующий рев людей-крабов, ринувшихся вперед, прорывается сквозь взрывы и шум боя.

Жужжащий решил поддержать их прорыв. Песня тысячи крыльев, одно из сильнейших из доступных ему заклинаний, подаренное самим Отцом. Оно сводит с ума, погружает жертв в пучину отчаянья, омрачает разум, гася сознание и волю. Люди просто потеряют желание что-либо делать, упадут без сил, не способные сопротивляться. Два заклятья подобного масштаба, Эфирная буря и Песня тысячи крыльев, требовали очень много сил, и ему пришлось задействовать внешние источники — крохотные серебряные бусинки, магические ядра жертв, попавших в этот мир, растворялись, делясь с ним энергией. Пришлось пустить в ход неприкосновенный запас, который он берег на черный день, и это его злило. Для упрощения контроля он разделил потоки сознания, выделив часть роя на каждое из создаваемых им сейчас заклинаний. Это был сложный процесс, требующий максимального внимания, поэтому он не смог сразу среагировать, когда в небесах раздался рев, а на землю упала тень дракона.

Две шаровые молнии, порожденные единым выдохом Алакастро, врезались в скопления мошкары и с треском взорвались, разбрасывая во все стороны сотни крохотных искр. Черные трупики насекомых еще сыпались на землю, когда дракон, торжествующе заревев, обрушил на наступающих дождь из молний. Десятки разрядов вспыхнули в небесах и устремились вниз. Монстры, рванувшие на прорыв в образовавшуюся в обороне прореху, первыми попали под удар. Дергаясь, разлетались в стороны жуки, пауки, гусеницы — сотни разнообразных инсектов гибли под яростными разрядами, а затем молнии накрыли и тех, кто шел позади первой волны атакующих, неся смерть уже там…

«Уничтожьте эту тварь!»

Жужжащий снова пытался собраться вместе. Утрата части себя, боль